Чтение онлайн

– - Хорошо, -- после некоторого раздумья сказал галл.

– - Вот и славно. Пьем.

Выпили.

– - Так ты не договорил что-то там, про легионеров...

Галл удивился.

– - Разве я? Мне показалось, это ты...

– - Неважно, -- повел рукой перед лицом Аппий, -- продолжай.

– - О чем мы говорили?

– - О тебе.

– - Обо мне?

– - Да, выпьем за тебя.

– - Выпьем.

Выпили. Галл чувствовал, как тепло разливается по всему телу. Вина он не пил давно, очень давно, совершенно отвык и в голове уже слегка шумело.

– - Закусывай. Я страсть, как люблю маринованную капусту.

– - Ты же говорил, горчит.

– - Я такое говорил?

– - Да, только что.

– - Не может быть. Хотя ладно, пусть себе горчит. Но горечь надо запить.

– - Может лучше заесть? На вот сыр...

– - К воронам сыр! Пьем.

– - Пьем!
– - Ганник чувствовал в себе какое-то необъяснимое возбуждение.

Аппий подпер голову кулаком.

– - Я весь превратился в уши.

– - А что ты хочешь услышать?

– - Как что? Твою историю.

– - А-а... Почему тебя это так интересует?

– - Праздное любопытство. Но давай считать, что это тоже будет маленькой компенсацией за оплату ночлега. Я же говорил, что люблю поболтать в доброй компании. Не считай меня, пожалуйста, каким-то подсылом, крадущим чужие тайны.

– - Не собирался. Чего там рассказывать... Мать совсем рано померла. Отец как гражданство получил, так шибко им гордился. На все выборы ходил, голосовал. Да только оно ему не принесло никакой выгоды. Мы в Медиолане[111]

жили. Пил он много... Я с малолетства, как сорняк. Еще совсем юнцом был, все терся возле уважаемых людей, о которых не иначе, как шепотом говорить старались. Хотелось, как они жить... В тоге там, все дела...
– - Ганник сплюнул под стол.
– - Ну, заметили. Пристроили к делу. Гордился еще, дурень. Там таких сопляков, как я...

– - Чем же ты занимался?

– - Не догадываешься?
– - удивился Ганник, -- воровал. По началу. Купцу там кошель срезать, отдубасить ватагой. Старше стал -- серьезнее дела пошли. Ходил по всяким мелким лавкам и напоминал хозяевам, что долги уважаемым людям надо возвращать.

– - Так ты был взыскателем долгов?

– - Ну да.

– - И что, отдавали?

– - По-всякому было...
– - неприятно усмехнулся галл.

– - А что потом?

– - Потом...
– - Ганник печально вздохнул, -- наливай!

Аппий разлил вино. Выпили.

– - Потом решил попробовать жить сам. Иначе. Даже женился. Но ничего не получилось. Мне не простили. Это такое болото, друг Аппий. Засасывает. Откуда-то взялись долги. Много... И мои вчерашние собратья по этому ремеслу пришли их взыскивать с меня. А у меня жена, дети... Как-то все плохо обернулось... Пришлось продаться, чтобы расплатиться...
– - галл замолчал, задумчиво пережевывая кусок сыра.

– - Говори, Ганник, я слушаю тебя.

– - Продался одному мяснику из Мутины.

– - Мяснику?

– - Ну да... Правда, это был не простой мясник. Везет мне, на непростых... Он тоже был из этих... уважаемых... Мутил какие-то дела в Мутине... Этот самый Гай Турий... Который теперь, как бы я... Ну, а тогда я у него телохранителем. Чтоб, значит, дела мутились безнаказанно...

– - А твоя семья?

Ганник поднес к глазам глиняную кружку, словно пытался что-то в ней рассмотреть.

– - Не видел больше. Никого. Семь лет уже...

Ганник выпил залпом, скривился и прижал кружку ко лбу, крепко зажмурившись. Аппий некоторое время молчал.

– - Но он же отпустил тебя?

– - Ага. Месяц назад. Перед тем как помереть. Облагоде... тельствовал...

– - Что же ты в Рим... Не в Медиолан?

– - Нельзя мне возвращаться. Им лучше будет без меня. Безопаснее...

– - Боишься, что тебя в покое не оставят? А родные-то живы? Хоть весточка-то от них не была?

Ганник поднял на Прима уже довольно мутные глаза, но ничего не сказал. Налил себе еще и выпил. Аппий молчал.

– - Догадываюсь, что это за уважаемые люди.

– - Лучше про них лишнего не говорить, -- галл приложил палец к губам.

– - Я никому не скажу, -- заверил его Прим.

Галл, казалось, не расслышал, он ударился в воспоминания.

– - Был там один такой... господин... как его? Что-то такое... на задницу похоже... А! Господин Пигеон!

– - Т-сс, -- напомнил Прим, приложив палец ко рту, -- мы про него не говорим.

– - Точно. Молчим, как рыбы.

– - Кстати. А где они?

– - Кто?

– - Наши рыбы. Вернее, наша рыба. Или как там ее...
– - Прим повернулся к очагу, -- Эй, хозяин! Когда там уже будут наши рыбки?

– - Сейчас, сейчас! Уже несу, -- отозвался трактирщик и водрузил на стол блюдо с жаренными карпами.

Прим приподнял одного за хвост.

– - Чего-то он какой-то хилый. Болел что ли?

– - Ну что ты, господин, -- поспешил возразить трактирщик, -- более мясистых ты не найдешь во всей округе. Мне поставляют из лучших прудов со стороны Лабиканской дороги!

– - Мясистых... Ну ладно. Но принеси еще...
– - Прим замолчал, мучительно подбирая слова.

– - ...чего-нибудь мясистого, -- помог ему галл.

– - Да! Тащи все, я плачу... не так... мы с моим другом платим!

– - Ты не проснешься завтра с пустым кошелем, друг Прим?
– забеспокоился галл.

За столом игроков возбужденно загалдели, очевидно, кого-то боги наградили особенно удачным броском. Ближайший к Аппию из этой компании, черноволосый парень в синей тунике-безрукавке, небритый и суровый на вид, казалось, совсем не интересовался игрой, все больше косясь на костоправа.

– - Пустым?
– - Аппий удивился, -- разве он может опустеть? Давай проверим.

Прим полез за пазуху и вытащил кожаный кошель. Развязал его, не желающими подчиняться пальцами, бубня себе под нос поношения изобретателям неудобных кошелей с неудобными завязками, и высыпал содержимое на стол. На плохо ошкуренной столешнице, испещренной картинками эротического содержания и бранными словами, заплясали серебряные и медные монеты. За соседними столами стихли все разговоры, но Прим, казалось, этого не замечал. Он выбрал из кучи пару серебряных денариев и пододвинул их к трактирщику. Тот проворно сгреб плату, привычным движением куснул одну из монет.