Чтение онлайн

— Я оторву твою чертову голову так же, как я сделал это с твоими людьми, которые лежат мертвыми там, где скоро будешь ты. Вы все. Я буду наслаждаться, потроша тебя, как свинью.

— Вы долбаные ублюдки, — говорит Агнело. — Кем вы себя возомнили, а? Вы все собираетесь присоединиться к своим мамочке и папочке. Мои племянницы, Джоэлль… они все тоже последуют за вами туда.

Данте рычит, как одержимый зверь, прежде чем один выстрел обрывает разговор. Я отшатываюсь назад, мое тело содрогается от охватившего меня страха, не зная, из чьего оружия он прозвучал. Мое сердце тяжело бьется в грудной клетке, как будто я застрял под килограммовыми валунами, не в силах ни двигаться, ни дышать.

— Хорошая попытка, — насмехается Агнело.

Внезапно безумие начинается снова. Звуки выстрелов, ворчание, треск и ломающиеся от боя предметы.

Оружие в моей руке дребезжит, когда я набираю воздух в легкие, сдерживая страх и проглатывая его, пока падают слезы. Бесконечное страдание, которое я больше не хочу чувствовать.

«Оставьте нас в покое!» — кричу я в своей голове, выдыхая воздух, страх сменяется яростью.

Прежде чем я осознаю, что делаю, я встаю, мое тело пропитывается яростью, когда я выхожу из укрытия, больше не беспокоясь о смерти. Я просто хочу причинить боль своим дядям. Я хочу, чтобы они умерли, раз и навсегда.

Я поднимаю свой пистолет дюйм за дюймом, пока мои ноги двигаются. Сначала я вижу дядю Бенволио, который сражается с одним из людей Дома. Данте — крайний справа, его оружие направлено на кого-то. Меня он пока не видит. На земле лежит куча мертвых тел.

Никто не замечает меня, пока я медленно ползу к дяде.

Никто не видит моего пистолета, направленного на него.

Никто не обращает внимания.

Не раньше, чем я спущу курок.

Не раньше, чем мой дядя упадет, а в его затылке останется дырка от моей пули.

Все вокруг меня перестают бороться, словно впадая в транс.

— Ракель? — зовет Данте. — Дай мне пистолет, детка.

Он медленно идет ко мне, а я смотрю на своего мертвого дядю.

Того, кого я убила.

Я убила кого-то.

Боже мой.

Я понимаю, что это я сейчас в трансе. Пистолет все еще вытянут, пока я быстро моргаю, и мой разум приходит в фокус. Наконец повернувшись к Данте, я вижу беспокойство в его глазах, когда он осторожно берет меня за запястье и опускает на землю, прежде чем забрать у меня пистолет.

— Пойдем. Я отведу тебя внутрь. — Он кладет руку мне под ноги и поднимает меня, прижимая к своему телу.

Я смотрю через плечо на смерть, причиной которой я стала. Мое сердцебиение учащается.

— Я… мне жаль. Я была так зла, и…

— Эй. Все в порядке, детка. — Его руки крепко обхватывают меня. — Ты не сделала ничего плохого.

Слезы падают из моих глаз, когда боль, осознание того, что я сделала, обрушивается на меня. Я врач. Я спасаю людей. Я не убиваю их.

Мы заходим в дом Дома, который заполнен еще большим количеством мужчин. Их слишком много, чтобы сосчитать.

— Ты останешься здесь с ними, пока я помогу прибраться во дворе, хорошо?

— Да, хорошо. — Мой голос дрожит вместе с руками, когда он опускает меня на землю.

— Позаботьтесь о ней, — говорит он своим людям, прежде чем его глаза оказываются на уровне моих, а рука обхватывает мое лицо. — Все будет хорошо. С Киарой все будет хорошо. Это скоро закончится. Я клянусь.

Он оставляет быстрый поцелуй на моих губах.

— Ты этого не знаешь, — плачу я. — Мне нужно ее увидеть. Дом отвез ее в больницу?

— Да. Я отвезу тебя, как только закончу здесь. Я не выпущу тебя из виду.

— Пожалуйста, не пострадай, — умоляю я.

Обе его руки обхватили меня, крепко прижимая к себе.

— Ш-ш. Не плачь. Я люблю тебя, Ракель.

Я отстраняюсь.

— Я тоже тебя люблю. Так что не оставляй меня, хорошо?

— Нет, если это возможно. — Его ладонь проводит по моей щеке. — Сам дьявол должен был бы утащить меня от тебя, прежде чем я бы пошел добровольно. — Он прижимается губами к моему лбу и резко вдыхает. — Но я должен закончить это, если мы хотим жить вместе.

— Я знаю. — Мои брови нахмурились одновременно от понимания и страдания.

Никто из нас никогда не должен знать такой боли. Мы не просили об этом. Моя семья засунула ее нам в глотку, и пока мы не вырвем ее, мы никогда не узнаем покоя.

Посмотрев напоследок в мои глаза, он произносит «я люблю тебя» и убегает в бой. То, что он делал всю свою жизнь.

ГЛАВА 26

ДАНТЕ

При первых намеках на смерть Агнело убежал. Он слишком боится того, что мы с ним сделаем, и зря. Его смерть будет медленной, в отличие от смерти его брата, который сейчас лежит на бетоне, слишком мертвый, чтобы сказать нам то, что мы должны знать. Но у нас есть несколько их людей, которые все еще живы, привязанные к стульям.

Мы с Энцо слишком подавлены яростью, чтобы позволить им умереть гуманно. Поскольку Киара в больнице, а наши женщины оказались в эпицентре опасности, мы собираемся сделать это как можно более жестоко.

— Если бы мой брат, Дом, был здесь, тебе было бы намного хуже, — говорю я безымянному мужчине, у которого кровь течет из верхней части щеки, толстая рана стала багровой благодаря моему лезвию.

Я сжимаю синюю рукоятку своего ножа, медленно обходя его. Кончик ножа упирается в горло и лижет его.

— Скажи мне, где они держат детей, и я, возможно, стану немного добрее. — Я ввожу лезвие глубже и протыкаю кожу, заставляя капли крови стекать по его шее. — Не так уж хорошо, но все же гораздо лучше, чем сжечь твое тело, пока ты еще дышишь. Я бы посоветовал тебе спросить у своих друзей, как это было весело, но…

Я медленно скольжу ножом вниз, изгибая угол лезвия вокруг его адамова яблока.

— Послушай… — Он резко кашляет, прежде чем перевести дыхание. — Я понятия не имею ни о каких детях. Клянусь.

Я выдыхаю преувеличенный вздох и подхожу к Энцо, перед которым на стуле сидит еще один человек.

— Я очень разочарован, Рикки. Я возлагал на тебя большие надежды.

— Меня зовут не Рикки.

— Ну, сегодня — да. — Я смотрю на него, в моих глазах плещется жестокая месть.

Он быстро закрывает рот.