Чтение онлайн

– Ну-у... Зачем уж так... Я готов от своей суммы выделить ему тысяч пятьдесят, сто...

– Это ваше дело, я благотворительностью не занимаюсь, - улыбнулся Иванов холодно и поднялся. Тягунок немедленно повторил его движение, собираясь попрощаться с ним да выпроводить из кабинета, но человек остановился и улыбнулся.

– Еще одно, - сказал он.

– Да?

– Если позволите одну личную просьбу...

– Ради бога.

– Меня очень беспокоит один человек. Андрей Андреевич Мурыгин, генеральный директор банка Интервест. Знаете?

– Знаю.

– Нельзя ли как-то повлиять на него?

– Как вы хотите на него повлиять?

Иванов чуть вскинул удивленно брови и снова усмехнулся.

– Вам виднее, - сказал он негромко.
– В вашем распоряжении прокуратура, налоговая инспекция, уголовный розыск, в конце концов... Вы ведь знаете, что фээсбэшники из Москвы разворачивают здесь большие дела. Они давно точат зубы и на вас, и на господина Кисалина. Так что думайте сами...

Тягунок несколько секунд молчал, переваривая эту неожиданную информацию.

– А при чем здесь Мурыгин?
– спросил наконец он.

– А вы забыли, что его банк обслуживает некоторые городские программы и накопать там можно много интересного. Да вы что, только проснулись? Поймите, что за него уже взялись...

– Но, насколько я знаю, - напомнил сбитый с толку Тягунок, - Мурыгин оказывал вам финансовую помощь в нашем деле?

– Совершенно верно, именно через его банк проходят все наши платежи. Но этот человек успел показать свою ненадежность. Именно поэтому он сейчас и опасен для нас. Но если хорошенько задуматься, для вас Мурыгин сейчас несет еще большую опасность. Понимаете?

Тягунок даже забыл о боли в паху.

Вот это новость!

Значит, эти лихие спецназовцы и остановившиеся у Гоноросова ребята приехали по его, Тягунка, душу.

– А не проще ли?..
– начал было он.

– Убрать москвичей?
– поймал его мысль на лету Иванов.
– Нет, не проще. Пришлют других, тогда уж вытрясут всю душу. Москвичей не трогать. А вот Мурыгин...

– Хорошо, - сказал Тягунок и подал руку Иванову.
– Я подумаю над этим.

– Благодарю вас.

Иванов развернулся и вышел из кабинета.

Озадаченный Тягунок закрыл за ним дверь, постоял минуты две у закрытой двери, а потом задумчиво двинулся к столу. Он позабыл и о нанесенном ему два часа назад оскорблении, и о нерасторопности подчиненных, не говоря уже обо всем остальном. Теперь его мозг был занят одним.

Значит, так - немедленно связаться с Кисалиным, чтобы обсудить полученную информацию, кроме денежного вопроса, конечно. Потом людей Иванову. Будут ему люди. Человек пять офицеров из городского управления ему вполне хватит.

Тягунок сел за свой стол и придвинул поближе телефон...

Но набрать номер он не успел. Дверь с грохотом распахнулась - на пороге стояли крепкие парни, те самые, с фотографии Иванова.

– Здравствуйте, Борис Евгеньевич, - сказал Док.
– Мы вам не помешали?

Губернатор так и застыл с телефоном в руке. Этого не могло быть. Они не могли войти сюда живыми, а мертвыми тем более. Где же его охрана, где все?

– Простите... Я вас приглашал?

Тягунок вдруг почувствовал, как у него дрожит челюсть. Он почувствовал себя беззащитным мальчиком, которого любой может обидеть.

– А мы не в гости. Мы по делу, - сказал Док.
– Мы ведь посылали вам девушку, которую незаконно выселили из квартиры, вы ее не приняли. Почему?

– Ах, вы за этим пришли?
– обрадовался губернатор.

– Нам очень неприятно вас разочаровывать, но мы именно за этим и пришли. Док позвал из-за двери Аню.

– Вам придется ее принять. Расскажи ему, Аня, что там у тебя произошло.

Девушка вышла из-за спины Дока, потупилась и сказала:

– Вы ведь все знаете, Борис Евгеньевич, мой жених - ваш родственник. И меня вы знаете...

– Какой родственник? Я вас не знаю!

– Как-то нехорошо, - сказал Док, - не узнавать знакомых. Значит, так, чтобы в два дня квартира была освобождена. Ясно? Иначе мы придем не с такими добрыми намерениями.

Губернатор под столом дотянулся до кнопки вызова и нажал ее.

Сейчас влетят охранники и всех этих гостей положат на пол, намылят им рожи и вышвырнут за дверь, те и дорогу сюда забудут. Если не кончить, то хотя бы покалечить этих москвичей он имеет полное право, сами напросились.

– Это вы что, охрану вызвали?
– "удивился" Док.
– Зря. Мы же пытались по-хорошему, вы все время пытаетесь по-плохому. Придется вас поучить.

Он бесцеремонно вытащил из-за стола упиравшегося губернатора и, недолго думая, двинул ему коленом в пах. Как раз в то место, в которое сегодня губернатора уже бил Кисалин.

Тягунок взвыл.

– Это на первый раз. Ну, вы поняли нашу просьбу?

– Да, да! Не надо меня бить! Я все понял - завтра она сможет вселиться обратно, - завизжал Тягунок.

– Вот и здорово, - сказал Док.
– Но словам вашим мы почему-то не верим. Напишите вот тут распоряжение, поставьте подпись и печать.

Он шлепнул на стол перед губернатором бланк.

Губернатор заскрипел зубами, но распоряжение написал. Все равно он достанет их. И девку эту он вышвырнет на улицу, да что там - он ее закатает в каталажку! Пусть себе потешатся сегодня.

Док забрал бумагу, внимательно прочитал и сказал:

– Мы никуда из города не денемся. Мы будем следить, как станут развиваться события, и если, не дай бог, что-то пойдет не так, как нам хочется, мы придем снова.

С этими словами команда покинула кабинет губернатора. На выходе Док открыл каморку, в которой томились связанные, с кляпами во рту охранники. Не погибать же людям из-за того, что их начальник - сволочь...

Глава шестьдесят первая

17 декабря. В окрестностях чилийской столицы произошло

землетрясение силой до шести баллов по шкале Рихтера. В самом

Сантьяго толчки были почти незаметны, так как эпицентр

землетрясения находился на расстоянии шестидесяти километров.