Чтение онлайн

– Прос-с-сто побросали лагерь, – обыскал все палатки и Хрисс, уже не ставший сидеть на лошади в дозоре.

– Да будто были здесь совсем недавно, – отмечала Кьяра, как оставлены вещи. – И костёр горит, и еда, что готовили, – отметила она подгоревший запах.

– Ничего, Бром всё съест, – заявлял о себе норд в третьем лице. – Люблю поджаристую корочку! Хе!

– И ни трупов, ни крови, что же случилось?! – не понимал Фламер, всё внимательнее осматриваясь.

– С-ставлю, никого и не найдём, – просвистел людоящер, держа лук наготове и всё здесь оглядывая.

– Пари принимаю, – фыркнул Фламер. – Уверен, они где-то спрятались, надо всё разведать вокруг.

– Ай! Ай! Остро-остро! Горячо! Я, кажется, съела искорки! Нет, целый огненный шар! – верещала, прыгая на месте и вертясь, Лилу, откусив копчёной и перчёной колбаски, которых здесь лежало несколько в плетёной корзине подле шатра.

– Кабал, дай ей воды, будь добр, – попросил его людоящер. – Нет, лучше верблюжьего молока, оно жирное, быстро снимает остроту. У нас же оставался ещё бурдюк.

– Таскарские ядрёные колбаски, как в сказке! Это норды очень уважают! – сначала набирал Бром себе батон за батоном, а потом сообразил, что можно просто за жёсткую «косичку» ручки взять сразу всю корзину и отнести к любой телеге.

– Ну, куда ты? – заметила Ди, что барсук, подёргивая носом, отправился поодаль, обнюхав палатки, но заприметив неподалёку цветущий кактус. – Какой огромный, – отметила вслух девушка, неторопливо, но не без интереса шагая следом.

Раскидистый волнистый цветок был диаметром покрупнее зверька. Рыжевато-красные плотные лепестки имели в себе редкий жёлтый рисунок и бледные, едва заметные прожилки. С жёлтой сердцевины вместо приятного, доносился какой-то странный мясной аромат, приманивающий уйму жужжащих мух, а снизу находились плоские толстые листья сначала тёмно-зелёного, а потом и буроватого земляного оттенка.

– Стой! – за её спиной пророкотал Дон Кабал, будто сошедший оползень.

Диана аж вздрогнула и действительно остановилась. Ей показалось, что этот цветок может быть из разновидностей столь любимых ею растений-хищников. Только при таком размере он мог бы здесь хватать не просто тех же мух или жирных кузнечиков с крупными пауками, а всяких сусликов и тушканчиков. Или же хищных птиц, приманенных специфическим запахом.

– Барсук, ты тоже отойди! – повелела она тихо своему спутнику, который аккуратно принюхивался к листьям и лепесткам.

А цветок будто вздрогнул и приподнялся, послав сейсмическую волну с трещиной по земле, заставив барсука в панике отскочить подальше. Под девичьими ногами всё задрожало, как будто снизу поднималось нечто громадное. Образовался сначала холм, а потом со всех сторон синхронно прорезались каменистые глыбы выше самой флейтистки, слегка загнутые вовнутрь.

Ди пыталась сообразить, что это такое, и между какими из них удастся выскочить, но дрожь вокруг трясла её тело, мешая нормально переступать. Чувство опасности нарастало, и находиться на этом месте более не было ни малейшего желания. Всё происходило молниеносно, совершенно не давая ей времени на размышления.

– Фламер! – окликнул Кабал главу банды. – Здесь Захрат!

А сам он помчался на выручку. Резким прыжком, сбивая Ди с ног за мгновение, как чудовищная ловушка захлопнулась, альбинос упал вместе с ней на песчаную землю, крепко прижав к себе. А Диана, приземлившись на его мускулистый торс, оглянувшись, с ужасом смотрела, как «глыбы» стиснулись вместе, чуть не схватив их за ноги, формируя плотный эдакий клюв, покрытый роговыми пластинами.

Вместе с цветком, являвшимся лишь красивой приманкой, из земли вылезало громадное чудовище. Безглазый червь с симметричной многостворчатой пастью, по кольцам жирной туши которого сейчас, спадая вниз, скользили мелкие камешки, песок и выдранные с земли низменные растения.

– Беги и давай не мешайся, – спешно вскочив на ноги вместе с Ди, грубо проговорил ей Кабал, сверкая алыми глазами и готовясь оттолкнуть прочь от себя подальше свободной рукой, пока во второй сжал свою выхваченную из-за спины «сколопендру».

А за его спиной червеобразная туша резко изогнулась и рывком схватила мускулистого громилу, зажав меж створок своего жуткого рта. Остальные тут же подбежали с громкими возгласами. Хрисс пустил стрелу, но та лишь отскочила от костяного клюва, перемалывающего могучую фигуру альбиноса и заглатывая внутрь. Его оружие просто выпало на землю из обессилено разжатой руки.

– Нет! – громко с ужасом взвизгнула Диана, ничем не способная помочь.

– Кабал! Твою ж медь! Кабал! – ошарашено крикнул Бром, заискрившись жёлтой аурой. – Етить-колотить тебя за ногу! – руками сооружал он накопленный разряд, направив его хлёстким ударом молнии в шеи червю.

По степи прокатился ураганный ветер, блеск был такой, что от блика слепило глаза. Но монстр лишь взревел, одёрнувшись от ожога на мутно-розовой, мясного оттенка коже, изогнулся, клацая костяными челюстями створчатого рта, и ринулся прямиком в гущу толпы, надеясь схватить на обед кого-то ещё.

И ведь именно с учётом блика, вызвавшего солнечные зайчики у многих в глазах, все шансы у червя поймать кого-то замешкавшегося вполне были. Но норд не сдвинулся с места, пока остальные ринулись врассыпную, и пустил ещё одну молнию, на этот раз взмывшую по спирали, будто вокруг невидимого столба, поражая монструозную тварь прямо в пасть, где виднелись зазубрины ребристых наростов внутри алого горла.

Червь ринулся в сторону Хрисса столь резким изгибом и рывком, что чешуйчатый лучник не успел даже отскочить прочь, явно не ожидая от гигантской неповоротливой твари такой прыти. Мародёр только успел развернуться, чтобы помчаться подальше, а челюсти уже цепко схватили беднягу за хвост…

Но людоящер, вздрогнув и морщась, насколько позволяла скудная мимика, всё-таки отпрыгнул вперёд, а чудовище, выпрямляясь, держало отброшенный сине-зелёный хвост, спешно заглатывая, как добычу. У лучника теперь ниже спины виднелись окровавленные подтёки, но сам он при этом остался цел, разворачиваясь и прицеливаясь в захрата и не думая в панике отступать далеко.

Стрела за стрелой полетели из лап ловкого людоящера, но лишь, как мелкие занозы, вонзались в тело гиганта без какой-либо его реакции на это. А вот чародейский залп от разъярённого норда уже эффект возымел. Электрическая яркая вспышка болезненно заметалась по челюстям и зобу чудовища.

Червь закачался, вытянувшись под ударами молний, как живой ствол, а снизу широкой волной огня из рук его уже в бок принялась поджаривать Лилу. Девочка-гном испускала жар пламенных потоков на толстую плотную шкуру, заодно поджигая стрелы и делая из них не просто занозы, а эдакие орудия пыток.

Дрыгаясь лишь под стук створок рта, не издавая ни звука – по всей видимости, существо попросту не могло кричать и рычать, – он вместе со своим цветком-украшением начал спешно пятиться обратно в нору. Оттого вновь дрожала земля под ногами, но не так сильно, как когда он пытался из неё вылезти, дабы схватить добычу.