Песнь кинжала и флейты. Том 2
Шрифт:
Диана отчего-то вообразила его служивым моряком, подавшимся в пираты, чтобы попугай на плече, деревянная нога, повязка с рисунком черепушки, наследная военная треуголка, перекрашенная из синего в чёрный, как полагается. Но рядом не было ни птицы, ни шляпы, да и обе ноги у него были целы.
– Ваш котяра, что нас обокрал, – смело заявила ему Ди, видя возникшего фелина позади старого гнома.
– Я им, между прочим, уже всё вернул, – нагнулся к нему тот самый воришка.
– Заткнись, Мурчун, не с тобой разговариваю, – фыркнул дворф, посасывая трубку и пуская густое, довольно надолго зависшее в воздухе серое колечко дыма.
– Уршид, – вежливо поправил его тот.
– Тихо, кому сказал, – бурчал одноглазый курильщик. – Так что привело таких девиц в этот город? – пристально продолжал он разглядывать незнакомых девушек в свете догорающей спички и тлеющей трубки.
– Мурчун, – тихо посмеивалась Кьяра, глядя на подругу.
– Мы тут на денёк, просто пополнить припасы в своём путешествии, – ответила ему Диана.
– Плутовки-воровки, что ль? Есть чем угостить старого курильщика? А? Может это… того? Пойдём пыхнем? – потягивал гном свою трубку.
– Да вы уже, я смотрю, – заметила Кьяра. – Кальяны, трубки, табакерки и курительные смеси с собой не держим.
– Включи-ка свет, котофей, будь полезен, – не отрывая взора от девушек, попросил он воришку.
Вскоре затрещали и завертелись какие-то шестерни, раздался лёгкий скрип, и во всех углах пятиугольного помещения зажглось по сверкающему кристаллу. Как раз у дворфа и спичка в пальцах догорела, но грубые белёсые кончики даже не дрогнули и не выронили огонёк, словно тамошние мозоли давно ничего не чувствовали.
– Я Федор, – представился гном, растягивая «о». – Иногда «Старик Федор», что по мне видно, иногда «Одноглазый Федор», что вы тоже должны заприметить, если сами не слепые, кхе-кхе, – прокашлял он.
Теперь можно было рассмотреть, что голову гнома венчал деревянный шлем-полусфера с крестовой металлической окантовкой. Чаще такой головной убор носили норды, а курильщик комплекцией больше напоминал дворфа – изрядно шире, толще, голова скорее в форме репы, нежели шарообразная. А на теле его был желтый кафтан с декором из синих и зелёных полос в центральной части.
– Кьяра фон Блитц, – представилась аристократка.
– Диана Лафо, – примкнула к ней и Ди, стоя возле ворчащего барсука, считая, что нет смысла представляться вымышленными именами и что-то особо скрывать.
– Ну, а этот котяра – Уршид по прозвищу «Маркиз», – мотнул дворф головой, снова выпустив колечко.
– Маркиз? – удивилась Диана.
– За белые кончики лап и узор белого ворота, – демонстрировал тот, чуть расстегнув свою куртку под шеей.
И вправду, окрас его был весьма интересным. Сам тёмно-серый, но будто с «воротничком» и в «перчатках». Будь он не фелином, а самым обычным котом, такой красавец бы точно нашёл себе дом и заботливые руки хозяев, не ошиваясь ночами на улицах.
– Тихо ты, не видишь, приличные граждане разговаривает, – фыркнул на него Федор.
– Мама ласково звала Урчи, – добавил фелин. – Или Урч.
– А я его зову, когда он мне понадобится. Так какое у вас дело к моему подопечному? – всё разглядывал гном девушек.
– Он выхватил мою сумку, вот эту, – показывала Ди. – И мы полгорода за ним бегали.
– Через всю окраину Шелвида гоняли, разве что на карусели не покрутились. И по дворам, и по площадям, и по перекрёсткам, – словно жаловался фелин.
– Пасть свою прикрой, кошак. И не мяукай, пока мне от тебя что-либо не потребуется. Усёк? – повернул дворф голову к Уршиду, а затем снова поглядел на Диану, с прищуром здорового глаза осматривая её. – Как я вижу, сумка уже у тебя. Чего ж ты хочешь, седовласая? Чтобы он сшил тебе новую? – засмеялся гном, пуская маленькие частые колечки дыма.
– Да как вы смеете! – шагнула вперёд Кьяра, демонстрируя рукоять двуручного меча, не стерпев такой характеристики в адрес подруги и приняв это за оскорбление.
– Красивый наряд, – отметил гном сиреневое кимоно. – Могла бы сойти за дайконца, с твоими-то глазами.
– Мы и пытались, – зачем-то бросила Ди. – Стража не шибко поверила.
– Стража не проблема, у банды есть там свой человек. Главное, чтобы я был в курсе вашей деятельности. Итак, – вытащил он из кармана серебряную монету и бросил её Диане. – Зачем двум странницам прикидываться, что они из Дайкона? Дай угадаю, ты пыталась прикинуться кем-то типа посла, визитёра, торговки, а это… ну… – осматривал он чёрный костюм флейтистки. – Будем считать, твой телохранитель. И питомец, – опустил он взор здорового глаза и на барсука. – Здесь таких и не встретишь, знаешь, сколько от Бирона до ближайших лесов с барсуками? Чуть ли не пол-Лонгшира по диагонали, выше нас-то тропики, там своё зверье обитает.
– Вам-то какая забота, зачем мы и кем прикидывались? – произнесла Диана. – Мы же сказали, что ненадолго в городе. Помыться, обновить гардероб и закупиться в дорогу. Если вы знаете, как отсюда добраться к фоморам побыстрее, ну там караван какой или торговец есть из тёмных эльфов, что отсюда уезжает в ближайшие дни, то можете посоветовать и ускорить наше исчезновение, дабы мы вам тут не мешались.
– Да затем, что все делишки, что творятся в этом городе, происходят под моим надзором, деточка. Ставки, аукционы, подпольный чёрный рынок, – притопнул гном, на что сразу обратила внимание Ди, взглянув ему под ноги, – всякая контрабанда, уличное ворьё – всё под моим покровительством.
– Это не мы сюда чем-то промышлять пришли, это он мою сумку украл! – указала Ди на кота.
– И на то у него есть лицензия, – заверил Федор, потягивая трубку. – Мурчун шепнул в темноте, что вы хорошенькие.
– Уршид. И что хороши в погоне и смекалке, – поправил кот.
– «Хорошенькие», блин, – процедила Кьяра, недовольно выдохнув и нахмурившись на обоих.
– Так что? Это, может это, того самого-то, пойдём пыхнем? – предлагал дворф, по всей видимости, покинуть склад и дружно покурить чего-нибудь эдакого целой компанией.
– Боитесь, что услышим звуки чёрного рынка из-под половиц? – хитро ухмыльнулась Диана.
– Как ты?! – притопнул тот. – Да что ты себе…
– Говорю же, неглупые, смекалистые, – протянул по-кошачьи Маркиз.
– Пасть! – рявкнул, повернувшись к нему, Федор, а затем сорвал с пояса алый мешок и бросил его к ногам девушек так, чтобы содержимое из крупных монет заблестело. – Плачу серебром!
– За что? – не поняла Кьяра.
– Начнём с того, что стража к тебе придиралась, потому что настоящий посол из Дайкона прибыл дня два тому назад. Очень неудачное время для твоего маскарада. Но меня больше волнует посол из Таскарии. У бургомистра Кайрана там деловые обеды, гости из трёх государств будут обсуждать пограничные дела и проблему с орками, – рассказывал Федор. – Как вы знаете, Лонгшир – это совокупность городов-государств, живущих сами по себе. Бирон что-то вроде того, самостоятельная единица с конкретным правителем.