Чтение онлайн

Следующим его ответом стал только короткий, задумчивый звук. Я надеялся, что он что-то ещё добавит. Он любил со мной устраивать словесные дуэли. Но на этот раз он сам прервал её. Он сдался? Или же ищет другой аргумент для продолжения? Не выдержав столь долгого молчания. Я решил к нему повернуться. Что-то же должна выражать его морда.

Вместо ожидаемой задумчивости я получил хмурую сосредоточенность. Он внимательно вглядывался в магические плетения внутри камня, словно опытный ювелир.

– Хм-м-м, интересно… – бормотал он – Очень интересно…

Смирившись с окончанием разговора, я остался стоять в стороне, ожидая итог его наблюдения. Я даже не заметил. Как подобрался слишком близко к нему. Моё дыхание вздымало пышные перья на его плече. Я по сфере своих знаний мало что знал о флюстриксах, но любопытство сжирало меня изнутри. Может быть, я надеялся, что я хоть что-то увижу через эти с виду хаотичные переплетения внутри камня?

Не успел я опомниться, как Каросс резко взял меня за руку. Я тут же почувствовал сквозь кожу тёплые, но колючие путы, что оплели меня от запястья до локтя. С перепугу я начал пытаться вырваться, не замечая, что этим я обеспечил себе позицию напротив друга. Глаза салгаркада наполнил пурпурный свет, пока он продолжал высматривать что-то в камнях. Невидимые путы начали плестись дальше по моей руке, пробираясь через неё к грудной клетке. На секунду мне показалось, что стало трудно дышать. Но в какой-то момент ощущение смягчилось. Теперь это больше походило на обволакивающее моё тело приятное одеяло, прячущее от жестокого мира. К чему такие перемены энергии? Я не знал. Приходилось ждать ответа Каросса. Но он не спешил с выводами, что уже заставляло меня терять терпение.

Наконец, мой друг мягко отпустил мою руку. Уголки его клюва растянулись в довольной улыбке.

– Всё проходит, как я и предполагал… – проурчал он – Ты не представляешь, как тебе повезло. Ухватить себе саму элиту? Ну ты молодец.

Ответ Каросса меня обескуражил. Так и не сумев подобрать слова, я остался неподвижно стоять на месте, с перекошенной мордой смотря на друга.

Он лишь усмехнулся.

– Ну смотри: я решил проверить вашу совместимость. – пояснил он, и прежде, чем я успел возмутиться, добавил – Просто из интереса, честно! И я даже сам удивился, когда узнал проценты.

– Ты… Только для этого и замолчал во время своей словесной перестрелки…? – насторожился я, переглядываясь с Рус – И… Сколько?

– Почти все сто! – радостно чирикнул он – А это считай полная совместимость! Если вы решите сойтись, считайте, что судьба соединила ваши сердца! Неплохой подарок на День Переплетения Сердец, а?

– Погоди, какие сто?! – я опешил от такого заявления – Не может же быть настолько идеально!

– Девяносто семь процентов, дурачок! – посмеялся Каросс.

– А… А как же разница в статусе?!

– Это всего лишь три процента.

– Бред какой-то. Не может такого быть.

– Да я честен как архисегрит!

– Она ПРИНЦЕССА, брат! Наследница рувильперского престола всего Котарра! А я кто?!

– Три. Процента. Титулы занимают именно столько в этой статистике. Всё остальное предначертано самой судьбой. Тебе бы то же самое наши старшие сказали!

Всё ещё не имея возможности верить словам Каросса, я закрыл голову руками.

– Всё, хватит! Можно я хотя бы переварю всё произошедшее?! – я был даже для самого себя слишком громким – Я хочу побыть один.

– В обнимку с тирсапи – это не один. – Каросс будто издевался надо мной.

Это было моей последней каплей. Неся бессмысленную тарабарщину, чтобы заглушить его голос, я быстрым шагом направился обратно в шатёр. Как только шторки, заменяющие дверь, снова сомкнулись, наступила оглушающая тишина. Я получил то, что хотел на данный момент. Теперь никто не будет давить мне на мозг.

Я уселся за свой стол, чтобы сосредоточиться на следующей песне. Их и без того было где-то около десятка запланированных на выступления в Котарре. Но на этот раз я решился взять тот самый лист. После морского путешествия тёмно-бордовая бумага выглядела волнистой. Отсырела, как я понял. Хотя это и интересный способ красиво состарить бумагу, мне всё равно хотелось, чтобы до окончания написания она выглядела поновее. Чтобы уже потом её можно было хоть как-то деформировать.

Я сам не знал, зачем я снова взялся за ту романтическую песню. Моя рука сама как-то к ней потянулась. Возможно, на это повлиял разговор с Кароссом. А может, и что-то иное. Как бы то ни было, ни одна рифма не шла ко мне в голову. Мысли спутались в огромный клубок узлов. При этом сознание рисовало уже знакомую фигуру. При одном только взгляде на свечу я уже представлял перед собой пару узких глаз сегритового цвета 13 .

Поняв, что таким темпом текст снова не будет продолжен, я отбросил перо в сторону, поднимаясь снова на лапы. Пытаясь отогнать лишние образы, я начал расхаживать по пространству своего же шатра, то и дело цепляясь за перья на голове. Но при представлении того самого капюшона я ощущал странное тепло по всему телу. Я буквально начал слышать своё сердцебиение, стучащее из загривка.

Всё ещё сопротивляясь этим ощущениям, я опрокинулся на диванчик, расправив одно крыло аж до самой земли. Я не мог себе позволить закрыть глаза. Я знал, что за этим последует полное представление той длинной фигуры. Тонкой и изящной, как лезвие кальперского меча…

– «Братик, ты же так совсем измучаешься…» – охнула Рус прямо около моего уха – «Может, поговорим об этом?»

– Ты и так всё знаешь и ощущаешь, Рус… – проронил я – Хотя я и сам в это не могу поверить. Опять этот пышнопёрый северянин оказался прав. Как я могу сейчас так просто поддаваться своим желаниям, возникшим так внезапно? Откуда это осознание?

Тирсапи задумчиво проурчала, медленно приземляясь на мою грудь.

– «Чувства сложно понять.» – подметила она – «Ты прознаешь все детали не сразу, даже будучи здесь, в Котарре. А ведь здесь куда больше знают о чувствах, и как их контролировать. Иначе говоря, извлекать из них пользу.»

Я наклонил голову как можно ниже, чтобы посмотреть на мордочку своей тирсапи.

– Самое обидное, что здесь кроме тебя об этом больше некому рассказать… – отметил я, стараясь изо всех сил держать позицию головы – Я никого не знаю из котаррцев. Ну, за исключением Арканфары. Но с ней я вряд ли свяжусь в ближайшее время. Не уверен даже, есть ли у неё устройство для виртуальной связи.

– «Зато я знаю, у кого оно есть!» – чирикнула Рус, отлетая в сторону стола.

Как хорошо, что она это сделала. У меня уже начала немного ныть шея от перенапряжения. Но когда я посмотрел на тирсапи снова, она уже ухватилась зубками за ручку ящика в столе. Там в основном была груда бумаги, но она явно решила полезть не за ними.

Тяжело вздохнув, я всё же встал с диванчика. Было бы лучше, если бы я открыл ящик, вместо того чтобы потом мучиться с сгрызенной ручкой. Рус покорно позволила мне коснуться ящика, но как только я его открыл, она тут же принялась рыться в моих записях, вороша бумагу.

– Эй, поосторожнее с искусством! – шутливо прикрикнул я.

– «Ты зарыл в нём все аппараты.» – чирикнула тирсапи в ответ – «Как ещё я должна для тебя вытащить хоть что-то?»

– Если ты ищешь аппарат виртуальной связи, то так бы и сказала… – я со вздохом начал выуживать тирсапи вместе с аппаратом – А то ты не всегда относишься бережно к моему труду.

– «Ну а кто виноват, что у тебя вся макулатура валяется настолько хаотично?»

Я решил ничего не отвечать. Как ещё пояснить маленькой тирсапи, что бумага может потерять свою аккуратность, как бы сильно ты ни старался её выравнивать?