Чтение онлайн

Лань нахмурилась. Она ожидала, что Цзэнь покажет ей жесты, которые нужно выполнять для создания печатей. Или по крайней мере устроит тренировку по боевым искусствам, чтобы научить ее направлять ци, ведь именно о таком писали в сборниках рассказов.

Вместо этого практик велел ей закрыть глаза и дышать.

– Условия не идеальны, – заметил он. – Медитацией лучше всего заниматься сидя, избавляясь от осознания окружающего нас физического мира. Однако, похоже, какое-то время у нас не будет подобной роскоши.

Чрезвычайно трудно избавиться от осознания физического мира, спасаясь от преследования легиона солдат. Да и лесная подстилка представляла собой лабиринт корней и бугристой почвы, о которые она могла споткнуться. Сначала Лань пыталась, действительно пыталась, но по мере того как солнце поднималось все выше, а температура росла, пот начал неприятно покалывать виски и стекать под одежду. Усталость и голод совсем не прибавляли ей сил. Последней каплей стало падение лицом в кучу грязи.

– Я отказываюсь это делать, – заявила она, вытирая лицо грязным рукавом. – Какой криворукий наставник станет просить свою ученицу закрыть глаза во время бега по лесу?

– Криворукий наставник? – повторил этот самый наставник, приподняв брови.

Возмущенная, Лань топнула ногой.

– Что, никогда не слышал, как выражаются деревенские девушки?

Солнце начало клониться к закату. Не прошло и дня, а она уже устала от стараний сохранить перед этим парнем лицо. Он был утонченным там, где она была неотесанной; он был ученым, а она певичкой; он говорил загадками, от которых болел ее необразованный ум.

– Полагаю, ничего подобного я не слышал, – сказал Цзэнь так искренне, что Лань стало очень сложно на него злиться. – То, что ты постоянно спотыкаешься и падаешь, говорит о том, что ты не подключилась к потоку ци. Ты должна чувствовать бороздки земли, поднимающийся корень сосны, движение к луже воды.

– О, я их почувствовала, – проворчала Лань. – Я почувствовала все это на своем лице, когда упала.

Цзэнь проигнорировал ее.

– Будь внимательна. Не важно, насколько велик твой внутренний потенциал, без тренировок и дисциплины ты ничего не добьешься. Пока не научишься двигаться, ощущая ци вокруг себя, не сможешь перейти к следующему этапу.

«А следующий этап – это печати», – подумала девушка, с жадностью скользя взглядом по его рукам в черных перчатках. В чайном домике она никогда не рвалась выполнять тяжелую работу или учиться, а в данный момент мысль о том, чтобы провести несколько дней, уткнувшись лицом в корни бамбука, была просто невыносима.

Так что Лань театрально вздохнула через нос и схватилась за живот.

– Я приложила максимум усилий, уважаемый практик.

Цзэнь вскинул брови:

– Так теперь я «уважаемый практик»?

– Господин уважаемый практик.

– Кажется, мы примерно одного возраста. Так что нечего называть меня «господином».

– Ну, ты определенно ведешь себя как один из них, – парировала она. В ответ на раздраженный взгляд, который Цзэнь бросил в ее сторону, Лань надулась. – Я плохо себя чувствую. У меня ежелунное кровотечение. Может, мы… может, мы поедим и найдем для меня местечко, где я помедитирую и выучу несколько печатей?

На щеках Цзэня появились два розовых пятна, которые стали расползаться вниз по шее, пока все его лицо не приобрело оттенок унижения.

– Я… ты… ежелунное… – пролепетал он, делая шаг назад. – Да. Ты отдохни… здесь… а я пойду… еда…

Он развернулся и тут же скрылся за деревьями.

Фыркнув от смеха, Лань присела, опершись спиной на бамбуковый стебель. И это все? Следовало подумать об этом раньше. Девушка слышала истории о том, как набожные ученики, будь то воспитанники монастырей или практики, давали клятву вести целомудренный образ жизни, оставив позади все материальное и греховное.

«Какая досада, – подумала она, закрывая глаза и устраиваясь поудобнее, – с таким-то красивым лицом, как у него».

Когда Лань очнулась от дремоты, сгущались сумерки, влекущие за собой кромешную ночную темноту.

«И воздух тоже изменился», – подумала Лань, выпрямляясь и плотнее запахивая черный плащ практика. Дело было не в запахе и не в том, что теперь, когда наступил вечер, стало холоднее…

Конец ознакомительного фрагмента.