И взойдет милой во высок терем,И он кинется на кроватушку:У белой груди змея лютая,Во правой руке сабля острая.Во ногах сидит красна девица…А уж я, млада, что в полон взята,—Во своем добре не указчица,Во своем дворе не хозяюшка!
Сизокрылый голубочек,Милого заветный дар,Взвейся выше, поднимисяК поднебесным облакам.С вышины, мой голубочек,Посмотри во все страны —Не увидишь ли, где милыйВоздыхает обо мне!Если где его усмотришь,Как стрела к нему пустись,Сядь в саду его на веткуИ уныло заворкуй…Он услышит, он увидит,Он узнает голос твойИ пшеницей белояройПриманит тебя к себе!Ты слети к нему, ко грудиДруга милого прижмись,И послушай, для меня лиБьется сердце во груди?..Если мной живет и бьется,Он прижмет тебя к нему,Взор наполнится слезами,Слезы брызнут — он вздохнетИ тебя рукою нежнойПотихоньку оттолкнет…Носиком своим хоть слезку,Ах, хоть слезку подхватиИ ко мне с слезой бесценнойБыстрой молнией лети.Друга слезку дорогуюЯ своею оболью,Расцелую, размилуюИ у сердца иссушу!Если ж он меня не любит,Если клятвы позабыл…Не лети ко мне! — останьсяВ зеленом его саду,Под косящатым окошком,На любимый сядь кустокИ уныло и печальноДень и ночь воркуй, стони…Пусть он, совестью терзаясь,Будет плакать, тосковать;Пусть он жизнь возненавидит —Бросит пищу, бросит сон…И от вздохов пусть завянет,Как от холоду цветок!И от горьких слез истает,Как от пламени свеча!Вот тогда лишь он спознаетМуки сердца моего…Голубочек, понесисяК поднебесной вышине…Но с слезою возвратисяДруга милого ко мне.
Хороша ты, красна девушка,На белом свете родилася!Ни видом такой не видано,Ни слыхом такой не слыхано;Темно-русая коса твояЛентой алой изукрашена,Твои брови соболиныеОбогнулися как радуга;Твои очи соколиные,Будто звездочки, горят, блестят;Твои губочки — как маков цвет,Что весною расцветать начнет;Грудь высока лебединая,А походочка павлиная;Голос звонче соловьиного;Речи слаще меду сладкого!Мое сердце распылалося,От покою отказалося, —За тобою я, как тень, брожу!Ах, когда б сердца ретивогоМожно было мне ослушаться,Не спознал бы горя горького,Не изведал бы кручинушки…Не любил бы несогласную,Лютым сердцем непокорную.
Ах молодость, молодость!Весна моя красная!Ты когда, когда прошла,Когда прокатилася?.. Ты не речкой протекла — Точно из лука стрела Или пташка пролетела! Точно песенкой пропелась, Дальним гулом пронеслась — И сокрылася от глаз!Ах ты, горе горькое,Неизменная тоска!Ты когда на ретивоеГорючим камнем легла?..С молоком ли я родимойВ белу грудь тебя всосал,Или с первым поцелуемКрасной девицы узнал?..Злые люди подружилиГоре горькое со мной…И в сырой земле, в могилеМоя радость, мой покой!
А. В. Кольцов
Ранние стихи Алексея Васильевича Кольцова (1809–1842) были написаны в традиции сентиментального романса начала XIX века, но на рубеже 1820-х и 1830-х годов он обращается к жанру «русской песни», творчески осваивая фольклор. Некоторые стихотворения Кольцова были положены на музыку уже при его жизни («Хуторок», «Не шуми ты, рожь…», «Отчего, скажи…», «Если встречусь с тобою…» — последнее М. Глинкой). Но в быт эти песни входят лишь с конца 1840-х и особенно в середине 1850-х годов. Наиболее массовое распространение получили: «Перстенечек золотой…», «Не скажу никому…», «Так и рвется душа…», «Я любила его…», «Хуторок». [110] Другие песни, особенно романсы («Разлука», «Глаза» и др.), известны не столько в крестьянской, сколько в городской среде. В песенниках, кроме названных, чаще всего встречаются: «Ты не пой, соловей…», «Не шуми ты, рожь…», «Обойми, поцелуй…», «Что ты спишь, мужичок…», «Отчего, скажи…». В лубочной литературе особенно распространены: «Песня старика», «Первая песнь Лихача Кудрявича», «Песня пахаря», «Раздумье селянина», «Косарь». Некоторые из стихотворений Кольцова в устном бытовании заметно изменены («По-над Доном сад цветет…», «Два прощания» и др.). К поэзии Кольцова обращались очень многие композиторы, хотя, по замечанию Б. А. Асафьева (Игоря Глебова), «человека, близкого ему (Кольцову. — В. Г.)по складу и здоровой непосредственности, в русской музыке не найти». [111] Поэтому, несмотря на огромное количество романсов и песен (около 700), созданных более чем тремястами композиторами, лишь немногие из этих произведений вошли в музыкальный быт. Наиболее удачны и известны песни и романсы М. Глинки, А. Даргомыжского, М. Мусоргского, М. Балакирева и А. Рубинштейна. На слова Кольцова писали также музыку А. Варламов, А. Гурилев, Н. Римский-Корсаков, Ц. Кюи, С. Рахманинов, С. Танеев, А. Гречанинов, из советских композиторов — Б. Асафьев, Р. Глиэр, М. Ипполитов-Иванов, А. Гольденвейзер и другие.
110
А. М. Новикова, Песни А. В. Кольцова в устном творчестве. — «Русский фольклор», вып. 3, М.—Л., 1958, с. 113, 119, 122.
111
Игорь Глебов, Русская поэзия в русской музыке, Пг., 1922, с. 7.
Люди добрые, скажите,Люди добрые, не скройте:Где мой милый? Вы молчите!Злую ль тайну вы храните?За далекими ль горамиОн живет один, тоскуя?За степями ль, за морямиСчастлив с новыми друзьями?Вспоминает ли порою,Чья любовь к нему до гроба?Иль, забыв меня, с другоюСвязан клятвой вековою?Иль уж ранняя могилаПриняла его в объятья?Чья ж слеза ее кропила?Чья душа о нем грустила?Люди добрые, скажите,Люди добрые, не скройте:Где мой милый? Вы молчите!Злую тайну вы храните!21 ноября 1829
По-над Доном сад цветет,Во саду дорожка;На нее б я всё глядел,Сидя, из окошка…Там с кувшином за водойМаша проходила,Томный взор потупив свой,Со мной говорила.«Маша, Маша! — молвил я. —Будь моей сестрою!Я люблю… любим ли я,Милая, тобою?»Не забыть мне никогда,Как она глядела!Как с улыбкою любвиВесело краснела!Не забыть мне, как онаСладко отвечала,Из кувшина, в забытьи,Воду проливала…Сплю и вижу всё ееПлатье голубое,Страстный взгляд, косы кольцо,Лентой первитое.Сладкий миг мой, возвратись!С Доном я прощаюсь…Ах, нигде уж, никогдаС ней не повстречаюсь!..1829
Я затеплю свечуВоска ярого,Распаяю кольцоДруга милого.Загорись, разгорись,Роковой огонь,Распаяй, растопиЧисто золото.Без него для меняТы ненадобно;Без него на руке —Камень на сердце.Что взгляну — то вздохну,Затоскуюся,И зальются глазаГорьким горем слез.Возвратится ли он?Или весточкойОживит ли меня,Безутешную?Нет надежды в душе…Ты рассыпься жеЗолотой слезой,Память милого!Невредимо, черноНа огне кольцо,И звенит по столуПамять вечную.20 сентября 1830
Оседлаю коня,Коня быстрого,Я помчусь, полечуЛегче сокола.Чрез поля, за моря,В дальню сторону —Догоню, ворочуМою молодость!Приберусь и явлюсьПрежним молодцем,И приглянусь опятьКрасным девицам!Но, увы, нет дорогК невозвратному!Никогда не взойдетСолнце с запада!21 сентября 1830