Чтение онлайн

Седина-ль моя сединушка! Ты почто рано так появилася В кудри черны мои вселилася? Эх ты, молодость, моя молодость! Прогулял я тебя, да все без толку. Я не чаял тебя так измыкати. Ах, измыкал я свою молодость Не как люди живут, не в богачестве, А в проклятом одиночестве. Изошел-то я, добрый молодец, С устья до вершинушки Всю сибирскую сторонушку: Не нашел я здесь, добрый молодец, Ни батюшки, ни матушки. Ни братцев-то — ясных соколов Ни сестриц-то — белых лебедушек; Вместо них нашел, добрый молодец, Погоняночку [13] — красну-девицу.

(Приписывается, согласно преданию, Ваньке Каину)

Из Кремля, Кремля, крепка города, От дворца, дворца белокамена, Что до самой ли красной площади Пролегала широкая дороженька. Что по той ли по дороженьке Как ведут казнить добра молодца, Добра молодца, большого боярина, Самого атамана стрелецкого. За удалый разбой волокут его. И идет ли молодец, не спотыкается, Быстро на людей озирается, Да и тут не покоряется. Перед всех идет старшой палач, В руках несет остер топор, А за ним идут отец и мать, Идет рядышком молода жена. Они плачут, что река льется, Возрыдают, как ручьи шумят, Со слезами тут выговаривают: «Ты дитя наше милое, Покорись ты ради нас, Принеси ты повинную, И пожалуют тебя Оставить буйну голову на могучих плечах!» Каменеет сердце молодецкое, Он противится, он упрямствует, Отца, матери не слушается, Над женой молодой не сжалится. Привели его на площадь красную, Отрубили буйну голову, Что по самы могучи плеча.

(Кармелюк — знаменитый малороссийский разбойник)

(Нерчинск)

Повернувся я з Сiбiру, Нема мiнi доли, А здаеться не в кайданах, Еднак же в неволi. Слiдять мене в день i в ночi На всяку годину: Иiде мiнi подiтися, Я од журбичину. Маю жiнку, маю дiти, Хоч я их не бачу, Як згадаю про iх муку, То гiрко заплачу. Зiбрав жвавих собi хлопцiв, I що мiнi з того? Засiдаю при дорозi, Жду подорожнього. Чи хто iде, чи хто iде, Часто дурно ждати, А так треба в лiси жити, Бо не маю хати. 3 багатого часом вiзму I убогому даю: I так грошi подiливши, Я грiха не маю. Зовут мене розбiйником, Кажут, розбиваю. Та я ж нiкого не забив, Бо сам душу маю! Асесори, справники Все мене ганяют. Бiльш вони людей забили, Чi я грошей маю! Пiшов би я в мiсто, в село, Всюди мене знают. Я би тiльки показався, То зараз пiймают! А як треба стерегится, Треба в лiсi жити; Хоч здаеться свiт великий Нидеся подiти! Царь Кучум в степях горюет По своем богатом царстве. Много силы у Кучума, Много всякого богатства: Из монистов ожерелья, Черный соболь и лисицы, Золото и серебро! А в больших его палатах Казаки сидят за чарой, Поминают Русь святую. Впереди сидит начальник И большой их воевода, Первый в боях и советах Тот Ермак ли Тимофеич. Справа грозный воевода, Ермака сподвижник смелый, Атаман-Кольцо отважный Буйну голову повесил. Слева весел и разгулен С полной чарою глубокой Атаман-гроза сидит! Речь возговорил Ермак Тимофеевич: Ой вы, гой еси, братцы, Атаманы молодцы! Ой вы делайте лодочки-коломенки, Забивайте вы кочеты еловые, Накладайте бабайчики сосновые. Мы поедемте, братцы, с Божьей помощью, Мы пригрянемте, братцы, вверх по Иртышу-реке, Перейдемте мы, братцы, горы крутые, Доберемся до царства басурманского, Завоюем мы царство Сибирское. Сегодня на рассвете Товарища я похоронил. Вблизи, где перекресток, В сырой земле его я зарыл. Не слышно было звона погребального, Не слышно было пения печального; Но навеки мать сыра-земля Его приняла без попа, без свечей погребальных. Я на его могилу Березоньку младую сажал, Товарищу бродяге Счастливо оставаться желал. Поминки бы справлял, да только не на что, Да за помин попу отдать ведь нечего. Но зарок дал: первый шкалик Выпью я за новопреставленного раба Божия. Кругом все было тихо… Не плакали родные! Не плакали родные о нем… На пути села родного Колокольчик прозвенел, Там и шел, прошел бродяга, Бродяга, бездомный человек. А навстречу друг-приятель Слово ласково сказал: Ты куда, куда, бродяга, Куда так скоро спешишь? Твоя маменька родная Во сырой земле лежит, А жена твоя младая Под венцом с другим стоит. На восходе ясна солнца Там схватили молодца, Резвы ножки заковали В железные кандала — Посадили вмиг бродягу В белокаменный острог, У острога двор обширный, Все ворота на замках. У ворот стоит смотритель, Переписывать бродяг. Ты скажи, скажи, бродяга, Сколько душ ты погубил? Я двенадцать душ зарезал, На тринадцатой попал, Ни о чем я не жалею, Кроме жены молодой.

(Поется сибирскими бродягами, когда они ходят по селам и

выпрашивают милостыню)

Милосердные наши батюшки, Милосердные наши матушки, Помогите нам несчастненьким, Много горя повидевшим! Выносите, родные, во имя Христа, Кто что может — сюда, Бедным странникам, побродяжникам Помогите, родные. Золотой венец вы получите На том свете; А в нынешнем поминать в тюрьмах Будем мы вас, наши родные. На заре было, на зореньке, На заре было на утренней, Я коровушек, девица, доила, Сквозь платочек молоко я цедила, Процедивши, душу Ваню поила.