Песни каторги.
Шрифт:
№ 38.
Бродяга и урядник
(В тайге близ Ишь-Куль)
(Песнью этой развлекаются часто сибирские бродяги,
причем один представляет урядника, а другой — бродягу)
Урядник.
Ну, попался ты, бродяга! Ты откуда? Отвечай!Бродяга.
Я сюда с ветров явился, Прямо из лесу взялся, И не мало удивился: Вашу милость встретил я.Урядн.
А как звать тебя бродяга? Твое имя! Отвечай!Брод.
Назовите, как хотите, Имя я мово забыл, Мне равно, како дадите: Ваня, Петя иль Кирилл!Урядн.
А отец и мать кто были? Ведь их были! Отвечай!Брод.
Как не быть? Тайга глухая Вместо матери была, А отца же, шалопая, Не знавал я никогда!Урядн.
Где живешь? Чем промышляешь? Есть бумага? Отвечай!Брод.
Круглый год в лесу живу я, Там скитаюсь и кормлюсь, За бумагу вот несу я На спине бубновый туз!Урядн.
А свой путь куда ты держишь? Знать хочу я! Отвечай!Брод.
Рассказать вам мне трудненько То, чего не знаю сам: Пробираюсь помаленько И скитаюсь по тюрьмам!Урядн.
А не хочешь ли отведать Свежих розог? Отвечай!Брод.
Моя шкура, так и знайте, В выделке уже была! Но уж если угощайте, Дайте выпить мне сперва.№ 39.
Калики-перехожие (Слепцы)
(Поется бродягами, когда они по сибирским деревням
пробираются за милостиной. Слепота их часто притворная)
Из-под того ль креста, под того креста, креста да Леонидова, Из-под того ль бел горюча камня, камня Латыря, Ой-ли, люди православные. Ой, подайте нам слепцам! Со моря океан, через пески, пески сыпучие, К Сафать-реке через леса ли те дремучие! Ой-ли, люди православные, Ой, подайте нам слепцам! Путем-дорогой трудной шли мы к вам, отцы-богатыри, Благую весть по матери-земли из края в край несли. Ой, подайте нам слепцам, Подайте, православные!№ 40.
«Ваничка, приходи»
(Бродяжеская — заводская)
Ваничка, приходи ты ко мне вечерком! Темно будет — ко мне пробирайся тайком! Ты в окошко постучи! Отца-матерь не буди! Сама отворю Да и поведу… Мне колечко принеси! Да гостинца захвати! Будем мы болтать Да и пировать. Ты на мне зато женись, Или сразу отвяжись, Не обманывай, Да не забывай! Всем, что есть у меня, я тебя угощу! Никуда я тебя до зари не пущу. № 41.
«Грозно и пенясь, катаются волны»
(Байкал)
Грозно и пенясь, катаются волны. Сердится гневом объятый широкий Байкал. Зги не видать. От сверкающей молньи Бедный бродяга запрятался в страхе меж скал. Чайки в смятеньи и с криком несутся, А ели, как в страхе, дрожат. Чудится в буре мне голос знакомый, Будто мне что-то давнишнее хочет сказать. Тень надвигается, бурей несомая… Сколько уж лет он пощады не хочет мне дать. Буря, несися; бушуй, непогода! Не вас я так крепко страшусь! Тень надвигается бурей весомая, Гонится всюду со мной — лишь ее я боюсь! № 42.
«Славное море, священный Байкал»
(Каторжанин Тобольской каторги Мурайченко назвал эту
песню: «Песнь обер-бродяги»)
Славное море, священный Байкал! Славный корабль — омулёвая бочка! [16] Ну, Баргузин, пошевеливай вал, Плыть молодцу недалечко. Долго я звонкие цепи носил, Душно мне было в горах Акатуя! Старый товарищ бежать пособил: Ожил я, волю почуя. Шилка и Нерчинск не страшны теперь, Горная стража меня не видала, В дебрях не тронул прожорливый зверь, Пуля стрелка миновала. Шел я и в ночь и средь белого дня, Вкруг городов я посматривал зорко. Хлебом кормили крестьянки меня, Парни снабжали махоркой. Весело я на сосновом бревне Плыть чрез глубокие реки пускался. Мелкие речки встречалися мне — Вброд я чрез них преправлялся. У моря струсил немного беглец: Берег крутой, а и нет ни корыта. Шел я Карчой и дошел, наконец, К бочке, дресвою замытой. Нечего думать — Бог счастье послал: В этой посуде и бык не потонет; Труса достанет и на судне вал, Смелого в бочке не тронет. Тесно в ней жить беднякам омулям — Мелкие рыбки, утешьтесь словами: Раз побывать в Акатуе бы вам, — В бочку полезли бы сами. Славное море, священный Байкал, Славный корабль — омулёвая бочка! Гей, Баргузин, пошевеливай вал, Плыть молодцу недалечко.16
Омулей — небольшие рыбки Байкальского озера.
Поделиться с друзьями: