Чтение онлайн

– Не угодно ли Вашему Высочеству проследовать в мой дом, отдохнуть после долгого пути, угоститься сытным завтраком? Мои повара расстарались на славу, уверяю вас! Такой же изысканной сливочной ухи из сидарийского сига и свежайшей запеченной в лимонной глазури пеламиды вы не отведаете больше ни в одном уголке нашей прекрасной и необъятной империи!

– Благодарю за гостеприимство, но поспешу напомнить, что мы прибыли сюда для решения чрезвычайной ситуации в вашей провинции, – ответила волшебница. – А потому задержаться в Танталлире не имеем никакой возможности, к глубочайшему сожалению. Надеюсь, впрочем, что вы окажете мне большую услугу, снабдив нас лошадьми и выделив небольшой отряд вои- нов для сопровождения.

– Всё, что прикажете, милостивая Госпожа! – бургомистр вновь поклонился. – Всё, что вам угодно! Однако – прошу простить мне самонадеянность – я был столь уверен, что вы не откажете посетить мой дом, что, признаться, свободных лошадей в достаточном числе здесь и сейчас я предоставить вам не смогу… но в моей конюшне, разумеется, стоят лучшие скакуны во всей провинции! Не откажите, милостивая Госпожа, Ваше Высочество, проехаться в моей карете до конюшен. Там мы вмиг обеспечим вас и лошадьми, и конвойными, и всем необходимым!

– Пусть будет так, – согласилась Госпожа Миррэтрис. – Не будем же терять времени.

– Слушаюсь, Ваше Высочество! – снова раскланялся толстяк, и махнул рукой герольду.

– Дорогу её Императорскому Высочеству милостивой Госпоже Миррэтрис! Дорогу высокочтимым гостям из столицы всей великой империи эледов! Дорогу господину Гевелету Батисту дель Невуру, начальнику города-порта Танталлира! – громогласно возвестил тот. Тут же грянули барабаны, и импровизированное шествие началось.

В открытой карете под обшитым бахромой балдахином разместились бургомистр со своим верным овлитом, Госпожа Миррэтрис, Айлин, и – внезапно для самого себя – Даан, которому волшебница неожиданно сделала ясный знак следовать за ней. Наэрис, Ярра и Селен, как и все стражники, поехали за каретой верхом. Багаж устроили в прицепной подводе. Похоже, госпо- дин Гевелет дель Невур и впрямь был убеждён, что высокие столичные гости посетят его дом – по всему видно, что он к этому подготовился.

Под неусыпным вниманием шумной толпы, оттесняемой герольдом и стражниками, процессия, наконец, выдвинулась из порта вглубь города.

– Ах, Ваше Высочество! – никак не унимался бургомистр. – Как же я, всё-таки, сожалею о том, что Вы толком не посетите моего поместья, и не задержитесь в Танталлире…

– Господин дель Невур. – леди Миррэтрис перевела на щеголеватого толстяка предупреждающий взгляд, и сделала небольшую паузу. Даан хорошо знал, что эти стальные нотки в голосе его Госпожи означают одно – она не намерена больше обсуждать тему, мнение о которой уже однозначно высказано. Судя по тому, как виновато и неловко заулыбался Гевелет дель Невур, он тоже верно понял намёк Её Высочества.

– Расскажите лучше всё, что известно о сложившейся на границах обстановке на данный момент, – велела волшебница. – В столицу донесения поступали разные.

Конечно, милостивая госпожа! Как прикажете! – бургомистр, не теряя виноватой улыбки, вытер выступивший на лбу пот тонким белоснежным платком с монограммой. Овлит деловито заухал на плече у хозяина, распустив на несколько мгновений широкие крылья.

Айлин, сидящая рядом с Госпожой Миррэтрис, и украдкой разглядывающая дома и постройки на улице, по которой они ехали, с интересом и восхищением посмотрела на пернатого танталлирского посланника. Кажется, видеть до этого живых овлитов, тем более так близко, девушке не доводилось. Самому же Даану всё, творящееся в этой карете, казалось весьма занятным.

Тем временем не на шутку разволновавшийся бургомистр начал свой доклад:

– Вся эта опасная суета, милостивая Госпожа моя, началась когда эльфы-холтэлэр принялись возводить на границах с нами укрепления. И как возводить! Недели не прошло, а они стены выстроили – как из неоткуда. А ведь никогда они от людей не огораживались – сколько уж сотен лет! Разве ж мы им противники? – тут он взглянул на внимательно слушающую его волшебницу, сбился, охнул, торопливо расстегнул воротник – будто ему внезапно стало душно, попыхтел, и продолжил:

– Торговля с ними, Ваше Высочество, так сразу же пострадала! Мы ведь у них покупали чудесные всеисцеляющие плоды Идэль’ир, которых не вырастить нигде больше, кроме благодатных эльфийских земель. А как начали холтэлэр возводить свои стены – что нам было думать? Мы созвали совет бургомистров всей Ильметтинской губернии, здесь вот, у меня, в Танталлире, и решили, что если эльфы это не по злому умыслу учиняют, и не готовятся с нами воевать, то в гарантию своей доброй воли и чистых намерений к нам, они должны увеличить долю плодов Идэль’ир, что к нам поставляется. Но вместо того холтэлэр и вовсе перестали торговать с нами чудесными плодами. А чем дальше – тем хуже дело пошло…

– И неудивительно, – отметила Госпожа Миррэтрис. – Нам рапортовали так же о нападениях…

– Ох, и нападения были! – эмоционально подтвердил Гевелет дель Невур, снова вытирая лоб. – В последний раз даже вверх по реке Ильметте ночные караульные видели маленький эльфийский отряд. В бой вступить не решились, но на утро выяснилось, что все снасти, что рыболовы в реке выставили, испорчены. Да и лодки наши… С тех пор по Ильметте-то и плыть никто особенно не решается.

– Портить рыболовные снасти и лодки – как-то мелко для нападения эльфов, – рассудил Даан, но тут же осёкся, поймав на себе взгляды всех, кто ехал с ним в карете – включая чёрного овлита бургомистра.

– Случались ли другие провокации? – уточнила Госпожа Миррэтрис, не одёргивая менестреля – из чего он сделал вывод, что озвученная им мысль вполне созвучна мнению его Гос- пожи.

– Случались… Особенно в той Палессе, – подтвердил Гевелет дель Невур, – Но о них куда подробнее вам сам господин дель Бальсар доложит, когда вы в Палессу прибудете…

– Нужно бы сообщить ему о нашем скором визите, – решила волшебница. – Чтобы не тратить драгоценное время нашего пребывания на сбор необходимых донесений, показаний и улик – если они есть. И раз вы, господин дель Невур, столь предусмотрительно взяли с собой вашего овлита, полагаю, мы можем немедленно отправить с ним в Палессу письмо.

– Великолепная Госпожа Ваше Высочество… – толстяк побледнел и вновь замялся, – Овлит-то при мне, но вот мой секретарь остался в поместье. А с ним и бумаги, и чернила, и всё…

– Это не представляет для нас большой проблемы, – Госпожа Миррэтрис даже бровью не повела, – Среди нас и сейчас присутствует тот, кто легко возьмёт на себя обязанности секретаря.

С этими словами она перевела взгляд на Даана. Несколько мгновений музыкант молча смотрел на свою Госпожу, не веря своим ушам, и медленно осознавая отведенную ему новую роль. А, осознав, поспешно стянул с головы свой берет с щегольской эгреткой, прижал его к груди, и несколько раз скло- нился.

– Рад служить Вам, моя Госпожа!

И, опасаясь вызвать праведный гнев волшебницы за такую медлительность, музыкант засуетился. Внутренне ликуя, и подгоняя сам себя, он поскорее достал из своей сумки блокнот в твёрдом переплёте, чистый лист, дорожную чернильницу, и новенькое – будто специально ждавшее своего часа – остро отточенное перо. Подготовившись исполнять свои новые обязанно- сти, Даан замер, ожидая указаний.

Госпожа Миррэтрис кивнула, и, чинно сложив руки, совер- шенно ровным голосом начала диктовать: