Чтение онлайн

— Это чертовски хорошо, братан. Возвращайся в Нэшвилл. Надо затащить тебя в студию.

— Нет, я не готов. Не хочу возвращаться только с одним треком. Хочу иметь возможность отправить Додсону несколько вариантов. Сейчас работаю над другим.

— Справедливо. — Долгая пауза, а потом Коул усмехается. — Так кто она?

Я прикидываюсь дурачком.

— В смысле?

— О ком песня?

— Ни о ком.

Он смеётся ещё громче, его низкий раскатистый смех звучит прямо у меня в ухе.

— Херня, чувак. Эта песня о живой, дышащей женщине. И она, мой друг, твоя муза.

Чёрт. Этого я и боялся.

Но в глубине души я знал, что это правда. Она у меня под кожей. Глубоко внутри. Этим утром я лежал в постели как влюблённый дурак, вспоминая все саркастичные замечания и дурацкие шутки, которые она отпускала вчера. Потом я дрочил на воспоминание о её больших глазах, смотрящих на меня в душе. И всё же навязчивое прокручивание каждого её слова — вот что более унизительно.

— Это та, с которой ты проводишь лето? — догадывается Коул. — Запретный плод.

— Да, — признаю я. — И это плохо.

— О чём ты говоришь? Это феноменально. Ты нашёл музу.

Я не хочу, чтобы Блейк была моей музой. Это значит проводить с ней больше времени. Погружаться в неё. Мне нужно видеть её меньше.

Но она везде. В доме. На пирсе. В моих грёбаных снах. И она даже не делает это специально. Она просто существует, и я пропал.

— Чувак, это проблема, — цежу я сквозь зубы. Признание гложет меня. Ненавижу произносить это вслух. — Тексты приходят, когда я с ней. Они просто льются.

— И снова, почему это плохо?

— Потому что я хочу её трахнуть. — Я издаю стон. — И, если судить по моему поведению за последние двадцать четыре часа, я, вероятно, собираюсь сделать это в ближайшее время.

— Чёрт. — Коул замолкает на мгновение. — Ну. Ты, очевидно, не можешь этого сделать.

— Не могу? Ну да, не могу. — Я колеблюсь. — Напомни, почему?

Он фыркает.

— Потому что нельзя спать с музой. Слишком большой риск.

Я встаю с шезлонга и подхожу к перилам, глядя на озеро. Солнце опускается за деревья, разбрасывая оранжевые полосы по воде.

— Когда трахаешь музу, возможны два варианта, — продолжает Коул. — В лучшем случае — это вызывает творческую волну, которая делает тебя ещё продуктивнее. Помнишь мои выходные в Мюнхене с Анастасией? Боже. Я написал «Pretty Girl» в те выходные. Альбом стал платиновым в прошлом месяце, кстати.

— Круто.

— Ага. Но есть и худший случай. Помнишь тот декабрь, который я провёл с Тэнси? Крупье из Вегаса? Она чертовски вдохновляла меня неделями, а потом, как только я переспал с ней, музыка умерла. Я не мог писать месяцами. — Его тон становится строгим. — Нельзя трахать музу, как бы ни хотелось.

— Может, было бы не так сложно, если бы я, блять, не соблюдал целибат, — бормочу я, не в силах удержать обвинение в голосе. В конце концов, это его вина. Просто попробуй целибат, бро. Поверь, это поможет.

Снова долгая пауза.

— Ладно, — говорит Коул. — Я даю тебе разрешение.

— На что?

— Иди переспи с кем — нибудь. С кем угодно, кроме музы.

— Правда? — с сомнением спрашиваю я.

— Слушай, ты пытался. Ты дал этому целибату шанс. Но это явно не работает, и, если ты рискуешь потерять единственный источник творческой энергии, который у тебя был за год, нам нужно это предотвратить. Найди красивую женщину, спусти пар и сохрани музу. — Он внезапно выругивается. — Чёрт, мне пора, чувак. Мы с Эйми сейчас записываем трек. Пришли остаток песни, когда она будет готова.

Он отключается, оставляя меня наедине с моими мыслями.

Может, он прав. Очевидно, целибат не сработал. Я не писал ничего, кроме дерьма, пока мой член был в спячке. Так что, может, пора дать ему волю.

Но не с Блейк. И не только потому, что она может быть моей музой. Потому что все причины, по которым мне не стоит с ней связываться, никуда не делись. Она заслуживает большего, чем интрижка на одну ночь, и наши семьи буквально убьют меня, если я использую её для секса и разобью ей сердце.

Я смотрю на телефон, большой палец зависает над чатом с Мирой и её последним сообщением. Нюдса может и нет, но приглашение осталось.

МИРА: Набери меня, если будет настроение.

После нескольких секунд колебаний я печатаю.

УАЙАТТ: Ты сегодня свободна? Не хочешь выпить?

Потом нажимаю «Отправить», прежде чем успеваю передумать.

— Ты уходишь?

Блейк появляется на лестнице, когда я роюсь в комоде в прихожей в поисках ключей от джипа. Я был последним, кто на нём ездил, и клянусь, я бросил их в эту стеклянную миску. Но вижу только декоративные жёлуди.

Я не поднимаю головы.

— Ага.

— Куда это ты? — с любопытством спрашивает она, сбегая по ступенькам.

— Да никуда особо.

— Ага, и это вообще не подозрительно. — Её смех щекочет мне спину. — Дай угадаю: ты собираешься в тайное подпольное заведение по игре в покер? Подрабатываешь там стриптизёром?

Я начинаю искать ключи в ящике столика.

— Нет, просто встречаюсь кое с кем в городе.

— С кем?

Мои пальцы натыкаются на брелок. Слава богу.

— С кем? — наседает Блейк, когда я не отвечаю.

— Просто с девушкой, — уклончиво говорю я.

Тишина.

Я не хочу видеть выражение её лица, но я мазохист, поэтому оборачиваюсь. Её лицо слишком радостное, улыбка натянутая.

— Я её знаю? — щебечет она.

— Вряд ли.

— Это та девушка, что прислала нюдс, когда мы были на катере?

Её обиженный тон вызывает укол совести. Что только заставляет меня хотеть отстраниться ещё сильнее.

— Да. Она.

Я мог бы остановиться. Мог бы уйти, не говоря больше ни слова. Вместо этого я заставляю себя ее добить.

— С ней весело, — добавляю я. — Мы спали прошлым летом.

Я вижу, как это попадает в цель. Уязвлённая вспышка в глазах Блейк. То, как её плечи напрягаются, будто её ударили, но она не хочет это показывать.

Хорошо. Пусть она меня ненавидит. Это лучше, чем альтернатива. Если мы хотим сохранить нашу дружбу, мне нужно подавить влечение. С обеих сторон.