Песня обреченных душ
Шрифт:
– Отлично, я как раз неподалеку, тогда до встречи.
Джуди был заинтригован. Взял свой кожаный дипломат и поспешил на встречу. Оставив машину на стоянке, шериф вошел в кафе и стал искать глазами Джеймса, но его не было. Брукс сел за столик и заказал чашечку кофе со льдом.
– Прошу прощения за опоздание, возникли неотложные дела, – объяснился Джеймс, когда, наконец, приехал.
Шериф осмотрел его с ног до головы и спокойно кивнул. Мистер Никольс снял свое драповое пальто, а телохранителю приказал подождать у входа.
Бруксу стало слегка неловко за свой внешний вид, а еще больше – за место, в котором он назначил встречу такому знатному человеку. Один только костюм его визави, наверное, стоит почти как все это заведение, в котором рокфеллеры точно не нашли бы себе что-нибудь по вкусу.
Джеймс оглянулся вокруг, поднимая глаза то на дешевенькую «позолоченную» статую, ржавчина на которой неприятно притягивала взор, то на безвкусные картины, которые наверняка повесили, чтобы скрыть вмятины и трещины на стенах. Вся эта безвкусица и даже убогость вызывала у Никольса некое смятение и неприязнь, но он не смел ничего высказывать шерифу по той простой причине, что помнил, с чего начинал сам…
Мистер Никольс подозвал официанта и заказал бутылочку бурбона .
– Наконец-то хоть немного расслаблюсь… Не составите мне компанию?
– Я бы с радостью, но, извините, никак не могу – при исполнении, так сказать. Сам подчиненных наказываю, если учую запах алкоголя, так что сами понимаете…
– Понимаю…
– Кстати, здесь готовят отличный стейк, - сказал Джуди и тут же немного смутился.
– Спасибо, но я не голоден…
– Ну что ж, тогда сразу к делу.
– У меня есть основания подозревать в убийстве строителей моего конкурента по бизнесу.
– Превосходно! Давайте в деталях, - попросил шериф, рассматривая роскошные золотые часы своего собеседника.
– Его зовут Джек Уилсон. Этот человек мне, мягко говоря, неприятен, и у нас с ним это взаимно. Он ненавидит меня за то, что бизнес мой процветает, а у него дела идут неважно. Как-то мы с семьей отдыхали на новой яхте, и люди Джека планировали устроить нам пожар.
– Простите за бестактный вопрос, а что им тогда помешало?
– К счастью, их вовремя разоблачили, но Уилсон сказал, что если представится возможность меня подставить, то он этим непременно воспользуется. Я уверен, что Джек и его люди замешаны в преступлении в особняке.
– Тогда назревает вопрос, чем ему не угодили именно строители? Как связан ваш конфликт и убийство рабочих?
– Да он все что угодно сделает, лишь бы подставить меня!
– То есть он убил строителей с целью перевести подозрение на вас и тем самым испортить вам жизнь?
– Да, а почему бы и нет?! Вы даже не представляете, какой ужасный человек кроется за его невинным лицом. Он еще и не на такое способен!
– Дело в том, что у меня появилась версия на днях, но она пока тоже не очень состоятельна. Понимаете, вся проблема в том, что мотивы, которые открываются, несовместимы с тяжестью преступления – со смертью троих рабочих. Три трупа – это ведь крайне серьезно. Чтобы пойти на такое, человек должен быть крайне… отчаян, я бы даже сказал.
В голове у Брукса, как в калейдоскопе, пролетели недавние размышления по поводу Дэвида Воултера. Шерифа насторожило то, что он отказывался от обыска в своем доме, будто что-то скрывал. Немаловажным ему представлялся тот факт, что именно Воултер-старший был единственным человеком, который был против продажи особняка. Но камеры наблюдения подтвердили его алиби. Он действительно весь день был в своем офисе и уехал оттуда в половине десятого. Смерть строителей наступила примерно около девяти, поэтому Дэвид никак не мог совершить преступление. Не мог совершить сам, но мог запросто нанять киллера… А что стрелял профи, это несомненно: три пули – три смерти. Тонкая работа… Человек, державший оружие в руках впервые, так не смог бы.
И опять же, почему строители? Напугать Никольса и отобрать дом? Но Дэвид должен был понимать, что дом никогда не будет принадлежать ему, старик завещал особняк его младшему брату. Хотел припугнуть Джонни? Может, особняк был нужен Дэвиду в каких-то личных целях?
Шериф прервал поток мыслей и снова вернулся к собеседнику:
– Еще хотел сообщить, что на полу рабочего кабинета вашей усадьбы мы обнаружили пучок длинных коричневых волос. Наш криминалист сделал экспертизу и утверждает, что волосы принадлежат женщине около тридцати пяти лет, проживающей в городе. И весьма состоятельной – это косвенный вывод, конечно.
– Вы на кого-то конкретно намекаете?
– Нет, я ни на кого не намекаю. Просто поделился информацией.
– Шериф, я понимаю, что криминалистика – великая наука, но мне кажется, что вы как-то медленно продвигаетесь. Не поймите меня неправильно, но в нашем доме произошло убийство! Мне нужен результат, иначе я буду вынужден нанять частных детективов…
– Мистер Никольс, не стоит раньше времени паниковать. Мы обязательно найдем преступника. Спасибо Вам за информацию об Уилсоне. Я непременно встречусь с ним и все выясню. Где я могу его найти?
– У него своя фирма, которая занимается продажей крупной техники. Кстати, она находится недалеко от вашего управления, - ответил Джеймс, смакуя холодный виски.
– Превосходно! Я, кажется, знаю, где это. Я обязательно дам Вам знать, как все прошло.
– Я полагаюсь на Вас, шериф.
Никольс позвонил телохранителю, и тот сию минуту прибыл. Джеймс щедро расплатился с официантом, одел пальто и попрощался с Бруксом.
Джуди тут же позвонил детективу Мэрфи и описал задачу.
Дону было крайне приятно, что шериф доверяет и полагается на него. Хотя Джуди всегда считал Мэрфи слегка неуравновешенным и несобранным, но ценил своего подчиненного за способность к аналитическому мышлению и умение тонко общаться с людьми. С тех пор как Дон пришел к ним на стажировку, шериф во всем был его старшим товарищем и советчиком, а Мэрфи, теперь уже детектив, считал его вторым отцом и всегда приходил к нему за советом. Придирки и замечания Джуди он воспринимал легко: Дон всегда ценил стремление Брукса сделать его лучше, чем он есть.
Глава V. Нечего предъявить
Детектив вошел в ресторан, в котором была назначена его встреча с Уилсоном. За столиком у окна он увидел солидного мужчину, который курил деревянную трубку и говорил по мобильному телефону. Мэрфи подошел и присел напротив.
– Здравствуйте, мистер Уилсон?
– Совершенно верно, а вы детектив… Мэрфи, верно?
– мужчина отложил мобильный телефон.
– Да, Дон Мэрфи, следственный отдел.
– Чем я могу быть вам полезен, мистер Мэрфи?
– Вы знакомы с Джеймсом Никольсом?
– Да, а что?
– В особняке, который мистер Никольс приобрел недавно, было совершенно убийство. Убиты трое работников строительной фирмы.
– Очень жаль… но зачем Вы мне это сообщаете?
– Мистер Уилсон, где Вы были пятнадцатого апреля приблизительно с семи до десяти часов вечера?
– Вы что, меня подозреваете?! Это неслыханно! Я, знаете ли, уважаемый человек. И у меня совершенно нет времени участвовать в этих ваших играх! – мистер Уилсон, похоже, не знал, злиться ему или смеяться над такой нелепостью, но через мгновение стало понятно, что он таки злится. Уже, было, порываясь уйти, он, тем не менее, вдруг замер и подозрительно спросил: – А на каком основании вы меня подозреваете? Уж не Джеймс ли вас ко мне подослал?