Чтение онлайн

— А зачем же обеспеченной даме в запущенной квартире останавливаться? — спросила Аня у Галины Николаевны.

— Я у нее то же и спросила, — закивала в ответ старуха. — А она сказала, что с мужем поцапались. Вот она от него ушла, и где-то ей перекантоваться нужно, пока к родственникам не уедет. И ей, мол, все равно где. Вот я ее и пустила.

— А что она?

— Договаривались-то мы с ней на месяц, меньше я не сдаю, а она прожила всего неделю, а потом соседи мне звонят, что квартира пустая стоит, а свет на кухне все время горит. И днем и ночью. Я примчалась, смотрю, ни жилички, ни ее вещей, ничего нет. Исчезла. И свет, мерзавка, перед уходом на кухне не выключила. Ей-то что, а мне прямой убыток! И ключ мой с собой забрала. Теперь и не знаю, что делать. То ли замок в двери менять, то ли ждать, когда жиличка моя объявится. Все-таки до конца месяца мы с ней уговаривались. Деньги-то мне хоть и заплачены, но неприятно, чего квартира просто так простаивает?

— А вы смогли бы узнать ту женщину, если бы увидели снова? — спросила у Галины Николаевны Аня.

— И не узнала бы никогда! — махнула рукой старуха. — Я уж как вертелась, чтобы она платок и очки сняла. А она ни в какую. Глаза, говорит, болят, плакала много. И шарф с головы не сняла. Так что лица я ее толком и не видела.

— А приехала она на чем? — спросила у старухи Аня. — На машине или на своих двоих?

— Зачем на своих двоих? — удивилась бабка. — Я же говорю, дамочка обеспеченная. И машина у нее была. Синяя такая. Иностранная.

— А номер? Может быть, вы номер запомнили? Тогда по номеру машины вашу пропавшую жиличку найти можно, — сказала Аня.

— Вот беда! — искренне расстроилась старуха. — Не знала я. А то бы уж обязательно записала.

— Не сомневаюсь, — пробормотала Аня себе под нос.

Жадная бабка ей не нравилась.

— А ходил кто-нибудь к вашей жиличке? — спросила она. — Может быть, соседи видели?

— Какое там! — вздохнула бабка. — Дамочка эта и прожила-то у меня всего ничего. Ту неделю, что на квартире появлялась, она там тоже особенно не мелькала. Но вроде бы подруга к ней приходила. Да только ни имени, ничего другого об этой подруге я не знаю. И не видела даже. Соседи рассказали.

— А паспорт! — воскликнула Аня. — Уж паспорт вы должны были ее видеть! Как же без паспорта незнакомого человека к себе поселить?

В ответ старуха понесла такую ахинею, что Аня уже через минуту перестала слушать. И так все было ясно. Жадная старуха польстилась на большую плату, которую предложила ей дама, и не потребовала с той ни паспорта, ни других документов.

— Вот так и норовят всякие личности обмануть бедную одинокую старуху, — ныла Галина Николаевна у Ани над ухом.

— Обманешь тебя, как же, — пробормотала Анька с досадой. — Сама кого хочешь обманешь, из-за копейки удавишься.

— Вот перстень у жилички моей был приметный, — внезапно донеслось до Ани. — Я еще внимание на него обратила. Думала, стекляшка синяя. А оказывается, сапфир.

— Сапфир? — машинально переспросила Аня.

— Ага, — с готовностью кивнула старуха. — Огромный такой перстень во всю фалангу. И в середине сапфир этот синий. Тоже огромный. Висит такая дуля, невольно внимание обратишь. Вот на этом пальце.

И Галина Николаевна показала средний палец. Жест получился таким неприличным, что Аня невольно фыркнула.

— Перчатки-то моя жиличка, когда в квартиру вошла, все же сняла. Вот я и обратила внимание на перстенек, — продолжала рассказывать бабка, не заметив Аниного веселья, — говорю, неудобно же такой огромный камень таскать. Ни постирать, ни сготовить. А дамочка эта, Наташей она мне представилась, как засмеется. Мне, говорит, ни готовить, ни стирать давно уж не приходилось. И посмотрела на меня этак высокомерно. Ну, думаю, и не понятно мне, как же ты такая неприспособленная одна жить-то собираешься. У меня ведь ни машины стиральной в квартире нет, ни домработницы. Подумала и плюнула. Про всех думать, голова распухнет. А кольцо свое Наташа эта все-таки камнем внутрь сразу же после нашего разговора повернула.

Аня ушла от Галины Николаевны, унеся весьма сомнительную добычу. Красивую богатую незнакомку, снявшую квартиру, где происходили съемки фильма с участием Симона и неизвестной проститутки, возможно, звали Наташей. И она носила на среднем пальце правой руки кольцо с крупным сапфиром.

— Не думаю, что по таким приметам можно найти в многомиллионном мегаполисе кого бы то ни было, — вздохнула Аня и поехала к Марише.

Обнаруженная Маришей и Олегом у Мариши в спальне видеокамера, замаскированная под девочку с гитарой, была куплена в одном из тех магазинов, где продавались всевозможные штучки для слежения за своими близкими и не очень людьми.

— Да, эта статуэтка куплена у нас, — уверенно кивнул продавец, когда Мариша с Олегом продемонстрировали ему подарок тетки Лисы.

— А кто ее купил? Вы помните?

— Не уверен, — покачал головой продавец. — Это явно было не в мою смену. Но вообще-то можно узнать.

И он ушел в подсобку. Через минуту оттуда появился еще один продавец и направился прямиком к Марише и Олегу.

— Вы интересуетесь человеком, который купил у нас эту видеокамеру? — спросил он у них. — Что же, вещица редкая. Во всяком случае, у нас в магазине она была одна. Так что могу попытаться вспомнить. Минуточку…

И он многозначительно замолчал, уставившись на потолок. Лицо его при этом приняло невиннейшее выражение. Когда воспоминания продавца затянулись, до Мариши стало кое-что доходить. Она полезла в кошелек и по одобрению, мелькнувшему на лице продавца, догадалась, что память у него начинает просыпаться. После того как к нему перешло пятьсот рублей, память окончательно проснулась, и продавец сказал:

— Это была женщина.

— И что? — спросила у него Мариша. — Приметы?

— Хм, — задумался продавец и возвел было глаза к потолку, но тут Мариша разозлилась.

— Хватит! — закричала она, хлопнув кулаком по прилавку. — Вы уже получили достаточно. А приметы я вам и сама могу сказать.

И она описала продавцу тетку Лису.

— Если вы сами догадываетесь, кто купил, так чего ко мне пристаете? — неожиданно взвился продавец. — Шутить со мной решили? Подослали свою знакомую, а теперь зачем-то у меня выпытываете, как она выглядела? Так вот, хоть вы и такие жадные, но я уж вам скажу. Это вовсе была не она. Та женщина, которая купила статуэтку, была высокой. На голове у нее был повязан красивый большой шелковый платок. И она была в темных очках. А на руке кольцо с крупным синим камнем. Сапфир, я думаю.

И, возмущенно пожав плечами, продавец удалился из торгового зала, храня на лице выражение оскорбленного самолюбия и обманутых ожиданий. Мариша, напротив, пришла в хорошее настроение.

— Вы чего? — удивился Олег.

— Ну как же! — воскликнула Мариша. — Если видеокамеру купила не тетка Лиса, то она могла и не знать, что спрятано в статуэтке. Может быть, тетка Лиса была просто исполнительницей чужой воли, слепым орудием.

— И вас это радует?

— Не очень-то легко сознавать, что последние дни жила под одной крышей с человеком, который тебя ненавидит, — сказала Мариша. — А так я могу думать, что тетка Лиса до конца и не знала всей правды о том, для чего нужна эта скрытая съемка.