Чтение онлайн

— Дедушка, дедушка! Замолчите! — завопила Мариша, испугавшись, что дедуля снова пойдет по второму кругу.

От неожиданности — видимо, его раньше никогда не перебивали — Виталий Петрович замолчал.

— Вас обманули! — заявила Мариша. — И я так говорю вовсе не потому, что надеюсь все-таки получить ваши деньги, квартиру и коллекцию. Вовсе нет. Эти картины мне не нужны. Никогда особенно не увлекалась живописью. И к тому же я никогда на них не рассчитывала, так что и расстраиваться из-за их потери не стану. Но вас обманули. И вы и я стали жертвами ловких мошенников, которые подделали и фотографии, и фильм, и…

— И ты хочешь сказать, что и искусственный член тебе подкинули? — неожиданно подала голос из своего кресла Лида.

— Ну да, — кивнула Мариша. — Подкинули. А ты, Лида, откуда про него вообще знаешь?

— Игорь, ну что она еще может сказать! — рассмеялась Лида, обращаясь к своему мужу.

— Погоди, Лида, — остановил ее Игорь Витальевич. — Пусть Мариша скажет. Возможно, она и в самом деле стала жертвой обмана.

— Да кому могло понадобиться ее выставлять хуже, чем она есть на самом деле? — фыркнула Лида. — И вообще возможно ли это?

— И очень несложно! — заявила Мариша. — Стоило всего лишь нанять одну актрису, которая сыграла роль моей тетки. Мошенники воспользовались тем, что я никогда в глаза не видела своих родственников по отцовской линии. И одна из них поселилась у меня под видом моей тети Фелисии. Она подсыпала снотворное в вино и впускала ко мне в дом мужчин по ночам. Это она подарила мне те костюмчики, в которых я щеголяю на фотографиях и в кино. Но мужчина на пленке и наркоманы у моей двери — это все наглая инсценировка. И если вы, — она повернулась к деду, — хотите справедливости, то должны выслушать меня и разобраться в этом деле.

— Где эта женщина, которая, по твоим словам, играла роль твоей тетки? — помолчав, спросил у Мариши дед. — Я хочу переговорить с ней.

— Увы, ее похитили, — вздохнула Мариша.

— Ну, конечно! — фыркнула Лида. — Похитили! И очень вовремя, ничего не скажешь! Раз эту женщину похитили, конечно, она ничего не сможет рассказать.

— Она не сможет, зато у меня есть доказательства, что в вино мне действительно подсыпали снотворное! — воскликнула Мариша. — И фильм, и фотографии, если отдать их на экспертизу, чистой воды липа! Проверьте.

— Хм! — произнес дед. — Вот оно как оборачивается. Я надеялся, что все пройдет гладко. Но раз такая ситуация… Что же, я готов для очистки совести провести экспертизу. К счастью, у меня сохранились нужные знакомства. Игорь, где этот фильм и фотографии? Дай их мне.

— А у меня их нет. Я оставил их у Мариши, — растерянно сказал Игорь Витальевич.

— Зачем? — удивился его отец.

— Она попросила, — ответил Игорь Витальевич.

— Мариша, где снимки и диск? — обратился к внучке Виталий Петрович.

— Дома, — пробормотала Мариша. — Я оставила их дома. Но я могу съездить и привезти.

— Сделай одолжение, — кивнул дед. — А пока я отложу свое решение до того момента, когда будет готов окончательный отчет экспертов насчет фильма и фотографий.

— Пойдемте, — сказала Мариша, обращаясь к подругам.

Все четверо поднялись и поспешно покинули квартиру Маришиного отца.

— Фу! — поморщилась Аня, оказавшись на улице. — Как мерзко на душе.

— Прямо как помоями окатили! — кивнула Мариша. — Чувствую, что срочно нужно снять стресс. Принять ванну, например.

— В доме твоего папочки просто смердит! — с отвращением затрясла головой Инна. — В жизни не чувствовала себя так погано.

— Ну и гадостные родственнички! — вздохнула Юлька. — Особенно эта Лида.

— Кстати, а вы заметили у нее на пальце кольцо с сапфиром? — воскликнула Аня.

— Заметили, заметили, — успокоила ее Инна. — Вполне возможно, что это то самое кольцо, которое было на нашей незнакомке в шелковом платке и очках. И тогда незнакомка, которая все это затеяла, вовсе и не незнакомка, а наша Лида — молодая мачеха Мариши.

— Да, — кивнула Мариша. — И к тому же мотив у Лиды есть. И ого-го какой! Деньги! Самый верный мотив для любого преступления.

— Верно, — согласилась с ней Аня. — Наследство твоего дедули наверняка не дает ей покоя.

— И ведь самое обидное, что Лида в своих корыстных расчетах в чем-то права, — возбужденно перебила ее Мариша, — если дедуля не оставит свою коллекцию мне, а мне опозоренной и презираемой точно не оставит, то деньги достанутся моему папочке и, возможно, частично его сестрам.

— Уверена, как разобраться с твоими тетушками, Лида уже тоже придумала, — сказала Инна. — Фантазия у нее богатая. Так что поссорить деда с его дочками ей труда не составит. И в конечном итоге все деньги дедули достанутся твоему, Мариша, папочке.

— Если, конечно, мой папочка такое радостное событие вообще переживет, — пробормотала Мариша.

— Думаю, что вряд ли, — хмыкнула Аня. — Если Лида пошла на похищение своей сообщницы, то и до убийства может докатиться.

— Думаете, что и в самом деле это Лида похитила тетку Лису? — спросила у подруг Инна.

— Думаю, что да, — кивнула Мариша. — Тетка Лиса могла выдать свою сообщницу, рассказав о всех махинациях. А моя мачеха явно поставила себе цель — заполучить коллекцию дедушкиных картин. Или хотя бы ее часть.

— Так нужно было рассказать твоему деду про кольцо с сапфиром! — воскликнула Аня с досадой. — Почему вы мне не дали это сделать?

— Потому что у нас нет доказательств! — неожиданно закричала Юля. — Аня, ну как ты не понимаешь? Какие веские доказательства мы можем ему предъявить? Ну, кольцо! Ну, с сапфиром! Скажем мы деду про женщину в очках и с кольцом, как у Лиды. Так колец с сапфирами еще больше, чем синих «Опелей», на одном из которых увезли эту Шлюпикову. Никакой точно доказанной связи Шлюпиковой с Лидой.

— Можно провести очную ставку между Лидой и хозяйкой квартиры, где был Симон, — предложила Аня. — И продавца из магазина, где покупалась видеокамера в виде статуэтки. И можно найти тех наркоманов, которые также общались с этой женщиной.

— Если даже Олег — частный сыщик — не сумел рассмотреть лица незнакомки, которая к нему обращалась с просьбой меня скомпрометировать в своем отчете, то что уж говорить про остальных, — вздохнула Мариша. — Не сумеют они ее точно опознать. И мы снова окажемся в глупом положении.