Чтение онлайн

— Я, заместитель коменданта королевской тюрьмы. — Признался старый унтер офицер, пропихивающийся через толпу солдат к нам.

— У тебя пять минут привести этот сброд в приличный вид и построить их для принятия рапорта. Действуй! — Лео равнодушно повернулся спиной к солдатам и сделал вид, что беседует с одним из наших.

Долго ждать ему не пришлось, двое солдат, обманутые тем, что он стоит к ним спиной, решили поквитаться. Подняли и натянули луки, прячась за своих приятелей, и собрались в нас стрелять. Лео был великолепен. Выдернул лук с заранее навязанной тетивой и, не оборачиваясь, через плечо, воткнул по стреле в горло каждому. Наступила тишина. Наконец-то солдаты поняли, что лучше не нападать на этого скромного юношу, а выслушать, что он хочет сказать.

Минут пять потребовалось унтер офицеру, для того, чтобы хоть как-то построить солдат в некое подобие строя. Я тем временем связался напрямую с магической сущностью тюрьмы. Оказалось, что в камерах подвалов находится не один пёс, а двенадцать, причём девять из них имели в соседях своих Друзей. Также в заключении находились более полусотни человек разного возраста и пола. От троих глубоких старцев, до восьмилетнего мальчишки. Приказав замку разобраться с тем, за что они посажены в тюрьму, я прервал контакт. Всю эту информацию я передал Лео на языке псов. Солдаты, тем временем были, наконец, построены и унтер офицер подошёл с докладом к Лео.

— Ваше Благородие, личный сос…

— Отставить. Вы знакомы с уставом?

— Так точно! Знаю почти наизусть.

— Это хорошо, прочитай-ка нам двенадцатый раздел, касаемо приезда начальства в военную часть.

— При появлении в расположении части Короля, на стенах крепости или по периметру полевого лагеря фанфарами подается сигнал "Всем почтительное внимание", а на флагштоках поднимаются королевские штандарты, выше боевого знамени части. Весь личный состав части, свободный от несения службы, должен построиться и приветствовать Короля троекратным «Ура». При приезде в часть короля-наместника, на…

— Слушай, ты что совсем ничего не соображаешь? Да подними ты голову, бестолочь служивая, и посмотри на башни.

Унтер поднял голову и недоумённо посмотрел вверх, тупо оглядываясь по сторонам, наконец, его взгляд упал на флагшток одной из башен. Он, подслеповато щурясь, всмотрелся, вздрогнул, перевёл взгляд на главную башню, наконец он всё понял и рухнул на колени.

— Простите, Ваше Величество, стар стал, плохо вижу, не узнал вас.

— Что ты метёшь? Как ты мог меня узнать, если мы ещё не встречались? Ладно, весь личный состав в казармы, даю два часа на приведение себя в приличный вид. Идти в колонне по одному и медленным шагом. — Распорядился Лео, а сам переместился так, что бы успеть рассмотреть всех солдат.

Я сразу понял, что он задумал и пристроился с другой стороны. От колонны солдат, марширующих в казарму. Мне сразу приглянулись четверо молодых бойцов, держащихся вместе и как-то отстранено от остальных. Лео приказал им остаться во дворе, затем ещё троим по одному и последнюю пару. Таким образом, девять человек, приглянувшихся нам, мы оставили во дворе, а остальные прошли в казарму. Я приказал замку наблюдать за ними и при признаках угрозы закрыть двери казармы и сообщить мне. Оставив Лео и одну пару Воинов беседовать с теми девятью солдатами, что были нами отобраны, и унтер офицером, я с остальными отправился в подвалы тюрьмы. Сперва освободили псов и их Друзей. Тошир действительно был очень плох, хоть по моей просьбе замок и смягчил ему режим настолько, насколько это было в его власти ещё два дня назад. С остальными заключёнными было дольше, мальчишку мы, конечно же, освободили сразу, а с остальными действовали по такой схеме: Я подходил к камере, дверь открывалась, и один из сопровождавших меня людей начинал задавать вопросы заключённому о причинах его заключения, я тем временем проверял его слова, опираясь на информацию от замка и на эмоции самого заключённого. Имея некоторый опыт, пес без труда отличит ложь человека от правды.

Мне очень помогли те три человека, что сопровождали меня. Все из старых Бойцов, очень умны и сдержаны. Их вопросы всегда были по существу и очень своевременны. Из пятидесяти восьми человек, сидящих в этой тюрьме, только семь в ней и остались. Четверо профессиональных грабителя, один насильник и двое убийц на бытовой почве. Всем им я назначил сроки наказания, опираясь на закон и на то, сколько они уже просидели. Сообщив свой приговор замку, я отправлялся дальше, а псы, если заключённого выпускали, провожали его к выходу. Когда мы закончили, был уже вечер.

Проведя беседы с солдатами и заключёнными, Лео построил очень неприглядную картину происходящего. Тюрьму использовал кто-то для исключения из жизни политических и династических противников. Например, мальчишка восьми лет оказался единственным сыном какого-то герцога, умершего полгода назад, и личным другом бывшего наследника престола и нынешнего малолетнего короля-наместника и своего сверстника. Кто сейчас распоряжается в его владениях, мальчишка не знал, но его через два дня после похорон отца, отвезли в этот замок и посадили в камеру без объяснения причин. А потом с ним развлекались комендант и некоторые солдаты охраны. Он ещё не совсем оправился после их развлечений, хоть и наскучил им три месяца назад, когда привезли нескольких женщин. Кроме заключённых, присланных из столицы, в замке за последних пять лет оказалось несколько собственных пленников охраны. В основном это были женщины, жительницы окрестных сёл и деревень, похищенные во время поездок отрядов солдат во главе с офицером для отлова псов. Во время такой поездки и попался Тошир. Он вступился за пса и его Друга, которых поймали солдаты. Их он не спас, его тоже оглушили и приволокли в замок.

Офицер, видимо знал, кто такие псы и целенаправленно за ними охотился. В этом он походил на предыдущего коменданта, который умер пять лет назад, но этот подонок добавил к жертвам, присылаемым из столицы или отлавливаемых им по приказу оттуда же, ещё и жертв своих сексуальных извращённых аппетитов. Он, кстати, на своё несчастье, не погиб от пера Лео, а сейчас лежал перевязанный в своей комнате. Заперев двери казармы, мы устроились ночевать в неиспользуемом гарнизоном замка помещении, как выяснилось, бывших королевских покоях.

Освобожденных накормили, благо запасы продуктов в замке были настолько велики, что можно было кормить без проблем двух — двух с половиной тысячный гарнизон в течении трёх лет. Как потом выяснилось, замок готовили как место, где можно отсидеться в случае большой неприятности несколько лет. Правда, те, кто готовил для замка продукты, о цинге явно не знали, равно как и об авитаминозе. Унтер офицер и девять солдат были мной проверены на предмет участия в безобразиях с людьми. Про одного стало известно, что он два раза присутствовал при изнасиловании, но сам участия в этом не принимал и выступал против, а вот решительно вступиться за жертвы, не хватило смелости. Кстати, из подвалов были освобождены трое бывших стражников, категорически выступавшие против безобразий, творимых в замке новым комендантом.

Утром Лео стал по одному вызывать солдат из казармы и выяснять их причастность к преступлениям коменданта. Ссылки на приказ не принимались, попытки разжалобить не действовали, а вызывающее поведение не учитывалось. Большинство солдат так или иначе были замешаны в эту мерзость. Активные участники, согласно закону, были оскоплены и отправлены в камеры на разные сроки, но не меньше, чем на двадцать лет, некоторые и пожизненно. Человек восемь отпущены с миром со службы. Наибольшее впечатление на меня произвёл один сержант. Как я его проглядел накануне, непонятно. Он, не выступая в открытую против коменданта, сумел спасти большое количество его жертв, если не всегда от изнасилования, то от всего последующего. Часть заключённых, выпущенных накануне из камер, живущие поблизости, разошлись по домам ещё с вечера. А с утра во двор замка набилось уйма народу. Так вот за этого сержанта хором просили не меньше десятка девушек и женщин из прилежащих деревень. Например, что бы спасти одну десятилетнюю девочку, сержант добавил снотворное в вино офицера и его помощникам, потом, когда они заснули, выпустил девочку из комнаты и на верёвке спустил со стены замка. Зарубить коменданта он, правда, не решился, это было бы прямое нарушение присяги. Этот сержант и был назначен нами новым комендантом. Судьба же прошлого коменданта была такова, что те из солдат, кто получил в наказание удаление лишнего органа и пожизненное заключение, узнав про его судьбу, благодарили гуманных судий за своё, в общем-то, не очень суровое, наказание.

Тошир был очень слаб, поэтому пришлось задержаться ещё на один день. Правда, этот день принёс намного больше информации о жизни страны, чем месяц предыдущих путешествий и бесед. Среди заключённых оказалось трое высших сановников деда нынешнего короля-наместника, отошедших от дел при его сыне. Только по завещанию, после его внезапной и скоропостижной смерти, им пришлось вернуться на службу в качестве членов попечительского королевского совета при малолетнем наследнике престола. Так как распоряжение от короля в народе не поступило, то был коронован ребёнок. Но вот тут показала зубы семья принцев крови герцогов Бондезийских, дальних родственников королей и во втором поколении ближайшие друзья правящих королей. Вот младший из них, назначенный в завещании его друга председательствовать на совете, и его папаша, член совета и узурпировали власть. Первые конфликты начались из-за их желания увеличить налоги. Остальные члены совета были против, но Бондезийские издали приказ от имени совета, а остальным его членам не дали и слова сказать. Потом пошло дальше, а когда они надумали менять закон, что не в праве делать даже король-наместник, совет взбунтовался. Но у тех все уже было готово, в зал совета ворвались личные солдаты герцогов, зарубили троих членов совета и арестовали троих оставшихся, "За заговор с целью убийства малолетнего короля". Их скоротечно судили и отвезли в эту тюрьму. Произошли эти события шесть месяцев назад.