Пета бяху или по миру наугад
Шрифт:
Маг поджал губы, обдумывая её заявление, и с неохотой кивнул:
– Возможно. Хотя не слишком на это рассчитывай.
– Он бросил ядовитый взгляд на тангира и благожелательно обратился к Эрику: - Принеси наши покупки, пожалуйста.
Парнишка метнулся к деревьям, где паслись вороной Тельвара и гнедая кобылка, отвязал седельную сумку и вручил её Шайлэ. Юлька настороженно следила за арентийским магом: очень уж не понравилась ей лёгкая улыбка, то и дело мелькавшая на тонких, ровно очерченных губах, пока он маг рылся в сумке. Выдержав прямо-таки театральную паузу, Шайлэ достал небольшой, упакованный в серую бумагу свёрток, качнул его на ладони, будто прикидывая в уме вес, а потом насмешливо улыбнулся Горру, разорвал бумагу и продемонстрировал два чёрных шёлковых мешка.
– Что это?
Юлька нахмурилась, бросила короткий взгляд на тангира и удивлённо застыла: карие зрачки пересекли желтые вертикальные полосы, на щеках проступили тёмные линии, постепенно складывающиеся в сюрреалистичный орнамент, крылья носа затрепетали. Горр выглядел так, словно решал жизненно важную задачу - вцепиться в горло Шайлэ сейчас или минутой позже.
– Даже не думай, маг! Лучше я позволю вновь превратить меня в шура, чем напялю на себя это!
– Никто из нас не будет колдовать, пока мы не уберёмся из Главерны!
– твёрдо сказал Шайлэ и бросил чёрный мешок Горру.
Тангир не сделал попытки его поймать. Лёгкий шёлк скользнул по обнажённой груди и животу и упал на траву. Карий взгляд скрестился с синим, и над поляной повисла звенящая тишина. "Опять двадцать пять! Может, им действительно стоит подраться? Глядишь, успокоятся на некоторое время… Замечательная идея! Жаль только, я не знаю надёжного способа их вовремя остановить. Значит, переходим к плану "Б": стандартное игнорирование бузотёров". Юлька подняла чёрный мешок и с интересом повертела в руках: бесформенное нечто имело лишь одно отверстие, вероятно, для головы. Землянке тотчас же вспомнился бег в мешках. В каком-то фильме, названия которого она уже не помнила, десяток мужчин и женщин неуклюже скакали по лужайке в надежде получить приз. Правда, руки у тех "спортсменов" всё-таки были свободны. Ей же, судя по всему, предстояло погрузиться в мешок практически целиком. Вопрос возник сам собой.
– Зачем?
Маг и тангир расцепили взгляды и разом посмотрели на землянку. На лицах обоих ясно читалось непонимание: слишком жарко горел в их сердцах огонь близящейся драки. "А вот и не подерётесь! Момент упущен", - почти весело ухмыльнулась про себя Юлька и громко повторила:
– Зачем ты притащил эти мешки, Шайлэ?
– Вы с тангиром не можете разгуливать по Главерне просто так, - сдержанно объяснил маг, и лицо тангира исказилось от ненависти:
– В качестве твоих рабов?
– Ты опять начинаешь?..
– А разве Горр не прав?
– Юля похлопала пальцем по чёрной метке, оставленной Тельваром под её подбородком, и указала на зелёный листок, занимающий половину левой щеки мага.
– По-моему, диспозиция яснее некуда.
– Честно говоря, это единственный способ выбраться из страны.
– Маг смутился, отвёл глаза и рваным, дёрганым движением расправил плащ: - Только я не Тельвар, мне такие рабы, как вы, не по карману. В Главерне только Бергеш может позволить себе владеть магическими существами.
– Это кто ещё такой?
– Единовластник Бергеш - правитель Главерны, ему принадлежат самые необычные и самые красивые рабы Аренты. Он, так сказать, коллекционер.
– Шайлэ покосился на тангира и решительным тоном продолжил: - Для того чтобы покинуть эту страну, нам необходимо либо купить портальный камень, либо добраться до стационарного портала. Ближайший отсюда - в столице. Вот я и решил, что ничего страшного не случится, если вы немного побудете подарками для Бергеша. От его дальнего и очень богатого родственника. Так мы сможем беспрепятственно попасть в город. Да и до самой столицы доберёмся без проблем: ни один разбойник в здравом уме не покусится на собственность единовластника. Себе дороже!
– А окольными путями нам выбраться никак? Обязательно в столицу соваться?
– придушенно пискнул Эрик, и Юлька встрепенулась:
– Да, в самом деле! Лесом добраться до границы, а там…
– Кордоны Вящих.
– Шайлэ с превосходством взглянул на девушку и добавил, мягко и с расстановкой, будто объяснялся с малым неразумным дитятей: - На границе засаду устроят в первую очередь. Это логично и правильно, именно таких действий от нас будут ожидать. А вот то, что мы рискнём сунуться в Тайшан, так, кстати, именуется здешняя столица, и в голову никому не придёт.
– Почему?
– Потому что в Тайшане у Вящих одно из самых больших представительств, - мрачно выдал тангир, с рыком выдохнул, отчего лицо его просветлело, глаза вновь стали человеческими, а узоры на щеках исчезли, и исподлобья взглянул на мага: - Собираешься прорываться к порталу?
– Прорываться? А деньги на что?
– Шайлэ приосанился.
– В столице у меня есть кое-какие знакомства. Сделаем вам документы, прикупим полновесные личины и покинем Главерну как свободные люди.
– Уверен?
– на всякий случай уточнила Юлька.
– На все сто!
– Ну, если на все сто… Ладно!
– Девушка развязала шёлковые ленты, стягивающие горловину мешка, и полезла внутрь.
– Подарок, так подарок.
Шайлэ вытащил из кармана широкие золотые шнурки и ловко обмотал ими запястья и щиколотки землянки, причём ухитрился закрепить их так, что узелка видно не было. Потом натянул чёрный шёлк Юльке на голову, подвязал ленты под подбородком и отступил, любуясь на дело рук своих. "Да уж… Похоже, этот мир задался целью издеваться над моей внешностью.
– Юля оглядела себя и хмыкнула: - Маленькое привидение к эксплуатации готово, пора набиваться в напарники к Карлсону". Обернувшись, она послала тангиру воздушный поцелуй. Бедного нелюдя аж передёрнуло.
"Милдред была права!" К чему это было сказано, девушка не поняла. Постаралась сосредоточиться, чтобы расспросить Горра подробнее, но тот отгородился барьером. С заносчивым видом шагнул к магу, вырвал из его рук мешок и быстро забрался в него. Пока Шайлэ пристраивал золотые верёвочки на запястьях тангира, Юля уточкой подплыла к Эрику:
– Что это за мешок?
– Сатавар.
– Мальчишка покосился на мага и быстро зашептал Юльке на ухо: - Шайлэ начинает рисковую игру. Сатавар на рабе означает не только его принадлежность единовластнику, но и жертвенность. Барегш стар, и его мужская сила слабеет. Вящие посоветовали ему один полезный ритуал.
– Эрик нервно пригладил рыжие пряди.
– Это лишь слухи…
– Рассказывай!
– Говорят, что раз в месяц во дворец Баргеша привозят каких-то особых рабов, и единовластник лично приносит их в жертву.
– Мило.
– А ещё говорят, что прежде чем раба облачают в сатавар, на него налагается печать Баргеша. И если кто-то, кроме единовластника, увидит его лицо… Да что там лицо, хотя бы палец или волос, печать подвергнет провинившегося долгой и мучительной смерти. Он покроется язвами, раздуется, как…
– Достаточно, Эрик!
– холодно оборвал паренька Шайлэ.
– Это досужие вымыслы. Я маг и ответственно заявляю: за этими слухами нет и десятой доли правды. И потом, я не собираюсь везти Юлю во дворец.