Чтение онлайн

В 1142 происходит разбойное нападение шведов на новгородских купцов в Финском заливе. «Князь свейский и бискуп пришед в 60 шнеках». [11] Этот год можно считать началом многочисленных шведско-русских войн. Затем следует череда нападений на Невско-Волховский путь. Шведы подвластное им племя емь нападают на русские поселения на Ладоге и убивают около 400 человек. В 1149–1150 «емь приходили на области новгородские». Затем русских вытесняют из Саволакса (кстати, это название происходит от русского слова Заволочье) и прочих земель Западной Карелии. Шведы несут власть другого типа, феодальную иерархию с тяжелыми повинностями для простонародья, господство шведского языка и католической церкви, жесткий контроль над мыслью и словом. 28 мая 1164 шведы нанесли удар по Ладоге на 55 шкутах, но были отбиты новгородским князем Святославом и посадником Захарией, потеряли 43 судна.

Шведы крестили емь и сумь огнем и мечом, затем гнали их в бой за свои интересы, но это были всего лишь кнехты, рабская пехота. Успехи шведской экспансии базировались на использовании пота и крови покоренных финских племен. Но как субъект финны не присутствовали в политике никак. Шведская экспансия была долгой. Даже по Ореховецкому договору 1323 г., который фиксировал территориальные потери русских, не только Ладожская Карелия, но и значительная часть современной территории Финляндии от бассейна озера Сайма до побережья Ботнического залива, где в него впадает р. Пюзайоки, оставалась за русскими.

В конце XII в. новгородцы выдавлены из важнейшего транзитного центра торговли на Балтике, с острова Готланд – в 1188 все русские купцы были здесь просто перебиты. На рубеже XII и XIII вв. прекращается русское торговое мореплавание на Балтийском море. [12] Отдельные попытки русских купцов выйти в море оканчивались одинаково – их разграблением или убийством, о чем без чувства стыда сообщают западные хроники. Единственный путь, которым можно добраться с Руси в Западную Европу – долгий и опасный, из Белого моря, через Северный Ледовитый океан, огибая Скандинавский полуостров, каким воспользовался Григорий Истома при Иване III.

Северо-западный край становится на столетия фронтиром, зона постоянной кровавой борьбы русских с немецкими и шведскими феодалами.

С высадки бременцев в устье западной Двины в 1159 начинается долгая история немецкой колонизации Прибалтики. Нынешние правительства прибалтийских государств, жаждущие полного слияния с Европой, могли бы по этому случаю и национальный праздник установить. Орден меченосцев («братьев Христовых воинство») основывает Ригу и начинает завоевание южного течения Западной Двины, принадлежавшего русскому Полоцкому княжеству.

В начале XIII в. немецкое завоевание Прибалтики входит в решающую фазу. Крестоносцы и войска рижского епископа Альберта побеждают полоцкого князя Владимира и его союзников, ливов и латгалов, в низовьях Двины (1206–1208). Немцы завоевывают чудские земли и берут в 1224 г. Юрьев, построенный в 1030 великим князем Ярославом – уничтожая всё его население.

В 1228 г. шведы и емь разбойничают на Ладоге, а в 1233 ливонские немцы уже являются на коренные русские земли и осаждают псковскую крепость Изборск, ясно показывая свой интерес к восточным территориям.

Отрезание от самостоятельного судоходства на Балтике и Черном море (там это стало результатом половецких нашествий) сыграло большую негативную роль в развитии России. Русские товары, прежде чем попасть на внешний рынок, проходили через жадные руки западных посредников, снимавших основной барыш; то же происходило из товарами из заморских стран. Причем посредники могли в любой момент пресечь поставку любого товара на Русь. Первые антироссийские санкции относятся еще к началу XIII века – скоро будем отмечать 800-летие, – когда в январе-феврале 1229 папа Григорий IX в трех посланиях ливонским, любекским, шведским и готландским иерархам, а через них и светским властям, требует безусловного запрета поставлять что-либо русским, в том числе и продовольствие. В организации западного натиска на восток, римская курия будет играть ключевую роль. В 1232 папа запретил и заключать какие-либо договоры о мире с русскими «схизматиками».

Позднее Средневековье было в Европе эпохой перехода к Новому времени — когда вместе шло и накопление торговых капиталов, и развитие технологий, и усложнение социальных институтов. В итальянских городах, немало разбогатевших на грабеже Византии и торговле с разбойничьей Золотой Ордой, в том числе и «живым товаром», славянскими рабами, уже начинался Ренессанс. А у нас это было временем исчезновения сложных ремесел и прекращения каменного строительства, возврата к архаичному подсечно-огневому или переложному земледелию [13] — только в лесу густом имелась возможность укрыться от набегов кочевников. Это было время хозяйствования на бедных почвах между низовьями Оки и верховьями Волги, время бедных маленьких городов. Именно это время и определило то технологическое отставание Руси от Европы, которое потом придется преодолевать с огромными усилиями и которое станет основой всех русофобских мифологем насчет «отсталой азиатской России».

Пользуясь монгольским нашествием, в 1240–1242 гг. западные соседи пытаются овладеть восточным краем балтийского побережья, что ещё оставался в руках русских, в чём активно участвует папская курия, желающая там крестить «язычников».

Шведское феодальное ополчение ледунг, норвежцы, датчане, финские племена сумь и емь, во главе с ярлом и фактическим правителем Швеции Ульфом Фасе, приходят морем в устье Невы, собираясь взять Ладогу и Новгород. "Придоша свеи в силе великой... в кораблях много зело; свеи с князем и с пискупами своими", как сообщает Новгородская первая летопись. Шведы движутся с епископами, поход имеет усиленный идеологический характер. Шведы были засечены береговой стражей русских, находившейся, скорее всего, на о-ве Котлин, и сошли на берег в устье Ижоры, где собирались поставить укрепления. Но кн. Александр Ярославич, обладавший замечательным чувством пространства и времени, внезапным ударом (военные историки до сих спорят, как он так незаметно подошел к шведскому лагерю) и малыми силами, в основном состоящими из его дружины, переяславцев и суздальцев, нанес шведскому войску поражение 15 июля 1240 г. И попыли свеи обратно, несомые течением реки, лицом вниз.

Однако в августе того же года немецкое войско, возглавляемое «мирным пастырем» дерптским епископом Германом, при участии датчан берет Изборск. (Стенсбийский договор 1238 г., заключенный при участии папской курии, оговаривал дележ добычи и земель, при совместных действиях Ливонского ордена и датского войска на Восточной Балтике.) Старшая ливонская рифмованная хроника гласит:

Этот замок Изборском назывался.

Никому из тех, кто там оказался,

Уйти невредимым не дали:

Всех, кто защищался, хватали

В плен или немедленно убивали.

Русские кричали и причитали.

А потом, обманывать не буду,

Плач начался в той земле повсюду.

И в самом деле немцы в сентябре наголову разбивают псковичей, возглавляемых воеводой Гаврилой Гориславичем. После разорения окрестностей и посадов Пскова, ливонцы добиваются от этого города, который веками был стражем Руси на Северо-Западе, покорности и берут заложников. Вместе с немецкими фогтами (наместниками) в Пскове начинает править изменник боярин Твердило Иванович. На следующий год подходит черед Новгорода. Ливонские рыцари с чудской пехотой входят в Водскую пятину Новгорода, занимают Копорье, где ставят свою крепость, берут Лугу, разоряют окрестности Новгорода. В том же году кн. Александр Ярославич возвращает Копорье, казнит изменников из племен води и чуди. Зимой князь Александр берет Псков, где погибает 70 рыцарей и множество ливонских ратников, идет мстить в Чудскую землю; после неудачи одного из своих отрядов отступает, но 5 апреля 1242 разбивает ливонские силы на Чудском озере.

Кстати, битва на Чудском озере стала в последнее время одной из главных мишеней для атак западников. После обрезания ими всего диапазона событий немецкого Drang nach Osten остается лишь «пограничная стычка». Однако совсем недалеко от Пскова, в немаленькой стране Пруссии, немцы за несколько десятилетий покончили с многочисленным и воинственным народом пруссов. Истреблены были многочисленные полабские или балтийские славяне, оставив лишь микроскопическую лужицко-сербскую общину, исчезающую сегодня на наших глазах. Ассимилировано славянское население Поморья. Частью уничтожено, частью ассимилировано балтское племя куршей, оставившее о себе память в названии Куршской косы, и финноязычное племя ливов, давшее название Ливонии и Лифляндии. Финноязычные народности чудь, сумь, емь, также как латыши и латгалы спаслись от истребления только быстрым приходом в покорное состояние — из национального и культурного обморока они выйдут лишь 700 лет спустя, в государстве, именуемом Российская империя…