Чтение онлайн

Описания первого петербургского периода грибоедовской биографии (до конца августа 1818 г.) заполнены рассказами о его кутежах, театральных увлечениях, закулисных интригах, об истории с балериной Авдотьей Истоминой и кавалергардом Василием Шереметевым, закончившейся кровавой «четверной дуэлью» 12 ноября 1817 года, на которой Грибоедов был секундантом графа Завадовского. [77]

С другой стороны, М. В. Нечкина выявила 29 декабристов и близких им лиц, составлявших круг «бесспорных знакомств» Грибоедова в период его жизни в Петербурге до отъезда на Кавказ в конце августа 1818 года, среди которых П. Я. Чаадаев, И. Д. Якушкин, С. П. Трубецкой, И. Д. Щербатов, Н. М. Муравьев, П. А. Муханов, А. З. Муравьев, М. Ф. Орлов, В. К. Кюхельбекер. [78] Вполне допустимо, что любой из них мог быть гостем Грибоедова в доме Вальха на Екатерининском канале.

В середине августа 1818 года вернувшийся из Москвы «друг и брат» Степан Бегичев снова поселился с Грибоедовым. Известно, что Бегичев привез с собой «Зеленую книгу» – Устав Союза благоденствия. [79] Друзья провели вместе около двух недель. 28 августа Грибоедов покинул Петербург. Он вновь приедет в столицу только шесть лет спустя.

Подводя итог вышесказанному, можно утверждать, что в доме Вальха наряду с Грибоедовым жили декабристы С. Н. Бегичев и П. П. Каверин; регулярно бывали А. А. Жандр, П. А. Катенин и А. И. Чепегов; могли бывать многие деятели ранних декабристских обществ. И, наконец, приведем свидетельство Бегичева о месте и времени начала работы над комедией «Горе от ума»: «…известно мне, что план этой комедии был у него сделан еще в Петербурге 1816 года и даже написаны были несколько сцен». [80]

Парадоксально, но факт: дом, в котором около двух лет жил Грибоедов, где написаны первые сцены «Горя от ума», не отмечен мемориальной доской и до сих пор не включен в Единый государственный реестр объектов культурного наследия.

В связи с 200-летием Бородинского сражения 26 августа (7 сентября) 1812 года по инициативе и на средства известного предпринимателя и мецената А. И. Ебралидзе в Петербурге был установлен памятник князю Петру Ивановичу Багратиону.

В начале 2009 года состоялся открытый конкурс, на который было представлено более 30 проектов. Большинство голосов жюри получил проект коллектива, возглавляемого скульптором Яном Нейманом. Тогда же по нашему предложению было определено место установки монумента – юго-восточная часть бывшего Семеновского плаца (сквер между улицей Марата и Обводным каналом за Театром юных зрителей).

Кажется странным, что памятника Багратиону в нашем городе до сих пор не было. Напомним, что повеление императора Александра I о создании монументов М. И. Кутузову и М. Б. Барклаю-де-Толли состоялось 12 октября 1818 года (открыты на площади перед Казанским собором в 1837 г.). О памятнике главнокомандующему Второй Западной армией Багратиону, смертельно раненному в Бородинском сражении, тогда не могло быть и речи. Александр I относился к прославленному генералу с предубеждением и часто ставил под сомнение его талант полководца. Император писал своей сестре Екатерине Павловне, что Багратион (к которому великая княгиня была неравнодушна) «о стратегии и понятия не имеет». Он не мог простить Багратиону его активного участия в «генеральской оппозиции», выступавшей против отступательной стратегии на первом этапе Отечественной войны.

Едва ли не первый памятник герою был установлен в 1955 году в Белоруссии, в городе Волковыске, где в июне 1812 года находилась штаб-квартира Второй армии. В 1984 году памятник Багратиону установили в Тбилиси, а в 1999 году – в Москве (скульптор М. К. Мерабишвили). Кроме того, в Филевском районе столицы есть станция метро «Багратионовская» и Багратионовский проезд, именем полководца назван мост через Москву-реку. Ничего подобного в нашем городе не было до 2012 года.

Может быть, «лев русской армии» (В. Г. Белинский), самый популярный генерал 1812 года просто не имеет никакого отношения к Петербургу? Это не так. Почти вся жизнь Багратиона, если не считать детских и отроческих лет, была так или иначе связана с городом на Неве.

Впервые юный князь из грузинского царского рода приехал сюда зимой 1782 года. В дальнейшем он служил в столице, уезжая отсюда на театр военных действий, и снова возвращался в Петербург. Собственного дома Багратион в городе не имел, часто менял квартиры, иногда по два раза в году. Один из петербургских адресов Багратиона – бывший дом Е. А. Демидовой (Большая Морская ул., 23/12). В июне 2008 года этот дом отмечен мемориальной доской, напоминающей о том, что с 1801 по 1803 год здесь жил Петр Иванович Багратион.

В июле 1800 года генерал Багратион возглавил лейб-гвардии Егерский батальон, квартировавший в районе Семеновского плаца, и оставался шефом егерей вплоть до 1812 года. Именно этот район является основным памятным местом Багратиона в Петербурге.

По сравнению с состоянием в начале XIX века, Семеновский плац почти полностью поменял свой облик. Стоит напомнить историю Семенцов – бывшей слободы Семеновского полка. В 1739 году императрица Анна Иоанновна пожаловала лейб-гвардии Семеновскому полку земли «позади Фонтанки за обывательскими домами». С тех пор история этих мест тесно переплелась с летописью одного из старейших полков российской гвардии. Слобода простиралась между современными Загородным и Малодетскосельским проспектами, Звенигородской улицей и Московским проспектом.

Новая южная граница Петербурга и полковой слободы была установлена в 1769 году по рву, наполненному водой, – заградительному рубежу, за которым лежали выгонные земли. Водная линия как бы «обводила» южную окраину столицы. Поэтому проток называли «Канал, ограничивающий город», затем – «Обводной городовой канал» и наконец просто – Обводный.

На рубеже XVIII–XIX веков в Петербурге развернулось сооружение новых полковых комплексов. Каменные казармы Семеновского полка возводились по образцовым проектам, разработанным в 1790-е годы выдающимся зодчим строгого классицизма Ф. И. Волковым. В строительстве принимал участие еще один крупный архитектор той поры – Ф. И. Демерцов. Основные постройки были выполнены в 1798–1800 годах. Центром военного комплекса (12 солдатских и 2 офицерских корпуса, дом командира полка, фуражный двор и госпиталь) стал грандиозный плац-парад – место учений и смотров.

Форму полкового поля, близкую к параллелограмму, определили трассы обрамлявших его улиц и Обводного канала, перед которым высился вал для ружейной стрельбы. В первой трети XIX века длина площади с севера на юг составляла более 600, а ширина – около 450 метров. Территория площади достигала 26,5 гектара, более чем в два с половиной раза превосходя Марсово поле. Казармы семеновцев выстроились с трех сторон плаца – фасадами к Загородному проспекту и нынешним Рузовской и Звенигородской улицам.