Петербургские истории
Шрифт:
— Откуда знаешь? Сама подслушивала?
— Не тут, а в столовой как-то раз случайно услышала. В очереди старшекурсники секретничали. На меня не обратили внимания, а зря. Один хотел подслушать кого-то, но подойти не получилось, вот и пожаловался приятелю. Оказывается, тут двери какие-то особо толстые. Вроде как, даже старинные.
Мы разом обернулись и уставились на кладовку. Действительно, вроде неказистые, а довольно тяжелые. Монументальные, можно сказать.
— Наверно, поэтому это место и стало популярным, чтобы посекретничать.
— Скорее всего.
Мы вернулись обратно.
— Интересно, — Мирон снова занял стул, — подошли в аудитории к вам двое, а подслушала здесь одна.
— Зимина, конечно, любопытна как Вульф, но, во-первых, трусовата.
— Она же спортсменка.
— Одно другому не мешает. Она же не боксом занимается, а стрельбой. А во-вторых, — подруга подняла палец, — я ей совсем недавно уже выдала на орехи. Так что, думаю, она еще помнит и повторять не хочет. А вот Гальку я уже да-авно не дубасила. Вот и подзабыла, убогая.
— Они подружки, — добавила я, — наверно, договорились, что одна подслушивает, а Зимина ее внизу ждет, с новостями. Галька — баба рисковая, мечтает детективное агентство открыть. Троечница, ей нормальная работа по профессии не светит, если только родня не поможет с блатом.
— А что, родни много?
— Так на фамилию посмотри, — намекающе фыркнула Нина.
Мирон подумал и кивнул.
— Мы отвлеклись, — я посмотрела на часы, — так что там за подвох с завещанием?
— Бумаги зашифрованы.
— То есть?
— Ну, не нормальные записи буквами, а все странными значками. Вроде как дед свой собственный алфавит придумал и им писал. И, по завещанию, их нельзя ксерить и выносить. Только от руки прямо в комнате банковской переписать, сколько успеешь, и все.
— Вот как… — протянула Нинка. Глаза ее блестели: больше готовки моя подруга любит только загадки и тайны, а еще разные фантастические истории.
— Но дядя Захар шифр знал, ему дед еще при жизни ключ выдал. Так после оглашения завещания ему пришлось и с нами поделиться. Я думаю, скрипя зубами: дядя до дедовой смерти про шифр молчал как рыба, наверняка на архив еще тогда нацелился.
— Так что в архиве-то?
Я кивнула, соглашаясь: время летит, домой хочется, вечер.
— Дед, оказывается, не просто разведчиком был. А участвовал в проектах по использованию экстрасенсов всяких теми самыми органами. Вот так.
И замер, оценивая нашу реакцию. Я подумала и решила:
— Интересные вещи ты рассказываешь. Благодарю за доверие. Вот только, тут торопиться нельзя. Я должна с бабушкой в любом случае посоветоваться. Не бойся, кроме нее никому словечка не скажу.
— Я не против, советуйся, — он торопливо кивнул, — я ж не говорю — прямо сейчас. Дядя даже на нескольких страницах архива свой бизнес из обычного мозгоправа на новый уровень поднял.
— Я тоже никому не скажу, — Нина торжественно протянула ему руку.
Я повторила жест, и мы все обменялись церемонными рукопожатиями.
— Ладно, расходимся, что ли? — Федосеев посмотрел на часы и ойкнул, — потом еще соберемся.
— Только записки больше не шли, — предложила Нина и достала из сумки одну из своих любимых закладок, — вот тебе закладка. Она уникальная, у меня кузина их на заказ делает. Если надо встретиться, заложи ей учебник на лекции, тогда мы после занятий тут тебя ждать будем.
— Договорились, — он взял подарок и сунул в портфель, — а если вам надо встретиться?
— Я на лекции заколю волосы вот этой заколкой, — я достала и продемонстрировала «дежурного краба»: подарок Августины, заколка модного ярко-розового цвета и в стразиках, меня жутко раздражает. А выкинуть нельзя — свои подарки бабушкина подруга всегда отслеживает ревностно. Приходится хотя бы при ней его носить. И использовать как палочку-выручалочку, если что.
— Договорились.
Он подождал, пока мы не скроемся из виду, а потом и сам собирался уйти другой дорогой.
Дома я рассказала бабушке новость. На итальянском, кстати, потому что Аннушка делала уборку на общей территории и шарилась как раз за нашей дверью.
Ба поразмыслила.
— Ну, я еще посчитаю и подумаю, но навскидку мне даже нравится. Мирон Федосеев, говоришь? Знакомая фамилия.
— Вот и я так же подумала. Только так и не вспомнила, где я ее слышала. Может, его дед…
— Ну, вполне, вполне. Раз он служил боевым экстрасенсом, могла краем уха услышать про него в нашей среде. Знаешь, что? Пригласи-ка этого мальчика к нам в гости. Думаю, в воскресенье будет хорошо. Посмотрю на него, поговорю… дело-то он предложил хорошее, но…
— Вот именно, ба. Мне тоже так подумалось. Вроде все продуманно, все гладко. Но кто знает?.. Пока, конечно, он ничего не требует, но кто знает, что будет дальше? Завтра я, как уговаривались, заколку надену, а потом при встрече, приглашу.
— Хорошо.
Утром Нинка удивленно посмотрела на мои волосы и подняла брови. Я кивнула. Она нацарапала на полях конспекта: «сказала?»
Я кивнула и приписала: «его к нам в гости в вскр». Подруга просияла: «потом расскажешь?»
Я снова кивнула. Луговая успокоилась и вернулась к лекции.
Мы отсидели лекции и отработали занятие по азиатской кухне. Кореец показывал нам варианты правильной нарезки для суши. Было интересно, а Иванчикова окончательно разочаровала всех преподавателей, умудрившись запороть даже самые простые этапы.
А вечером, деликатно отстав от группы по дороге к выходу, мы с Нинкой понеслись во весь дух на место встречи. Мирон сидел на давешней парте и разгадывал кроссворд.
— Привет! — я бросила сумку рядом и перевела дух.
— Привет, — он сложил газету, — хвоста нет?
— Они рванули домой впереди всей группы, так что все чисто, — успокоила его Нина.
А я передала бабушкино приглашение.
— Почту за честь, — он встал и благородно наклонил голову.
— Вот и чудненько, — Нина притопнула ногой, — айда по домам? К нам сегодня тоже гости приедут, придется поторопиться. Мама обещала четвертовать, если опоздаю, чтобы не готовить одной.
В выходные занялась готовкой. Заранее замаринованный кусок оленины обжарила на сильном огне до корочки, а потом поставила запекаться в предварительно разогретую духовку на малый огонь. На гарнир собиралась подать крокеты из картофеля с грибной начинкой. Мой фирменный борщ на первое, в качестве закуски соорудила овощной салат в итальянском стиле, с брынзой и оливками, на десерт — пирог с ревенем и яблоками: все идеально, все на уровне «европейский шик-фьюжн».