Чтение онлайн

В спальню осторожно заглянул Калигула, оставаясь у входа и страшась подойти к ложу.

– Императору холодно, - изуверская улыбка тронула узкие губы Макрона, и он положил поверх груды одеял подушку, скрывшую лицо лежащего, от Калигулы.

– Клянусь Марсом, я прикажу тебя убить немедленно! Что ты делаешь со своим императором..., - владыке Рима казалось, что он кричит повелительно и властно.
– Да проглотят тебя живьем черные воды Стикса, жалкий предатель..., - но мертвые губы едва шевельнулись и сразу исказились в жуткой гримасе, запечатлевшей ужасную смерть императора Тиберия.

Напрасно рвался в императорские покои верный Гай Юлий Полибий, преторианская стража не впустила его. Позже и он погибнет от руки императора, но уже - Калигулы.

Глава двадцать первая

2.1. Мастер. "... ныне родился в городе Давидовом Спаситель ...".

" ...Теперь сидя на камне, этот чернобородый, с гноящимися от солнца и бессонницы глазами человек тосковал. Он то вздыхал, открывая свой истасканный в скитаниях, из голубого превратившийся в грязно-серый таллиф, и обнажал ушибленную копьем грудь, по которой стекал грязный пот, то в невыносимой муке поднимал глаза в небо, следя за тремя стервятниками, давно уже плававшими в вышине большими кругами в предчувствии скорого пира, то вперял безнадежный взор в желтую землю и видел на ней полуразрушенный собачий череп и бегающих вокруг него ящериц ...."

Маргарита отложила рукопись в сторону и потянулась всем своим стройным телом.

– Но почему ты избрал из двенадцати апостолов, бывших с Иисусом, именно, Левия Матвея - скорбящим у места казни Христа?
– она пощекотала своими губами небритую щеку Мастера.
– Он ведь бывший мытарь, и, по сути, прислужник римских оккупантов. Сборщик податей для захватчиков не мог быть симпатичен своему народу.

– Он автор первого евангелия, - темноволосый мужчина с острым носом осторожно положил свою голову на полуобнаженную грудь, которая почти вывалилась из-под старенького его халата, небрежно наброшенного на красивый женский стан.
– И судя по его тексту, искренне и беззаветно любит Мессию. Знаменитая "Нагорная проповедь" Иисуса Христа, изложенная в этом евангелии, скорее всего, отредактирована Левием Матвеем, или Матфеем, как он будет в дальнейшем называться в качестве одного из евангелистов. Причем, отредактирована блестяще - так мог написать только человек, фанатично следующий учению Христа и глубоко верующий. Он единственный, кто не показал человеческих черт учителя, таких, например, как его гнев или раздражение, подмеченных другими евангелистами.

– Чем же знаменита эта "Нагорная проповедь"?

– Вот, послушай, - Мастер взял с полки потрепанный томик в черном переплете без названия и звучным голосом нараспев процитировал:

Блажени есте, когда поносят вам,

И ижденут, и рекут всяк зол глагол

На вы лжуще, Мене ради. Радуйтесь

И веселитеся, яко мзда ваша многа на небесах.

– Но я ничего не поняла, - Маргарита засмеялась грудным волнующим смехом, - на каком языке ты это прочитал?

– На каком?
– Мастер был смущен, - не знаю, на церковно-славянском, наверное ... Или ... Но я все понимаю. Слова как-то сами переводятся у меня в голове.

– Ну и что же это означает?

– Если вас будут поносить, притеснять и лживо говорить о вас худое, и все это вы будете терпеть за свою веру в Меня, то не печальтесь, а радуйтесь и веселитесь, потому что вас ожидает великая, самая большая награда на небесах.
– Мастер стесненно улыбнулся, - это девятая заповедь блаженства.

– Воланд говорил, что все эти евангелия написаны гораздо позже смерти человека, которого нарекли Иисусом Христом. И ученики его, их написать не могли, поскольку в них очень много противоречий.

– Марго! Я не понимаю, что тебя связывает с этим.... Я даже не знаю, как его назвать. Это не человек. Я могу только догадываться кто он ....

– Он вернул мне тебя. И он вернул нам, - Маргарита подчеркнула это слово, - твои сгоревшие рукописи. Я хочу, чтобы ты закончил свою книгу. Она не завершена. Чем закончилась борьба Добра со Злом?

– Добро и зло отсутствуют в нашем мире, как таковые. Есть только наше представление о них.

– Нет, это не так. Эти явления существуют, как существуют и их носители.

– И эти субъекты, которые его сопровождают ... Они ведь не те, за кого себя выдают. Я чувствую в них злое начало ....

– О, нет! Здесь ты очень ошибаешься. Они милы, по-своему порядочны. И, уж, во всяком случае, весьма справедливы. Но хватит об этом. Почему ты считаешь, что евангелие писал сам Левий Матвей?

– Во-первых, бесспорно он - еврей, несмотря на то, что служил на римской мытне. Хотя евангелие написано по-гречески. Но только еврей может с такой уверенностью и легкостью ориентироваться в сложнейших переплетениях иудаизма. Разбираться в древних традициях и понятиях иудейского народа. Излагать ....

– Подожди. Но почему, действительно, по-гречески?

– Это - вопрос. Дело в том, что все евангелисты писали на греческом языке. Правда, не на классическом, а на так называемом, койне - смеси греческого с другими языками, преимущественно латынью. Я думаю, что это последствия распространения эллинизма по тогдашнему цивилизованному миру. Александр Македонский завоевал обширные территории, и все населявшие их народы и племена переняли эллинистическую культуру, в том числе и язык, ассимилировав его с собственным.

– И весь Новый Завет написан на греческом языке?

– Весь. Но, что с тобой случилось? Ты никогда не интересовалась такими вопросами. Я смотрю, встреча с Воландом и его шайкой ... Ты очень изменилась, Марго. Ты стала ....

– Не смей называть этих замечательных ..., - женщина задумалась, подбирая определение, но не нашла, - ... людей шайкой! На самом деле, это искренние и открытые ... люди, и они по-своему творят добро!

– И ты никогда со мной так не говорила, - печально произнес Мастер, - ты стала очень агрессивной.

– Прошу тебя, милый. Давай больше не будем об этом. Я многое пережила ... Я так хотела тебя вернуть. И я тебя по-прежнему люблю. Нет, не по-прежнему, а еще больше. И по другому. Разве ты не рад, что мы снова вместе?

– Рад, - Мастер нежно поцеловал ее в губы, - я очень рад.

– Ну, вот, - Маргарита ответила на поцелуй, - и ты можешь вновь вернуться к своей книге ....

– Я не хочу к ней возвращаться. Я не хочу ее заканчивать. Она изломала мою душу. И, потом, ее все равно никогда не напечатают. Кто ее будет читать?