Чтение онлайн

НА ПАРТИЙНОМ ПОСТУ

I

Девятый год после окончания Великой Отечественной войны стал для Машерова определенным рубежом, за которым началась его партийная и политическая — в хорошем понимании этого слова — карьера. Он был избран вторым секретарем Минского областного комитета партии. Петру Мироновичу тогда исполнилось тридцать пять лет. Он был в расцвете своих физических и интеллектуальных сил. Пост, если считать, отмерять по сугубо партийным меркам, весьма деликатный, на вырост. Здесь следует действовать в унисон с уже сложившимися традициями и привычками, наработками и своими специфическими условиями, приноравливаться к людям другого поколения и, естественно, иных понятий. Исключительное значение имело взаимоотношение с лидером областной партийной организации. Он являлся практически хозяином области с вытекающими отсюда последствиями. Первый секретарь Минского областного комитета партии в 1954 году был Леонид Игнатьевич Лубенников. Он приехал в Минск лишь в сентябре 1953 года и, естественно, не совсем освоился с новой обстановкой. Будучи человеком опытным и хорошо знающим партийную работу, он доброжелательно и охотно воспринял назначение Машерова. До этого они практически не были знакомы, если не считать мимолетные встречи на двух республиканских партийных активах. Но когда Кирилл Трофимович Мазуров, уходящий на повышение, назвал кандидатуру Петра Мироновича на пост второго секретаря обкома, Лубенников сразу согласился.

Пятьдесят третий год был нервозным и не стабильным.

— Сейчас, Петр Миронович, не знаешь, какому богу молиться, — признался при первой встрече Леонид Игнатьевич.— С одной стороны, вроде набирает обороты команда Никиты Сергеевича, а с другой,— Георгий Максимилианович не думает уступать роль лидера. Он опирается на старую, поднаторевшую в межпартийных баталиях гвардию. Эти люди не так-то просто упустят вожжи из своих рук.

— Как бы там ни обернулись дела в Кремле, Леонид Игнатьевич,— пожал плечами Машеров,— нам все равно тянуть свою ношу придется лишь собственными силами. Никто здесь из Москвы не облегчит этот груз. Знаю по собственному опыту.

— Так-то оно так, но не очень ясны перспективы,— вздохнул Лубенников,— а в связи с неопределенностью верхов трудно с твердой уверенностью решать проблемы на месте. Гляди, как бы не выстрелить вхолостую, хуже того — не обернется ли бумерангом заряд к стрелку.

— Будем палить прицельно и по надежным целям, а главное, из хорошо защищенных позиций,— перешел на шутку Машеров.— Прежние решения не отменены ни по одному хозяйственному вопросу, ни по какой-либо финансовой статье. Остаются в силе и проблемы. Их никто и никуда не унесет. Будем, Леонид Игнатьевич, усиленно продолжать наращивание темпов развития промышленности, транспорта и, само собой, сельского хозяйства.

— Да, Петр Миронович, здесь есть где приложить силы,— согласился Лубенников.— Надеюсь на слаженную совместную работу и взаимопонимание.

Забегая вперед, можно сказать, что у них это в полной мере получилось. Машеров быстро вошел в курс дела, сумел найти тесный контакт с секретарями горкомов и райкомов партии. Многие из них трудились прежде на комсомольской работе и являлись, по сути дела, выдвиженцами и учениками Машерова. Не изменяя свой динамичный комсомольский темп и стиль работы, Петр Миронович в течение двух месяцев ознакомился с деятельностью почти всех районных комитетов партии, побывал в областных центрах, в городах Борисове, Слуцке, Несвиже, Столбцах, Клецке и на многих предприятиях, в учебных заведениях, колхозах и совхозах. Он пристально всматривался в созидательный труд рабочих и крестьян, оценивал организаторскую деятельность советских партийных, профсоюзных и комсомольских органов, сравнивал достигнутое с прошедшим, прикидывал наметки завтрашнего дня, анализировал минусы и плюсы. Разложив все на весы самокритичного и объективного цифрового баланса, Машеров остался доволен. Сделано было много. Взять хотя бы Случчину — эту своеобразную житницу Минской области. Сам древний Слуцк, основанный еще в начале XII столетия и повидавший в своей длинной истории страшные беды, пожары и разрушения, особенно пострадавший от фашистских оккупантов, вырастал и преображался, как на дрожжах. Вступили в строй около десятка жилых домов, здания социально-культурного предназначения. Возродились фабрика народных изделий, мелькомбинат, маслосыроделочный завод, мебельная фабрика, комбинат бытового обслуживания, льнозавод. Центр города украсили новые административные и учебные строения, кинотеатр и клубы. Все предприятия города работали ритмично, давая республике и стране нужную продукцию. Имелись достижения и в колхозах района. Взять, например, хозяйства «1 Мая», имени С. М. Кирова или «Большевик». Здесь были хорошие удои молока, убедительные сборы хлеба с гектара, рентабельно работали и остальные подразделения хозяйства.

Лучшая доярка колхоза «1 Мая» Елена Иосифовна Хотько была удостоена высокого звания Героя Социалистического Труда. Много добился за десять послевоенных лет Копыльский район. Полуразрушенный в годы гитлеровского нашествия, Копыль превратился в благоустроенный городской поселок с добротными каменными зданиями. Копыльщина специализировалась на переработке сельскохозяйственного сырья и ремонта техники. Здесь имелись маслосырзавод, районное объединение по ремонту техники, промышленный комбинат, сеть бытового обслуживания. Лишь за четыре года пятой пятилетки на Копыльщине было введено в строй несколько средних школ и детских садов, более десятка жилых домов и культурных учреждений.

Район стабильно справлялся с выполнением государственных планов по всем показателям. Будучи в этих районах, Машеров детально изучал и внимательно присматривася ко всему лучшему, чего добились на Случчине и Копыльщине. Он потом много раз на совещаниях и пленумах обкомов, на сессиях областных Советов, в личных беседах повторял и напоминал о важности максимального использования местных трудовых и производственных ресурсов, опираясь на творческую инициативу народа, его смекалку и мудрость.

— Наша страна остро ощущает недостаток в новейших машинах,— говорил Петр Миронович,— станках, оборудовании, технологии. Мы должны этот пробел компенсировать умением приспособить то, что есть, взять максимум от каждой технической единицы, каждого трактора или автомашины, комбайна или сеялки, самой простой косилки или паровоза. Словом, бережно относясь к технике, и повышая свое мастерство, мы сможем значительно ускорить и улучшить выпуск продукции. В Слуцком и Копыльском районах такую несложную аксиому поняли раньше других, и поэтому они сейчас по всем показателям идут впереди. Особенно у них хорошо идут дела в заготовке и переработке сельхозпродуктов.

Машеров считал, что одной из главных бед нашего сельского хозяйства является потеря в транспортировке и переработке собранного зерна, фруктов, картофеля, овощей.

— Даже при тех ограниченных возможностях,— делился Петр Миронович своими впечатлениями,— оказывается возможным удвоить и утроить обороты наших консервных заводов и цехов, разного рода сушилок фруктов и цехов по обработке корнеплодов. Следует повсеместно строить недорогие предприятия по переработке овощей и фруктов и склады, чтобы сократить транспортные расходы и приблизить потребителя к производителю. Исключительно важно наладить многосменную работу во время созревания даров природы. К этому делу, товарищи, нельзя относиться с прохладцей, отодвигать на второй план. В нем вся суть наших проблем.

На одном из совещаний к Машерову подошел бригадир овощеводческого звена из Червенского района и, извиняясь, спросил:

— Почему, Петр Миронович, нельзя проявить никакую самостоятельность. Мы начали возводить немудреное хранилище для картофеля, но из района услышали грозный окрик: «Не самовольничайте!» — Бригадир, разводя руками, возмущался: — Получается, что пусть картошка гниет в буртах, но полезное начинание снизу держится властями, теряя при этом всякий здравый смысл.

— Типичная бюрократическая возня самого заскорузлого толка,— возмутился секретарь обкома,- которую надо выжигать каленым железом. Мы проверим этот случай и напишем в газету. Однако вы не останавливайте строительство склада, доведите его до конца.— Он, пожимая руку бригадиру, попросил: — Обязательно сообщите мне лично, как подвигается дело. Договорились?!

— Да, вполне обнадеживающе,— произнес овощевод.

Петр Миронович Машеров, понимая непробиваемость и непотопляемость бюрократического аппарата, боролся с этим злом беспощадно. Как свидетельствуют документы, сотни коммунистов, хозяйственных руководителей, партийных и советских работников по инициативе Машерова подвергались наказаниям за разного рода бюрократические увертки и выкрутасы. В партийных документах сохранились записи, завизированные П. М. Машеровым, в которых определены конкретные партийные санкции на любителей бюрократизма:

«Объявить выговор с занесением в личное дело»; «Объявить строгий выговор с занесением в личное дело»; «Исключить из партии…»; «Считать нецелесообразным дальнейшее пребывание на посту…»

Это далеко не полный перечень определений на нарушителей, волокитчиков и бумажных пересыльщиков.

У Машерова были десятки способов и приемов, которыми он успешно пользовался для обуздания никчемных столоначальников. Одним из них, весьма оригинальным, являлась посылка в командировку отъявленного бюрократа к еще более закостенелому и толстокожему «царьку» местного значения. Как правило, результат был отменный. Чаще всего люди все-таки понимали свою ошибочную позицию и начинали исправляться. Другие, подумав, что к чему, подавали заявления об уходе. Третьи просто-напросто считали себя безгрешными и продолжали свою деятельность в прежнем духе. Тут-то и настигала их железная рука героя-партизана, которая беспощадно выметала мусор из партийного дома. Партийные работники столичной области проникались глубокой симпатией и уважением к новому секретарю обкома. Они видели в нем требовательного и умелого руководителя, понимающего суть происходящих событий в стране, республике и знающего глубоко задачи областной партийной организации, которая занимала в Белоруссии лидирующее положение и по численности, и по объему задач. Во всех городах, районах, в Минске усилилась массово-политическая работа на заводах, фабриках, колхозах за досрочное выполнение плана пятой пятилетки, за повышение производительности труда, за наиболее полное использование внутренних резервов. Особое внимание уделялось техническому прогрессу, улучшению пропаганды новейших достижений науки и передового опыта.

По инициативе Машерова обком партии обсудил вопрос о состоянии внедрения новейшей технологии на автомобильном и тракторном заводах. Он лично участвовал в сборе материалов, анализировал их, обсуждая каждую позицию в коллективах цехов. В подготовке вопроса было задействовано несколько сот передовых рабочих, начальников участков, бригадиров, инженеров и управленцев. В результате получился интересный и глубокий доклад, вызвавший широкий и заинтересованный разговор о дальнейших путях развития автомобилестроения и тракторостроения в Белоруссии. Само решение выглядело весьма убедительно. Оно в самой лаконичной форме определяло конкретные позиции и действия коммунистов этих двух гигантов и способствовало наращиванию их темпов движения вперед. Фундаментальность, глубина, последовательность и объективность прослеживались во всех действиях второго секретаря Минского обкома партии.