Чтение онлайн

Арниса, которая напрочь отвергала любые, даже самые невинные прикосновения к телу её симбионта со стороны других живых тел, особенно переполненных энергией, совершенно обезумела от того, что Эллис, которая так долго терла своими горячими полусферами то здоровенное проклятье, которое она сама же и создала, да, к тому же ещё и лизала, кусала его и, похоже, пыталась даже проглотить, вдруг взяла, села на Стоса верхом и сама впустила его в себя почти полностью, издавая при этом громкие, страстные и хриплые звуки, похожие на звериное рычание. Вот тут-то она не выдержала и громко зарыдала, только по-своему, так как это делали одни только арнисы в минуты страшного и безутешного горя.

Рыдать-то она рыдала, но при этом строго фиксировала каждый электрический импульс, пробегающий по нервам двух этих тел, слившихся в одно и судорожно сотрясающихся и дергающихся в каком-то совершенно сумасшедшем ритме. Её исследования, сопровождаемые такими горестными руладами, показывали между тем столь мощный всплеск энергии, какого она еще никогда не ощущала в теле своего симбионта. Даже тогда, когда он сражался с океанскими волнами или накачивал свои мышцы на тренажере, ставя нагрузку почти на максимум.

К тому же в бессвязных воплях двух этих животных было столько страсти и наслаждения, что арнису буквально выворачивало наизнанку. Правда, от всего этого отвратительного и мерзкого действа была и своя польза. Лулуаной, обычно, размещалась в торсе своего Стасика, которого она, все-таки, очень любила, занимая весь его объем от таза, вплоть до его лысой макушки, лишь изредка выпуская небольшую часть себя в его сильные руки. Теперь же она, вся содрогаясь от отвращения, вошла в тот толстый, длинный и упругий отросток нижней части его тела и разместила в безобразной, дергающейся в теле девушки головке, свой энергетический биосканер и даже ахнула от удивления, забыв о всех своих страданиях.

Сканирование Эллис изнутри давала ей невероятно чёткую картину и она видела все её внутренние органы так отчетливо и так хорошо, как этого не происходило даже в тот момент, когда она, словно бы запустила руку внутрь девушки, проникнув через узкий разрез в её оболочке. Пожалуй, это было как раз то, что нужно, так как внешняя форма для неё все-таки была не так важна, как её содержание. Она даже обнаружила у девушки небольшой дефект в поджелудочной железе и смогла быстро устранить его, так как ей вскоре удалось, как бы открыть два небольших окна в очень тонкой внутренней оболочке Стасика, и, пропустив энергетический манипулятор через его семенные каналы, провести небольшое микрохирургическое вмешательство, окончившееся тем, что арниса подстегнула механизм регенерации клеток потоком энергии.

При этом Лулуаной была поражена тому, что во время этой операции, продлившейся каких-то семь минут, Эллис, почему-то, сначала затряслась и завибрировала, словно овощерезка в руках Стоса, а затем, вдруг, издала такой вопль, полный счастья и наслаждения, что она на пару минут даже перестала плакать. Лулу, внезапно, поняла, что это и есть тот самый оргазм, о котором недавно говорил ей Стасик и, наконец, сообразила, что это именно она стала виновницей этого дикого звериного вопля, что в итоге заставило её зарыдать ещё громче.

Еще через несколько минут взвыл её подопечный и в тело Эллис ударила тугая и вязкая струя его семени, да, так внезапно, что Лулуаной едва успела сжать свой манипулятор и не потерять крохотную часть самой себя. Это послужило арнисе сигналом к тому, что ей было пора убирать свой инструмент из расслабленного тела девушки. В этот момент ей, отчего-то, было противно обращаться к своему симбионту и не сообрази она вовремя, что два этих тела сейчас рассоединятся, она получила бы болезненную травму. К счастью, арниса успела вовремя убрать манипулятор из тела девушки и та с протяжным стоном откинулась набок и была подхвачена рукой Стасика.

Эллис лежала рядом со Стосом и все никак не могла прийти в себя после оргазма сумасшедшей силы. Её любовник, в которого она влюблялась все больше и больше, лёг на бок и прижался к ней своим большим, мощным телом. Она тоже прижалась к нему, вся трепеща от пережитого и снова застонала, представив себе, как же ей будет сладко очутиться под этим живым танком, как приятно оказаться расплющенной всей его горячей мощью. Дрожащим голосом она чуть ли не прохрипела:

— О-о-о, Стас, ты был просто великолепен, любовь моя. Я ощущала тебя буквально у себя под сердцем…

— Ну, как же, как же, так уж и его… — Злобно огрызнулась Лулуаной и добавила стервозным тоном — Это не его пипетку ты чувствовала, моя дорогая Эллис, а мой манипулятор, который предотвратил твой сахарный диабет.

Стос едва сдержался, чтобы не расхохотаться. Он уже хотел было сказать что-то в ответ, но тут послышалась громкая мелодия музыкального звонка в прихожей, которая быстро отрезвила Эллис и та, чмокнув его в губы, сказала:

— Стас, это, скорее всего, приехал мой брат, Вилли. Я пойду успокою его и отправлю домой. Иначе он точно снесёт дверь и начнёт крушить твою роскошную квартиру.

Соскочив с кровати, она бросилась в прихожую, но её, явно, штормило, как от литра водки. Стос поднялся и направился вслед за ней. В прихожей имелось переговорное устройство с маленьким телевизором и в нём виднелась грозная фигура Вильяма с пистолетом в руках. Эллис подоспела вовремя и громко крикнула в микрофон, нажав на кнопку:

— Вилечка, со мной всё в полном порядке. Извини меня, но в тот момент, когда ты позвонил, я была очень занята. Да, вот ещё что, Вилли, всё позади. Не знаю как Стас сделал это, но он полностью исцелил меня. Это ремиссия, Вилли, полная ремиссия. Этот парень каким-то образом сам узнал, что у меня рак, положил меня на своё тело и так мы пролежали с ним всю ночь. Я, кажется, то ли уснула, то ли впала в транс, но когда очнулась, то и у меня, и у него на теле было по небольшой царапине и мы немного испачкались кровью. Зато сейчас опухоль полностью исчезла и меня уже ничто не беспокоит. Я вот, сейчас, изо всей силы давлю на это место пальцами и у меня ничего не болит. Я полностью здорова, Вилли.

Братец Эллис, вложив пистолет в наплечную кобуру, крикнул так громко, что его было слышно даже через стальную дверь со всей её шумоизоляцией:

— Эллис, открой, я хочу войти внутрь и убедиться во всём сам. Сестрёнка, я чуть с ума не сошел. Уже стал думать, что этот медведь тебя задавил.

Стос, уже одетый в махровый халат, заботливо накинул точно такое же белое, длинное одеяние на плечи девушки и пока она одевалась, не спеша открыл все замки того стального сооружения, которым было впору оснащать банковские подвалы. Отодвинувшись в сторону, он пропустил жутко настырного братца к его взъерошенной сестрице. Та, облачившись в халат длиной до самого пола, стояла прислонившись к стене и мелко дрожала, приходя в себя после всего того, что, внезапно, словно снежная лавина в Домбае, свалилось на её белокурую головку с очаровательным, раскрасневшимся личиком.

Не выдержав отходняка после оргазма чудовищной силы, она с тихим стоном медленно сползла по стене и плюхнулась попой на толстый, шелковый бежевый ковер с голубыми цветами, постеленный в прихожей и замерла, раскинув ноги и чуть склонив голову набок. Вильям, бросив быстрый взгляд на Стоса, метнулся к ней и упал на колени. Девушка, зажав полы, плотно стиснула ноги и, тщательно прикрывая свои груди, всё ещё горящие от поцелуев, слегка оголила свой бок с длинной, засохшей уже царапиной чуть ниже рёбер.