Чтение онлайн

результате смелых походов советских ученых и топографов, действовавших в

непосредственном контакте и при помощи альпинистов, была в основном

расшифрована орография центральной части «белого пятна»; было

установлено, что ледник Федченко простирается далеко в глубь неисследо-

ванной области и занимает по своей величине одно из первых мест среди

горных ледников мира. Оказалось, что площадь оледенения ледника

Федченко и его притоков составляет 900 кв. км, а вместе с ледниками

верховий Мук-су доходит до 2000 кв. км, что равно общей площади всех

ледников северных и южных склонов Главного Кавказского хребта.

77

Экспедиция 1928 г. практически доказала возможность сообщения Алайской

долины, через перевалы Кашал-аяк и Язгулемский, с притоками среднего

течения р. Пяндж. Древние пути были открыты вновь. В последующие годы

по маршрутам группы И. Г. Дорофеева и других групп экспедиции в

верховьях ледника Федченко прошла уже не одна группа исследователей

Памира.

Советские исследователи высокогорья приобрели богатый опыт,

позволивший им в будущем решить самые сложные задачи обследования

труднодоступных горных районов страны. Советским ученым удалось

проникнуть в глубь «белого пятна» и пересечь его с востока на запад и с юга

на север, потому что они пользовались опытом альпинистов, научились сами

передвигаться по склонам хребтов и ледникам и распознавать опасности гор.

Стало ясно, что успешное исследование гор возможно только в тесном

содружестве с опытными альпинистами. Важнейшим достижением

экспедиции было составление первой карты, охватывающей бассейн ледника

Федченко. Эта карта, основанная, главным образом, на съемке И.Г.

Дорофеева, была издана уже в 1929 г. Съемкой было безусловно установлено,

что в хребтах, окружающих ледник, есть вершины, достигающие, по крайней

мере, 7000 м над уровнем моря. Немецкие топографы, Р. Финстервальдер и Г.

Бирзак, участники экспедиции, вели фототеодолитную съемку. Они

выпустили свою карту Памира значительно позже, в 1932 г.; перед изданием

эта карта была исправлена и дополнена на основании позднейших работ

советских исследователей, о чем немцы умолчали.

Если работы экспедиции 1928 г. осветили строение неисследованной

ледниковой области и расположение гор на восток от хребта Академии наук,

то в отношении центральной части этого хребта и района, находящегося на

запад и северо-запад от него, экспедиция не дала почти ничего нового. Более

того, немецкие геодезисты, пытаясь с большого расстояния определить

высоту и положение отдельных высоких вершин хребта Академии наук,

«привязали» результаты этих своих измерений к предположительной схеме,

78

составленной ранее Н.Л. Корженевским1. Это привело их к грубейшим

ошибкам. Н.Л. Корженевский в 1925-1927 гг., на основании скудных данных

того времени, полагал, что в узле, образованном соединением хребтов

Дарвазского и Петра Первого с хребтом Академии наук, находится высшая

точка района — пик Гармо, вершина, впервые нанесенная на карту русскими

топографами, наблюдавшими ее из долины в верховьях р. Хин-гоу, вблизи

кишлака Пашимгар. Немецкие участники экспедиции приняли

трапециевидную вершину, так же как и И.Г. Дорофеев2, видевший ее с

ледника Федченко, за пик Гармо. То, что было естественно для И.Г. Доро-

феева3, вооруженного для своих измерений только буссолью, было

совершенно непростительно для немецких топографов, обладавших точными

геодезическими приборами и наблюдавших ранее пик Гармо с запада4.

Ошибка немцев не была случайной, она была вызвана стремлением

упростить орографическую схему района, подогнать ее к своим

представлениям.

Уже в 1929 г. во время расшифровки фототеодолитной съемки высота

трапециевидной вершины оказалась равной 7495 метрам. Таким образом, она

была высочайшей вершиной нашей страны. Последующие работы советских

ученых показали, что орографическая схема, предложенная немцами, была

ошибочной. Наши исследователи доказали, что пик «7495 м» и пик Гармо —

различные вершины, отстоящие друг от друга на большом расстоянии.

Однако после экспедиции 1928 г. ошибочное и упрощенное

представление об орографии сложнейшего горного района еще не могло быть

опровергнуто. Оно внесло путаницу и явилось причиной ряда неудачных

попыток отыскать подступы к высочайшей вершине Советского Союза с

запада и северо-запада, предпринимавшихся в последующие годы

1 См. схему Н.Л. Корженевского.

2 См. страницу 61-62.

3 Следует отметить, что И.Г. Дорофеев, не располагая достаточными данными, справедливо воздержался от

изображения пика Гармо на своей карте (см. карту, приложенную к общему ответу Памирской экспедиции

Академии наук 1928 г.).

4 Во время экспедиции 1913 г.

79

альпинистами и исследователями. Понадобилось еще три года общей

напряженной работы многих советских ученых и альпинистов, чтобы

распутать путаницу, внесенную немцами, и решить загадку узла Гармо.

***

В 1929 и 1930 гг. географическое изучение Памира ограничилось

ущельями, прилегавшими с юга к Заалайскому хребту. Соединенными

силами топографов и альпинистов было проведено тщательное обследование

правого притока Мук-су р. Саук-сай, берущей свое начало из южных

ледников пика Ленина. Только в 1931 г. представилась возможность

приступить к планомерной разведке высочайшего узла Гармо. Академия наук