Чтение онлайн

— Ясно, сядь.

Тихий умастился на корень напротив Рюги.

— Солома не из тех, кто держит обиду, или что-то подобное. Она не стала бы игнорировать тебя без повода. Ты ничего не сделал, а значит, причина в алкаше угрюмом.

Тихий похлопал глазами.

— Спасибо.

— Но, чтоб ты знал, я с ним согласна, ты ведешь себя странно. С пацанами не общаешься, бегаешь за ней как тень. Ты вообще кто?

Птицелюд уставился на листья под лапами.

— Ох… — Рюга дожала флягу. — Не хочу обнадеживать, но-о-о…

Клюв Тихого взметнулся вверх.

— Если настроен серьезно, могу рассказать, как тебе занять место рядом с ней, и не только до конца зимы.

— Слушаю!

— Если солома станет пилигримом, хотя в этой жизни вряд ли, ха! Кхм. В общем, пилигримам второго ранга позволено брать под свое начало помощников. Они что-то вроде личной охраны, всюду шатаются с ним, даже на миссии отправляются и не только. Но это опасно, говорят такие мрут как мухи, и для этого нужно будет сдать боевой экзамен.

— Я готов!

— Тогда вот что, пока эта идиотка будет расти до второго ранга, если вообще дорастет, ты должен стать достаточно полезным и сильным.

— Что для этого нужно?

— Мне почем знать?

Тихий напрягся.

— Ох, да хоть готовить научись, — сказала гон. — Чем больше будешь уметь, тем лучше, ты не одаренный, но полузрячий, а значит, можешь быть полезен в бою. Научись драться, стань грамотным, выучи основные языки… хотя солома и так все это умеет, но чем черт не шутит.

— Я понял. — Тихий поднялся, поклонился. — Благодарю!

Рюга перевела взгляд за спину Тихого.

— Помяни черта.

Саймо уставился на Мию, та робко помахала. Птицелюд постоял немного и ушел по тропинке в город. Рюга отвернулась и принялась расковыривать дерево. — «Пора менять нычку,» — снова подумала гонкай и представила, что когда достанет секиру, заберется в такую глушь-высь, где ее никто и никогда не найдет.

— Здравствуй, — поздоровалась Криста.

— Ага. Поесть принесла?

— У меня есть печенье! — Мия полезла в карман, протянула Рюге.

— Годится.

— Ого… — Криста уставилась на рукоятку секиры. — Как это вышло.

— Какая разница. Ты лучше скажи, что у тебя с Тихим?

Мия повернулась. Пристальным взглядом она увидела силуэт Птицелюда, который уже отошел на сотню шагов.

— Он не из тех, кто станет вот так подслушивать, — сказала Рюга.

— Да, я знаю. — Девушка села в корни дерева. — Он почему-то тянется ко мне, но я ничего такого для него не сделала. Он и сам не понимает. Господин Акида…

— Знаю я, потребовал отшить его.

— Да.

— Чего пришла?

— Хотела повидаться.

— Повидалась?

— Я-я-я…

— Прости, что наговорила тогда, — перебила Рюга. — Была злая из-за парня Джиды и… была неправа в общем.

— Я тоже.

— Говно! — Рюга впилась губами в палец, по которому долбанула молотком, она бросила инструменты в листья. — Ох… нихрена у меня так не выйдет.

— Может попросить кого-то помочь?

— Да я уж попросила… — Рюга ощутила прилив тошноты. — ладно, пошли отсюда, нужно подготовиться получше.

— Угу.

На деньги, заработанные в порту, Дракончик купил отцу выпивки, больше и крепче, чем обычно. Родитель тут же ушел в свою нору. Поколоченный мальчишка просидел на пороге полчаса. Затем прокрался в дом, собрал разбросанные инструменты обратно в ящик.

Когда он уходил, чуть не наткнулся на отца. Тот еле волок ноги до выгребной ямы на заднем дворе. Дракончик спрятался в чулане, как только понял, что отец вышел из дома, побежал с ящиком наперевес в сторону леса.

Пока мальчишка тащил инструменты до тренировочного места Рюги, с него сошло десять потов. Синяк на скуле набух, а ссадины щипало, как будто по ним только что хлестанули розгой. Солнце уже давно перевалило заполдень.

«Разминулись» — подумал мальчишка, увидев следы работы гонкай. Он развел костер, в специальной миске развел воду и жидкость в нужной пропорции из закупоренных склянок. Получилось полведра оранжеватой жижи, похожей на клей и пахнущей как вареные носки с кокосом.

Слой за слоем мальчишка в течение пяти часов наносил замешанный раствор, затем соскабливал ее специальной стамеской и замешивал снова. Древесина дерева, которое затянуло секиру Рюги, под действием раствора становилась похожа на рыхлую глину и уже не срасталось так быстро.

Чередуя две стороны, Дракочик смог разворошить здоровенное дупло почти с себя ростом и расшатать секиру. Дерево не хотело отпускать железку, держало ее на самом кончике. — «Впритык хватило!» — подумал мальчишка, когда наконец выдернул оружие.

Он сорвал спину, пока выдирал железяку, которая успела уйти на метр под землю. К тому же мальчишка и знать не знал, какая она тяжелая.

— Да как она ее вообще от земли отрывает? — бормотал Дракончик.

Он разлегся звездочкой. Заваленный листьями и инструментами. Перемазанный в растворе и огрызках размягченного дерева, которые вместе пахли как спаленная трижды каша, Дракончик уснул.

Акай огляделся, солнце уже село, но Далай все еще хорошо просматривался с вершины холма. Зеленые глаза, налитые духом, никого не заметили. Тело Акая изломилось, он лег на прелые листья и обернулся черной змеей длиною в пять телег, которая быстро доползла к месту, где тренировалась Рюга. Черная змейка с рожками, которая все это время следила за Дракончиком, заползла под чешую огромной змеи и растворилась в ее духе.

Мальчишка поморщился, но глаз не открыл. Здоровенная пасть змеи схватила секиру Рюги за рукоятку. — «Черные металл!» — понял Акай и передумал глотать оружие, снова превратился в человека.

Голый он навис над Дракончиком. Жилистые пальцы потянулись к горлу мальчишки. — «Нет, не сейчас, но я так хочу… Нет, он будет вкуснее, когда мы соединим все вместе, но от одного ничего не изменится!» — Акай схватил себя за руку, поднес ее к зубастому рту, выдрал кусок кожи из запястья.

Дракончик распахнул глаза. Подорвался и трижды огляделся. — «Кто-то кричал? — подумал он».

— Тут есть кто? — крикнул мальчишка. — Бо-о-ос!

Тишина.

Вокруг ночной лес, подсвеченный тремя лунами.