Пилигрим
Шрифт:
Красная сестра посмотрела на Рю, та сделала вид, что они незнакомы.
— Что вы себе позволяете? — возмутился Корабельщик Бу.
— Замолчи. Мы знаем, чем вы выродки занимались все эти годы. — Рюга ткнула пальцем Щетку, — Ты, урод, обдирал жителей, подминая их имущество под себя, вдобавок натравливал на конкурентов поджигателей и бандитов. — Гон перевела палец на корабельщика. — А ты на пару с ним заполучил все корабли в городе, которые только могли ходить, взвинтил цены на товары, и перекупил все цеха, — палец пошел в сторону городового.
— Господин Шао! Остановите это! — потребовал Корабельщик, обращаясь к судье.
Тот поглядел на Судо, получил он от него какой-то знак или нет, но следом старик сказал:
— Давайте выслушаем наших гостей до конца.
Рюга швырнула Щетку на стул, тоже села.
— Благодарю, — сказала Рю. — Как вы все знаете, этот совет четыре года назад принял решение примкнуть к Холмам Мастеров. Это означает полное замещение письменности, методов ведения переговоров с примыкающими странами и провинциям, исполнение политической воли Холмов, внедрение схожих законов и правил, структуры общества в целом, а также задействование имеющихся ресурсов на выполнение вышеперечисленных условий. — Без запинки проговорила белая сестра.
— Что вы хотите этим сказать? — выдавил Корабельщик.
— То, что на данный момент не имеет значения — честно ли вы получили ваше состояние. Господин Бу, вы, как самые состоятельные граждане, законами Холмов обязуетесь принять посильное участие, для выполнения этих задач, — спокойно сказала Рю.
— Это вздор!
— Верно!
Лисара не поддержала галдёж Щетки и Корабельщика, лишь раскрыла веер, похихикала. А городовой, наученный горьким опытом, вовсе молчал с самого начала, как и старейшина из храма вместе судьей. Акида ухмыльнулся.
— Я могу увести все свои корабли сегодня же, — пробурчал Бу, — вы не получите ни единой веревки, ни одной бочки или весла.
— Верно, мои подчиненные опустошат все склады, городу нечем будет торговать, и никто не сможет даже купить еду, ее не будет!
— В таком случае мы будем вынуждены взять вас под стражу, — белая сестра сказала это так спокойно, что оба крикуна утихомирились, но когда смысл дошел у них повздувались вены.
— Это по какому праву!
— Господин Бу, пока я готовила доказательства по делу господина Каторо, я заметила, что вы неоднократно выступали посредником, также я собрала свидетельства, что вы…
— Довольно! — Корабельщик отбросил стул, затопал к дверям. — Я ухожу!
Тут же на его пути встала Рюга.
— С дороги.
— Ты не понял, дядя, мы либо договариваемся, либо ты теряешь все, — гонкай осклабилась, — лично мне, нравится второй вариант, но выбор, пока еще за тобой.
Повисла пауза. Рюга скрестила руки, выпрямилась, глядя свысока. Бу отвернулся, начал зыркать на остальных собравшихся.
— Вы… — зашипел корабельщик.
— Кх-кхм. — Женщина в белой шубе сложила веер, — господин Бу, почему бы вам не охладить голову, разве вам не кажется предложение наших гостей, разумным?
Глава_11.1_Набег
Мия получила очередную оплеуху от пирата. Он схватил Кристу за волосы, тут же получил два тычка в подмышку и горло. Пират попытался махнуть левой. В следующую секунду его локоть вывернулся на изнанку.
Криста едва увернулась от дубины, отпрянула к забору.
Девушка хватала воздух, ее окружила дюжина мужиков. Смуглый гон ударил ногой. Криста нырнула под бедро, саданула в пах.
Она дрожала, едва не плакала, но руки-ноги делали свое дело. Получая удары, она снова и снова выкручивалась, интуитивно выбирала идеальную позицию. Отступала вдоль забора узкой улочки, чтобы ее не облепили.
Коротышка с ножом сиганул ей в ноги, воткнул острие в стопу.
Криста закричала. Следом схлопотала кулак в челюсть. На несколько секунд Мия забыла кто она и что делает. Ощутила, как будто этот день снился ей пару лет назад.
Самый крупный мужик с татуировкой на лбу схватил девушку за горло, поднял над брусчаткой, достал нож. Мия глядела на него одним глазом, хотя и тот едва был раскрыт из-за набухшего синяка.
— Ходжи, нам лучше взять ее с собой, — пролепетал лысый.
— Вот еще, — процедил здоровяк, нож полетел в Кристу.
Она схватилась за руку, крутанула корпусом, оттолкнулась от забора в надежде вывести пирата из равновесия, но тот даже не пошатнулся.
А вот от здорового булыжника, который влетел ему в висок, припал на колено, разжал хватку.
Мия мотнула головой, в проулке стояли шесть молодых гонов, которые примкнули к Рюге после драки с Мудо.
Полетело еще несколько булыжников. В ответ засвистели стрелы из коротких арбалетов. Парни разбежались.
Из-за угла послышался треск и скрип.
Затем вопли.
Гоны выбежали с досками, которые выдрали из забора.
— Щенки! — гаркнул смуглый пират, кинулся с дубиной на парней, за ним утекла половина толпы.
— Ми-и-я-я! — раздался голос братьев зайцев.
В сторону девушки полетел посох с железными набалдашниками. Часть пиратов повернулась к Кристе. Прижав подбородок, она глядела на них в полглаза из-под окровавленной челки.
Коротышка выхватил катану, которая скорее походила на длинный нож. Пират попытался сделать ложный выпад. На что Криста влепила ему набалдашник шеста в лоб. Коротышка упал по стойке смирно.
Еще двое достали мечи. Один Мия сломала, второй выбила. Серией простых выпадов шестом она затыкивала пиратов, не давая им и шанса. Кристория не сдерживалась. Разила в любые уязвимые места, выбивала колени, дробила пятки, носы и кадыки.
Один из пиратов попытался прикрыться девочкой гоном. До того, как мужик поднес оружие к ее горлу, Криста раскрошила костяшки на его руке. Затем ткнула шестом в подбородок, от чего мужик вырубился еще до падения.
Хромая, Мия продвигалась к шестерке гонов, которые постоянно отступали, но продолжали драться. Последняя пара пиратов попросила пощады, но перепуганные гоны за ними прошлись досками по затылкам налетчиков.
Девушка обернулась. На улочке, которая вела к приюту, валялся кряхтящий ковер из бывалых бандитов. Единственный кто остался стоять — птицелюд с головой петуха, он прикипел к забору с самого начала, простоял так уже две минуты.
— Вы целы? — спросил Джидо — молодой гон с дредами.
Мия попыталась что-то ответить, но глотая ком в горле просто прохрипела. Она было повернулась к шестерке гонов, как вдруг заметила силуэты на другой стороне улицы. В проулке показалась толпа вдвое больше той, что валялась под ногами.