Чтение онлайн

— Я помогу вам, месье, — сказал стражник Фламербаху.

— А я возьму это, — выдохнул Кондрат, берясь за ящичек. — Дай-ка сюда!

— Поди прочь, — прохрипел Фламербах по-русски, и вцепился в ящичек обеими руками.

Они оба потянули его на себя. Поначалу оба — безуспешно. Кондрат пнул Фламербаха под ребра. Тот застонал и выпустил ящичек.

— Эй, месье! — строго прикрикнул стражник.

— Спокойствие, — отозвался Кондрат. — Только спокойствие. Сейчас всё будет, как и обещал. Слово офицера.

Он отступил к останкам повозки и поставил ящичек на край. По высоте получилось примерно как на стол, только свободного места оставалось едва ли на табуретку. Остальное из того, что осталось, занимало то, что осталось от машины. В воздухе витал запах корицы с лавандой, утопавший в бензиновых парах. От него начала кружиться голова.

Ящичек оказался заперт. Коротко чертыхнувшись, Кондрат вынул саблю и сломал замок. Трофеи охотника были на месте.

— Итак, как я и обещал, рассказываю, в чем тут дело, — объявил Кондрат.

Голос его звучал громко и уверенно, как и положено звучать офицеру, но каждый слог отдавался тупой болью в голове. Кондрат старался не обращать на нее внимание.

— Господин Фламербах, — он указал саблей рукой на охотника. — Известный охотник. Думаю, среди вас есть те, кто его знают. И как каждый охотник, он гордится своими трофеями.

Кондрат похлопал свободной рукой по стене ящичка. Фламербах что-то прохрипел. Стражник повернул к нему голову. Демонстративно игнорируя охотника, Кондрат продолжил:

— Вот только за некоторые трофеи можно очень и очень надолго оказаться за решеткой. Потому как не на всякую дичь можно охотиться открыто. Вот, например, — он поднял нагрудный знак Ивана Ильича. — Это эмблема русского капитана, убитого господином Фламербахом в начале этого месяца. За один такой трофей я должен был бы пристрелить господина Фламербаха на месте, но пусть всё будет по закону.

— А закон у нас… — начал было стражник.

— Простите, я не закончил, — строгим тоном перебил его Кондрат. — Для вашего закона у господина Фламербаха тоже кое-что есть. Вот, орденская лента господина Леербаха, посла Рулитании в Российской империи, — он продемонстрировал собравшимся вокруг горожанам черную ленту с гербом. — Между прочим, в его гибели обвинили меня, но теперь вы все видите, в чьей коллекции сей трофей!

Кондрат бросил ленту обратно и стрельнул взглядом по сторонам. Внимания к себе он добился. Самое время нанести врагу смертельный удар.

— А вот еще какой-то рулитанец, — Кондрат высоко поднял королевскую нашивку.

Толпа вокруг дружно ахнула.

— Тоже убит господином Фламербахом, — сообщил им Кондрат, и небрежно бросил нашивку на край своего импровизированного стола.

Толпа снова ахнула, и на этот раз весьма возмущенно.

«Не переигрывай!», — мысленно скомандовал себе Кондрат.

— Ну, думаю, за рулитанцев вы с него и сами спросите, — небрежным тоном произнес он. — А я доложу моему начальству о достижениях Фламербаха на почве, так сказать, международных отношений, — и, повернувшись к стражникам, Кондрат добавил: — Передаю всё в руки закона и надеюсь, что виновный не уйдет от правосудия.

Бородатый рефлекторно кивнул. Фламербах дернулся было в сторону, но добрый десяток рук вцепился в него. Толпа придвинулась ближе, гневно потрясая кулаками и выкрикивая что-то на немецком. Кондрат тяжело вздохнул, и зашагал прочь. Никто его не остановил. Как позднее выяснилось, никто даже не заметил его ухода.

Кондрат дошагал по улице до того места, где остался Федор. Тело так и лежало на мостовой. С забора на него глядела кошка. Заметив приближение человека, она торопливо спрыгнула на другую сторону. Кондрат устало плюхнулся на мостовую у забора, привалившись к нему спиной, и мысленно погрузился в пустоту. Со стороны казалось, будто бы он о чем-то крепко задумался, но по правде говоря в его голове на тот момент не осталось ни единой мысли.

Он даже окружающее не воспринимал и далеко не сразу заметил, что рядом с ним сидит на мостовой София. Ее серый конь переступал с ноги на ногу чуть в отдалении.

— Спасибо, что прикрыл, — сказала София, заметив, что в глазах Кондрата появилась осмысленность. — Я не успевала достать пистолет.

— Всегда рад помочь.

Прозвучало это, правда, достаточно равнодушно, но только из-за стресса. На самом деле Кондрат был рад, что София не пострадала, и надеялся, что девушка со своим тонким восприятием это почувствовала.

— Что ж, надеюсь, это была наша последняя встреча с этим Фламербахом, — тихо произнес Кондрат. — И теперь он выйдет из тюрьмы не раньше чем та рухнет от старости.

— Шутишь? — отозвалась София. — Его уже повесили.

— Так быстро? — без всякого удивления в голосе спросил Кондрат.

— Они нашли в том ящике светящуюся пулю. Подумали, что та самая, которую не нашли на месте гибели короля. Фламербах с его даром вполне мог обшарить скалы ночью и найти ее.

— Я тоже так думаю.

— Ты знал о ней?

Кондрат кивнул.

— Аристарх тоже мертв, — сообщила девушка.

— Плохо, — всё тем же равнодушным тоном отозвался Кондрат.

— Да, это, как я понимаю, усложнит возвращение графа. Но его по-прежнему нужно вернуть. Надеюсь, ты это понимаешь.

— Без машины и Аристарха это будет очень непросто.

— Я помогу, — ответила София. — А ты всё-таки сделай так, чтобы мне не пришлось тебя убивать ради возвращения графа.

Ранним утром в Мариебах прибыл граф Беллендорф. Кондрат сидел в комнате в трактире и безуспешно пытался напиться. Здешние вина были слабенькие, а здоровье графа, закаленное балами и праздниками, наоборот, крепкое.

— Я слышал, Кондрат Викторович, вы тут раскрыли убийство короля Рулитании, — с порога заявил Беллендорф. — Похвально. Правда, вы также лишили меня ценного агента. Это уже менее похвально.

— Не агент и был, если вы о Фламербахе, — тихо проворчал Кондрат.

— Да не скажите, — отозвался Беллендорф. — Благодаря ему я знал всё, что замышляла баронесса фон Рут.

— Ну так она же работала на Фламербаха.

— Наоборот, — сказал Беллендорф. — Да, даже в наш просвещенный век сложно представить женщину во главе организации. И баронесса этим пользуется. Вон и вас вокруг пальца обвела, хотя вы явно человек не глупый. Всё-таки сумели как-то ее переиграть.

Он окинул взглядом батарею пустых бутылок на столе, словно бы прикидывая, пригоден ли Кондрат с таким объемом алкоголя в организме для серьезного разговора. Выглядело так, будто бы ответ был положительным.