Чтение онлайн

— Красиво идут, черти, — пробасила рядом Брунгильда, вытирая пот со лба. Её артиллеристы, не переставая, работали, перенеся огонь вглубь вражеской обороны, отрезая им пути к отступлению. — Как на параде.

— Главное, чтобы этот парад не превратился в похоронную процессию, — ответил ей, не отрываясь от наблюдения.

Несмотря на успехи, я видел, что ситуация остаётся критической. Наших было десять тысяч. Подземных тварей в пять раз больше, это точно. Они давили массой, моя фаланга медленно, но верно продвигалась вперёд, оставляя за собой горы трупов, но я видел, как падают солдаты, как их утаскивают в копошащуюся массу.

На фланге, где орки Урсулы пробили брешь, бой тоже не затихал. Они выполнили свою задачу, но теперь сами оказались в полуокружении. Твари, оправившись от первого шока, начали стягиваться к месту прорыва, пытаясь отрезать их от основных сил. Урсула и её парни дрались, как львы, но я видел, что они выдыхаются.

И в этот момент в битву вступила третья сила.

Я как раз навёл трубу на скалы, где держали оборону гомотерии, чтобы оценить их состояние. Они всё ещё держались, но было видно, что из последних сил. И тут я увидел, как их вожак, огромный песочный самец, тот самый, что в одиночку сдерживал целый поток тварей, поднял голову и посмотрел в нашу сторону. Наши взгляды встретились через сотни метров, через грохот битвы.

Я не знал, что творилось в его голове, какие мысли, какие инстинкты им двигали. Но он увидел нашу армию, которая громила его врагов.

Вожак издал оглушительный, раскатистый рёв. Гомотерии, которые до этого лишь оборонялись, бросились в атаку. Это было невероятное зрелище. Сотни огромных саблезубых кошек, которые до этого стояли на скалах, как изваяния, ринулись вниз, прямо в гущу вражеской орды. Они неслись, как лавина, как карающая длань разгневанного бога.

Маги, которые до этого лишь отстреливались, теперь обрушили на врага всю мощь своей природной магии. Большие огненные шары падали в ряды подземных тварей, выжигая десятки и сотни тварей. Молнии, толщиной с мою руку, били с небес, оставляя после себя лишь обугленные, дымящиеся останки. Ледяные глыбы, острые, как стекло, падали на врага, перемалывая хитин и плоть.

Вожак прыгнул со скалы. Кошак пролетел метров тридцать, и приземлился прямо в центре самого большого скопления врагов. Приземлившись, выпустил во все стороны гигантское кольцо огня, которое испепелило всё в радиусе пятидесяти метров.

Мои солдаты, увидев это, на мгновение замерли. Даже орки Урсулы прекратили рубиться, с изумлением глядя на это проявление стихийной, неконтролируемой мощи.

— Мать твою… — выдохнул я. — Брунгильда, ты это видела?

— Видела, — ответила гномка. — Какая мощь!

— Продолжать огонь! — крикнул я, приходя в себя. — Не расслабляться!

Вступление в бой гомотериев стало решающим фактором. Подземные твари, оказавшись под ударом с двух сторон, окончательно потеряли всякое подобие порядка. Началось паническое бегство. Они бросились к своим туннелям, пытаясь укрыться под землёй. Но и тут их ждал сюрприз, артиллерия Брунгильды, предугадав этот манёвр, уже пристреляла все основные входы. Зажигательные снаряды превращали входы в норы в огненные ловушки. Твари, которые пытались туда сунуться, сгорали заживо.

Теперь это была уже другая битва. Мы и наши новые, неожиданные союзники, методично уничтожали остатки вражеской армии. Я опустил подзорную трубу, облегчение от того, что мы побеждаем, смешивалось с тревогой. Мы выиграли этот бой, но что делать дальше? Что делать с этими… союзниками? Готовы ли они будут говорить после того, как вкус крови и победы ударит им в голову?

Я посмотрел на скалы, вожак гомотериев стоял над трупом очередного бронированного монстра и смотрел в мою сторону.

Рорх чувствовал, как под сапогами дрожит земля. Низкочастотная вибрация шла от тысяч хитиновых лап, скребущих по камням, от грохота артиллерии, от криков собственных солдат. Он стоял в первой шеренге своей стены щитов, и весь его мир сжался до узкой прорези в шлеме. В этой прорези копошился, выл и истекал кислотной кровью враг.

Легионеры держались на чистом упрямстве и дисциплине, вбитой месяцами муштры. Щиты, сделанные из лучшего дуба и окованные сталью, уже покрылись вмятинами и царапинами, некоторые были пробиты насквозь. Руки, сжимавшие древки копий, онемели от напряжения. Лица солдат, покрытые потом и грязью, были масками предельной концентрации.

— Держать строй! — рычал Рорх, и его голос разносился над рядами.

Они двигались, как единый организм. Шаг, удар копьём, ещё шаг, ещё удар. Они были машиной для убийства, медленной, но неотвратимой. Но после вступления в бой кошек и начавшейся паники, самые сильные и злобные из подземных тварей, отрезанные от путей к отступлению, бросились в последнюю, отчаянную атаку.

Огромный, похожий на бронированного носорога монстр, один из тех, что уцелели после артподготовки, с рёвом понёсся прямо на центр фаланги Рорха. Он был вдвое больше степного быка, его хитиновый панцирь блестел в свете магических вспышек, а огромный рог был нацелен, как таран.

— Готовимся к удару! — крикнул Рорх.

Второй ряд, упёрся в спины щитоносцам, гвардейцы фон Штраубе отвели длинные пики с синими наконечниками между щитами легионеров, готовясь нанести слитный удар.

Монстр врезался в стену щитов, раздался оглушительный треск, как будто столкнулись два огромные телеги. Первые ряды легионеров просто смело. Щиты разлетались в щепки, людей подбрасывало в воздух, как тряпичных кукол. Монстр, проломив оборону, ворвался внутрь строя, размахивая своей рогатой головой, круша и калеча.

Началась паника, строй, который казался таким нерушимым, распался. Солдаты, оказавшиеся лицом к лицу с этой бронированной машиной смерти, в ужасе отступали.

— Не отступать! — заорал Рорх, пытаясь восстановить порядок. — Окружить его! Бейте по ногам!

Но его голос тонул в рёве монстра и криках раненых, катастрофа казалась неминуемой. Прорыв в центре означал гибель всей фаланги. И в этот момент, с фланга, из гущи боя, вылетела Урсула. Она неслась, как фурия, глаза орчанки горели безумным огнём. Закончив зачистку своего сектора, она увидела прорыв и, не раздумывая ни секунды, бросилась на помощь.

— Моё! — взревела Урсула и, совершив невероятный прыжок, запрыгнула монстру на спину.

Урсула, уцепившись одной рукой за хитиновый гребень на спине твари, другой начала наносить удары своим топором. Она целилась в сочленение между головой и туловищем, в единственное уязвимое, как ей казалось, место. Лязг стали о хитин, снопы искр. Монстр взревел от ярости и боли, завертелся на месте, пытаясь сбросить дерзкую наездницу.

Рорх, воспользовавшись моментом, собрал вокруг себя своих лучших воинов и бросился к монстру.