Чтение онлайн

Ощущения были те же, что и во время тестовой вылазки. Давящая тишина, вязкий воздух, приглушённый гул в ушах. Но теперь к этому добавилось и предвкушение боя. Орки, которые ещё вчера были готовы поубивать друг друга, теперь шли в туннели, как на праздник. Желание поквитаться за Урсулу и остальных никуда не делось.

Мы нашли инкубатор без проблем. Это была пещера размером с наш плац, вся усеянная этими отвратительными, пульсирующими коконами. Охранял его небольшой отряд, пара десятков мелких тварей и один «сержант», тварь размером с волка с серповидными клешнями.

Они заметили бойцов не сразу. Мы подошли на расстояние пятидесяти метров.

— Огонь, — шёпотом скомандовал я.

Десятки винтовок «Ястребов», которые я взял с собой в качестве снайперского прикрытия, выплюнули огонь. Пули, оснащённые специальными наконечниками, с лёгкостью пробивали хитиновые панцири. Охрана была сметена за несколько секунд. Они даже не успели понять, что произошло.

А потом за дело взялись гномы. Они, как муравьи, облепили пещеру, закладывая заряды под самые большие скопления коконов, у основания стен, в трещинах. Урсула и её орки оцепили периметр, готовые встретить любую контратаку. Через десять минут всё было готово. Мы отошли на безопасное расстояние. Брунгильда, с довольной ухмылкой на лице подожгла запальный шнур. Пещера, в которой мы только что были, обрушилась, погребая под тоннами камня тысячи ещё нерождённых тварей.

Мы ушли так же тихо, как и пришли. Никто нас не преследовал. Когда мы вернулись в лагерь, нас встретили молчаливым одобрением. Это была первая, пусть и маленькая, но чистая победа. Она показала, что наша тактика работает. И мы продолжили…

Каждые несколько часов одна, а то и две ударные группы уходили под землю. Мы действовали по всему фронту, пока группа Урсулы взрывала очередной склад, отряд Рорха устраивал завал в одном из транспортных туннелей. Пока Ястребы Лиры, действуя без щита, но с невероятной скрытностью, вырезали дозоры, я с гномами минировал подходы к ещё одному инкубатору.

Мы раздёргивали его, как стая волков дёргает медведя. Кусали то за один бок, то за другой, не давая ему сосредоточиться, не давая ему нанести ответный удар.

Генерал, я уверен, бесился. Спустя несколько дней бойцы сообщили, что Генерал покинул пещеру в попытке нагнать большой сводный отряд. Его ментальные атаки были бесполезны против наших щитов. А посылать крупные отряды он больше не решался после того, как на одном из крупных перекрёстков мы сожгли почти тысячу мощных тварей.

Так прошла еще одна неделя бессонных ночей, постоянного напряжения и маленьких, но важных побед. Мы уничтожили десяток крупных инкубатора, в два раза больше малых. Два гигантских пищевых склада в прямом смысле взлетели на воздух, заодно завалили несколько ключевых туннелей. Все это вместе давало серьезный ущерб.

Но самое главное, мы вернули себе уверенность. Мои солдаты снова стали армией, а я командующим.

Неделя партизанской войны под землёй изменила нас. Она выжгла из душ моих солдат остатки того первобытного, иррационального ужаса, который поселил в них Генерал, и заменила его холодной, сосредоточенной яростью. Страх никуда не делся, он просто мутировал, превратился из парализующего яда в ценный тактический ресурс, в тот самый холодок по спине, который заставляет дважды проверить снаряжение и не высовывать голову из-за укрытия. Мы перестали быть жертвами, мы стали охотниками. И сегодня была назначена большая охота.

Я стоял у входа в тот самый туннель, который вёл в пещеру Генерала, и смотрел на свой ударный отряд. Две тысячи бойцов, элита моей армии. В авангарде две сотни орков Урсулы, её самые отбитые берсерки, закованные в тяжёлую штурмовую броню, с огромными двуручными секирами в руках. Они не рычали и не били себя в грудь, как раньше, просто стояли молча, и эта тишина была страшнее любого боевого клича. В их глазах застыло предвкушение. Они шли возвращать долг за унижение своего вождя.

За ними четыре роты моих Ястребов, четыреста стрелков, натренированных выцеливать уязвимые места в хитиновых панцирях. Следом легионеры Рорха, стена щитов и копий, готовая принять на себя любой удар. И замыкали колонну гномы Брунгильды, моя мобильная артиллерия и инженерная поддержка. Они тащили на себе разобранные лёгкие миномёты, ящики с гранатами и мощные зажигательные заряды.

А между нами двигались наши главные козыри. Десятки гомотериев, разделённые на группы по пять кошек. Они шли, едва касаясь лапами земли, их огромные мускулистые тела, казалось, плыли во тьме. Впереди каждой группы один из тех самых магов-менталистов, которые и должны были сплести для нас защитный кокон. Клык-Рассекающий-Ветер шёл рядом со мной, его присутствие было почти физически ощутимым. Он был гарантом того, что мы не сойдём с ума, не начав бой.

— Готовы? — мой голос в этой тишине прозвучал очень звонко. Урсула, стоявшая рядом, молча кивнула. За эту неделю она преобразилась, апатия исчезла, уступив место собранности. Она снова стала моей Валькирией, но теперь в её глазах была не только жажда битвы, но и холодный расчёт. Поражение научило её не только ненавидеть, но и думать.

— Кошки начинают, — прошептала Кайра, стоявшая чуть позади, её ушки нервно подрагивали.

Я увидел как маги гомотериев группах синхронно прикрыли глаза. Воздух вокруг нашего отряда задрожал, как от марева над раскалённой дорогой. Появилось то самое ощущение, которое я испытал во время тестовой вылазки, лёгкое давление на виски, тихий, едва слышный гул в ушах. Пространство внутри этого невидимого купола стало другим, звуки стали тише и глуше

— Пошли, — скомандовал я.

И две тысячи воинов, как единый организм, шагнули во тьму.

Мы двигались быстро и слаженно, партизанские вылазки отточили наше взаимодействие до автоматизма. Теперь мы знали эти туннели, научились в них дышать, научились в них видеть, научились в них убивать. Я шёл в центре колонны, рядом с Рорхом и основными силами. Моя задача сейчас была не махать мечом, а думать и командовать. Карта пещеры, которую мы составили по данным разведки, была у меня в голове. Я знал каждый поворот, каждый выступ, каждую потенциально опасную зону.

— Сто пятьдесят метров до выхода в пещеру, — доложил один из ратлингов-проводников, которые семенили рядом с орками. — Там, по нашим данным, небольшой дозор. Десятка два мелких и один «сержант».

— Урсула, они твои.

Орчанка ухмыльнулась и передала приказ своим воинам. Колонна не остановилась, просто её авангард чуть ускорился и бесшумно растворился в темноте впереди. Через минуту из темноты донеслось несколько коротких, сдавленных визгов, хруст ломаемого хитина и влажное чавканье. И снова тишина. Когда основная колонна дошла до небольшой пещеры перед входом в основной зал, бой уже был окончен. Урсула стояла над трупом «сержанта», стряхивая с лезвия топора его кровь.

— Чисто, — коротко доложила она.

— Дальше по плану, — ответил ей. — Миномёты к бою, артиллерия бьёт первой. Ястребам подавить всё, что попытается вылезти из боковых отнорков.

Мы стояли перед входом в пещеру Генерала. Оттуда не доносилось ни звука. Но я знал, он там, чувствует наше приближение.

— Щит? — спросил у Кайры.

— Держат, — ответила она. — Говорят, давление нарастает. Генерал точно нас заметил.

Я посмотрел на своих солдат, парни стояли, готовые к бою. Их лица были напряжены, но в глазах не было и тени того безумия, что царило здесь в прошлый раз.