Чтение онлайн

– О-Минэ, где ты там? Выходи!

О-Минэ выбралась из шкафа.

– Ну как там?
– спросила она.
– Я от жары не знала куда деться. Вся мокрая от пота, едва вытерпела...

– Ты вот от жары потела, а я холодным потом обливался, - сердито сказал Томодзо.
– Привидения вошли в дом через окошко, что на заднем дворе. Убьют они господина Хагивару, как ты думаешь?

– А я думаю, что не убьют, - сказала О-Минэ.
– Они ведь явились к нему с любовью, а не из ненависти... Приходят, а войти нельзя, ярлыки наклеены. Тут и живей человек стал бы плакать и жаловаться... Узнать бы, что у них там сейчас происходит? Сходил бы посмотреть.

– Не болтай глупости.

– Да ты потихонечку. Зайди со стороны переднего входа и загляни.

Томодзо на цыпочках вышел во двор и через некоторое время вернулся.

– Как ты долго, - сказала О-Минэ.
– Ну, что там?

– А ты, пожалуй, права, - проговорил Томодзо.
– Слышно было, как они о чем-то разговаривают. Заглянул я, да ничего не видать из-за полога от комаров, Тогда я пошел на задний двор, но, пока ходил, разговаривать перестали. Видать, помирились все-таки и он со своим привидением завалился в постель...

– Срам слушать, что ты болтаешь, бесстыдник...

Пока они так беседовали, ночь пришла к концу.

– Гляди, О-Минэ, - сказал Томодзо.
– Уже рассвело! Пошли к господину Хагиваре вместе, зайдем и посмотрим!

– Ну нет, - возразила О-Минэ.
– Мне все равно страшно...

– Пойдем, пойдем...

Томодзо вытащил жену во двор, и они пошли к дому Хагивары.

– Открывай дверь, О-Минэ, - приказал Томодзо.

– Нет-нет, мне страшно...

– Ничего не страшно. Ты эту дверь каждое утро открываешь. Открывай, ну?

– Открой сам. Просунь руку в щель и надави, там засов упадет...

– Ты ведь каждое утро приходишь сюда готовить завтрак. Просовывай руку и сбрось засов, тебе говорят...

– Ни за что не стану!

– Беда с тобой, - проворчал Томодзо.

Он просунул в щель руку, сбросил засов и отворил дверь.

– Господин!
– позвал он.
– Простите, господин, уже рассвело!.. Господин!

Слушай, О-Минэ, он не отвечает...

– Потому-то я и не хотела...

– Проходи вперед, - сказал Томодзо.
– Ты в этом доме все равно что своя, все комнаты знаешь.

– Что ты, ничего я не знаю, у меня от страха все из головы вылетело...

– Господин, позвольте войти!.. Слушай, чего ты боишься? Ведь уже рассвело.

Никаких привидений при солнце не бывает, они его пуще всего боятся... Нет, страшно все-таки, правда, О-Минэ? Ничего нет на свете страшнее!

– Ой, замолчи ты!
– вскрикнула О-Минэ.

Бормоча себе что-то под нос, Томодзо раздвинул сёдзи. В покоях было совершенно темно.

– Господин!
– окликнул Томодзо, вглядываясь.
– Надо же, как разоспался...

Все хорошо, О-Минэ, он спит без задних ног.

– Правда?.. Господин, уже утро, разрешите котел растопить.

– Позвольте двери раскрыть, господин...

Томодзо наклонился над постелью и вдруг с воплем шарахнулся назад. О-Минэ завизжала, и выскочила в прихожую.

– В жизни ничего страшнее не видывал, - проговорил Томодзо, выскочив вслед за нею.
– И ты еще кричишь, совсем меня перепугала...

– Что там стряслось?

– Стряслось такое, что и сказать нельзя. Страшное дело. За то одно, что мы здесь были и все видели, нас могут запутать в эту историю, и тогда нам плохо придется... Надо сходить за стариком Хакуодо, пусть будет свидетелем...

Томодзо побежал к Хакуодо Юсаю и забарабанил кулаками в его дверь.

– Сэнсэй!
– кричал он.
– Откройте, сэнсэй! Это я, Томодзо!

– Перестань стучать!
– откликнулся Хакуодо.
– Я же не сплю, я давно уже проснулся!.. Не стучи, ты же дверь сломаешь! Погоди, сейчас открою... Ай, что же ты меня по голове бьешь?

– Простите, сэнсэй, это я от поспешности... Сэнсэй, идите скорее к господину Хагиваре, там беда с ним приключилась!

– Что такое? Какая беда?

– Страшная беда, не спрашивайте! Мы сейчас с О-Минэ увидели и так перепугались... Ступайте скорей, сэнсэй, будьте свидетелем!

Встревоженный Юсай схватил свою палку и заковылял за Томодзо. У дверей Хагивары они остановились.

– Иди вперед, Томодзо, - сказал Хакуодо.

– Не хочу, боюсь...

– Тогда ты, О-Минэ!

– Нет! Ни за что, я и так от страха без памяти...

– Ладно, - сказал Хакуодо и решительно шагнул в дом. В темноте ничего не было видно.
– О-Минэ, раздвинь-ка сёдзи... Ну что, господин Хагивара, вы плохо себя чувствуете? Что с вами?

С этими словами Хакуодо подошел к постели, взглянул и, задрожав, отпрянул.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Вот что прочитал Аикава, торопливо пробегая строки завещания Иидзимы.

"Меня и Коскэ связывали отношения господина и вассала, но мы были кровниками. Любя и уважая Коскэ за его преданность и глубокую верность сыновнему долгу, я решил дать ему возможность отомстить за смерть родителя, избегнув при этом обвинения в убийстве господина. С этой целью я сделаю так, чтобы он, Коскэ, принял меня за Гэндзиро и поразил меня своею рукой. Затем я удалю его, Коскэ, из дома, проникну в спальню О-Куни и заставлю Гэндзиро убить меня. Род Иидзимы на мне прекратится. Убив меня, прелюбодеи должны будут бежать, причем убегут они, несомненно, к родителям О-Куни в Мураками, что в провинции Этиго. Тебе, Коскэ, надлежит, не теряя времени, пуститься за ними в погоню, настигнуть их и вернуться с их головами. Ты явишься к начальнику хатамото, доложишь ему, что отомстил за господина, и подашь прошение о восстановлении рода Иидзимы. При этом ты попросишь посильного содействия господина Аикавы. Поскольку ты связан обещанием стать наследником Аикавы, живи с его дочерью О-Току в мире и согласии, ребенка же, родившегося от вас, все равно мужского или женского пола, твою плоть и кровь, завещаю тебе определить наследником имени и рода Иидзимы..."

Коскэ, который слушал все это затаив дыхание, роняя на колени горячие слезы умиления и благодарности, внезапно побледнел и вскочил на ноги.

– Что с вами, господин Коскэ?
– испугался Аикава.
– на вас лица нет!

– Из того, что вы сейчас читали, - сказал Коскэ дрожащим голосом, - я понял, что господин, отослав меня, хотел вернуться в гостиную и вызвать Гэндзиро на бой... Пусть Гэндзиро не владеет мечом, но ведь господин тяжело ранен, и Гэндзиро одолеет, убьет его! враг рядом, а я сижу здесь и жду, пока он зарубит моего благодетеля и покровителя... Нет, я должен быть там, я помогу господину своим мечом!

– Вы не сделаете этого, - сурово остановил его Аикава.
– Вы подумали о том, для чего ваш господин оставил это завещание? Если вы не хотите, чтобы род Иидзимы исчез, останьтесь и ждите здесь до утра. Вы слышали завещание, так постарайтесь сделать так, чтобы оно не превратилось в пустой клочок бумаги!

Говорят, что мудрость лет сильнее черепашьего панциря. Коскэ нечего было ответить на слова старика, и он повалился на пол, содрогаясь всем телом, плача от бессильной ярости.

А между тем Иидзима Хэйдзаэмон, отослав Коскэ, оперся на окровавленную пику и с трудом, чуть ли не ползком, словно краб, вскарабкался на веранду.