Чтение онлайн

– Огонь, – повторила она. И сразу все встало на свои места. – Вы мирийский жрец. Красный чародей.

Он оглядел свою обносившуюся рясу и жалко улыбнулся.

– Теперь скорее розовый. Я – Торос, прибывший из Мира, да… плохой жрец и еще худший чародей.

– Вы сражались вместе с Дондарионом. Молниеносным лордом.

– Молния появляется и исчезает, и более ее не видно. Так же с людьми. Боюсь, огонь лорда Берика покинул наш мир. Теперь вместо него нас возглавляет жуткая тень.

– Пес?

Жрец наморщил губы.

– Пес умер и сожжен.

– Я видела его. В лесу.

– Это был горячечный бред, миледи.

– Он сказал, что вздернет меня.

– Даже сны могут лгать. Миледи, как давно вы не ели? Вы верно проголодались?

Она поняла, что так и было. В желудке ощущалась пустота.

– Еда… да, еда пришлась бы кстати, спасибо.

– Тогда садитесь. Мы еще поговорим, но сперва поедим. Ждите здесь. – Торос от свечи зажег факел и пропал в черной дыре под камнем. Бриенна поняла, что осталась в одиночестве в крохотной пещере. – «Вот только насколько?»

Она обшарила ее в поисках оружия. Ей сгодилось бы все, что угодно: посох, дубина, кинжал. Но она нашла только камни. Один великолепно подошел к ее руке… но она вспомнила Шепот и что случилось с Шагвеллом, когда он попытался бороться камнем против кинжала. Когда она услышала шаги возвращающегося жреца, она уронила камень на пол и села на место.

Торос принес хлеб, сыр и немного похлебки.

– Прошу прощения, – сказал он. – Молоко прокисло, а мед кончился. Провизии постоянно не хватает. И все же, это поможет вам подкрепиться.

Похлебка остыла и была жирной, хлеб черствым, а сыр засох. Но Бриенна никогда в жизни не ела ничего вкуснее.

– Мои товарищи тоже тут? – спросила она у жреца, проглотив последнюю ложку похлебки.

– Септона отпустили с миром. От него никакого вреда. Остальные здесь, ждут суда.

– Суда? – она нахмурилась. – Подрик Пейн всего лишь мальчишка.

– Он говорит, что он оруженосец.

– Вы же знаете, какие мальчишки хвастуны и выдумщики.

– Оруженосец Беса. С его собственных слов, он сражался в битвах. И даже убивал, если его послушать.

– Мальчишка. – Повторила она. – Имейте сострадание.

– Миледи, – начал Торос – я не сомневаюсь, что где-то в Семи Королевствах еще можно отыскать доброту, милосердие и прощение, но не ищите их тут. Это пещера, а не храм. Когда люди вынуждены жить подобно крысам в темноте подземелья, очень скоро в них не остается жалости, как и молока и меда.

– А как же правосудие? Разве его можно найти в пещерах?

– Правосудие… – Торос горько улыбнулся. – Я помню правосудие. У него приятный вкус. Мы сами были правосудием, когда нас повел Берик, или в этом мы сами себя убедили. Мы были людьми короля, рыцарями и героями… но некоторые рыцари темны и полны страхов, миледи. Война из всех порождает чудовищ.

– Вы говорите, что вы – чудовища?

– Я говорю, что мы люди. И не вы одна получили раны, леди Бриенна. Некоторые из моих братьев, когда все начиналось, были хорошими людьми. Другие были… менее хорошими, можно так выразиться? Хотя, говорят: неважно, как человек начинает жизнь, важно только, как он заканчивает. Полагаю, это же верно и для женщин. – Жрец поднялся на ноги. – Боюсь, наше время истекает. Я слышу, как возвращаются мои братья. Наша хозяйка пошлет за вами.

Бриенна услышала их шаги и увидела в лазе отблеск факела.

– Вы говорили, что она отправилась к Ярмарочному полю.

– Так и было. Она вернулась, пока мы спали. Сама она никогда не спит.

«Я не испугаюсь», – сказала она себе, но было поздно. – «Я не позволю им увидеть мой страх». – Вместо этого пообещала она себе. Их было четверо, жестких мужчин с осунувшимися лицами, в кольчугах, в чешуйчатом доспехе и коже. Она узнала одного из них, из своего сна – одноглазого.

Самый рослый из них был в грязном, рваном желтом плаще.

– Понравилась жратва? – спросил он. – Надеюсь, что да. Это твоя последняя жратва в жизни. – Он был мускулистый, с каштановыми волосами, бородой и неправильно сросшимся сломанным носом. – «Я его знаю», – подумала Бриенна. – Ты – Пес!

Он осклабился. У него были ужасные зубы, кривые с коричневой гнилью.

– Думаю, теперь это я. Поскольку я видел, как миледи завалила прошлого. – Он отвернулся и плюнул.

Она вспомнила блеск молний, грязь под ногами.

– Я убила Роржа. Он забрал шлем Клигана с его могилы, а ты украл его с трупа.

– Не заметил, чтобы он возражал.

Торос вздохнул с возмущением.

– Это правда? Ты взял шлем мертвеца? Ты пал так низко?

Здоровяк скорчил кислую рожу.

– Сталь отличная.

– Ни в этом шлеме нет ни песчинки хорошего, ни в человеке, который его носил. – Ответил жрец. – Сандор Клиган был источником мучений, а Рорж настоящим чудовищем в человеческом обличье.

– Но я-то не он.

– Тогда зачем ты собираешься вновь показать миру их лицо? Жестокое, оскаленное, извращенное… таким ты хочешь стать, Лем?

– Один вид его будет повергать моих врагов в страх.

– Да я сам боюсь на него смотреть.

– Тогда закрой глаза. – Здоровяк в желтом плаще сделал неприличный жест. – Хватайте шлюху.

Бриенна не сопротивлялась. Их было четверо, а она была слаба и ранена, и почти голой – в одной шерстяной сорочке. Она пригнула голову, пока шла по извилистому туннелю, чтобы не удариться о низкий потолок. Впереди туннель внезапно расширился, стал выше, и, вильнув пару раз, распахнулся просторным залом, битком набитым разбойниками.

По центру пещеры в полу была вырыта яма для костра, воздух здесь был голубоватым от дыма. Люди жались к огню, спасаясь от холода пещеры. Другие стояли вдоль стен или сидели, скрестив ноги, на соломенных подстилках. Здесь были и женщины тоже, и даже несколько детей, выглядывающих из-за материнских подолов. Одну из женщин Бриенна узнала – это была Длинная Джейн Хеддл.

Поперек пещеры в углублении в камне на козлах был установлен стол. За ним сидела женщина в сером, закутанная в плащ с опущенным капюшоном. В ее руках была корона – бронзовый обруч с железными мечами. Она внимательно ее изучала, ее пальцы ощупывали острия мечей, словно испытывая их остроту. Из-под капюшона сверкнули глаза.

Серый был цветом молчаливых сестер, служанок Неведомого. Бриенна почувствовала как по спине пробежали мурашки. – «Каменное сердце».

– Миледи, – произнес здоровяк. – Вот она.