Чтение онлайн

Едва он закончил, его защитники бросились выкрикивать:

– ВИКТАРИОН! ВИКТАРИОН! ВИКТАРИОН КОРОЛЬ!

Внизу его люди высыпали перед толпой содержимое сундуков. На землю хлынул поток серебра, золота, самоцветов – изобилие военной добычи. Капитаны толкались, чтобы схватить лучшие вещи и, добыв их, кричали: «ВИКТАРИОН! ВИКТАРИОН! ВИКТАРИОН КОРОЛЬ!»

Эйэрон наблюдал за Вороньим Глазом. – «Будет ли он говорить сейчас или позволит избранию идти своим чередом?»

Орквуд с Оркмонта что-то нашептывал ему на ухо.

Но конец крикам положил не Эурон, а треклятая баба. Она, положив в рот два пальца, пронзительно засвистела. Свист прорезал крики, как нож режет масло.

– Дядюшка! Дядюшка! – изогнувшись, она схватила плетеную золотую диадему и прыгнула на ступени. Нют схватил ее за руку, и какое-то мгновение Эйэрон надеялся, что защитники его брата заставят замолчать глупую девчонку, но Аша вырвалась из рук Брадобрея и что-то сказала Рыжему Ральфу, отчего он отступил в сторону. Как только она миновала их, гром криков увял. Она была дочерью Бейлона Грейджоя, и народ желал услышать, что она скажет:

– Так любезно с твоей стороны, дядюшка, принести такие подарки на мои королевские выборы, – сказала она Виктариону. – Но зачем ты нацепил на себя столько железа? Я ведь обещала не трогать тебя.

Аша повернулась к капитанам:

– Нет никого храбрее, никого сильнее и яростнее в битве, чем мой дядя. И до десяти он считает так же быстро, как и любой другой, я видела это своими глазами… но чтобы сосчитать до двадцати, он вынужден снимать сапоги. – Ей ответил хохот.

– Но у него нет сыновей, а жены мертвы. Вороний Глаз его старший брат и имеет больше прав на трон…

– Да! – закричал Рыжий Моряк.

– Да, но у меня прав больше, – Аша одела набекрень диадему под залихватским углом, и золото блеснуло в ее темных волосах.

– Брат Бейлона не может идти вперед сына Бейлона.

– Но сыновья Бейлона мертвы, – крикнул Хромой Ральф:

– Все, что я вижу, это маленькая дочурка Бейлона.

– Дочка? – Аша запустила руку под крутку, – Ого! А это что такой? Может и вам показать? Ведь кое-кто не видел их с того самого момента, как вас отняли от материнской груди, – люди рассмеялись. – Титьки у короля – это ужасно, как там в песне поется? Ральф, ты меня уличил. Я – женщина… но не старуха, как ты. Ральф Хромой, а может лучше Ральф Слабак? – Аша вытащила кинжал из ложбинки между грудей: – И еще я мать, а вот и мой младенец. – Она показала кинжал. – Вот и мои защитники.

Они оттеснили защитников Виктариона, чтобы встать перед ней: Карл Девица, Тристифер Ботли и сир Харрас Харлоу, чей меч по прозвищу Сумрак был не менее знаменит, чем Багряный Дождь Драмма.

– Моя дядюшка сказал, что вы знаете его. Меня вы тоже знаете.

– Я хочу узнать тебя поближе, – закричал кто-то из толпы.

– Ступай домой и узнавай жену, – прокричала ему Аша. – Дядюшка сказал, что даст вам больше, чем дал вам мой отец. Ну, и что же это? Золото и слава, ответят одни. Свобода, что драгоценнее золота, скажут другие. Да, это так, он дал вам это… но еще и вдов, вам подтвердит это лорд Блэктайд. У скольких из вас сгорели дома, когда пришел Роберт? У скольких обесчестили и украли дочерей? Сожженные города и разрушенные замки, и это вам тоже дал мой отец. Поражение, вот что он принес вам. Теперь дядя обещает еще больше. Но не я.

– Что ты можешь дать нам? – спросил Лукас Кодд, – Вязание?

– Да, Лукас. Я свяжу вам королевство, – она подбросила кинжал в воздух. – Мы должны поучиться у Молодого Волка, который выиграл все битвы, но все потерял.

– Волки не кракены, – возразил Виктарион. – Что схватили щупальца кракена, тому уже не вырваться, будь то корабль или левиафан.

– А за что мы схватились, дядя? За Север? А что это, как не огромные расстояния, лиги и лиги и лиги вдали от шума прибоя? Мы захватили Ров Кайлин, Темнолесье, Торрхенов Удел и даже Винтерфелл. Я покажу вам, что мы с этого заимели, – она кивнула своим людям с Черного Ветра, и они вышли вперед, неся на плечах дубовые сундуки окованные железом.

– Я даю вам дары Каменного Берега, – когда опорожнили первый. С грохотом оттуда выкатилась маленькая лавина гальки; по ступеням катились серые, черные и белые камни, отшлифованные морем. – Я даю вам богатства Темнолесья, – объявила Аша, когда открыли второй. Подпрыгивая в толпу полетели сосновые шишки. – И напоследок, золото Винтерфелла, – из третьего посыпались желтые репы, круглые, крепкие и размером с человеческую голову. Они приземлились среди гальки и шишек. Аша насадила одну на кинжал.

– Хармунд Шарп, – крикнула она, – твой сын Харраг погиб в Винтерфелле вот за это! – Она выдернула лезвие из репы и бросила ему. – У тебя еще есть сыновья, я знаю. Если хочешь променять их жизни за репы, кричи имя моего дяди.

– А если я буду кричать твое имя, что тогда? – спросил Хармунд.

– Мир, – ответила ему Аша. – Земля. Победа. Я дам вам мыс Морского Дракона и Каменный Берег, черную землю, высокие деревья и камни, достаточно, чтобы все младшие сыновья построили замки. А еще у нас будут северяне… в качестве друзей, чтобы вместе выступить против Железного Трона. Выбор прост. Коронуйте меня, ради мира и победы, или коронуйте моего дядю, ради войны и поражения, – она вложила клинок в ножны. – Так что вы хотите?

– ПОБЕДУ! – закричал Родрик Чтец, сложив руки чашей у рта. – ПОБЕДУ и АШУ!

– АША! – отозвался лорд Бейлор Блэктайд. – КОРОЛЕВА АША!

Команда Аши подхватила клич: «АША! АША! КОРОЛЕВА АША!»

Они топали ногами, потрясали кулаками и вопили, а Мокроголовый слушал и не мог в это поверить. Она хотела оставить дело отца незаконченным. Но Тристифер Ботли кричал за нее, с ним многие Харлоу, кое-кто из Гудбразеров, краснолицый лорд Мерлин, больше людей, чем жрец мог вообразить… они выбирали женщину!

Но остальные прикусили языки или о чем-то тихо перешептывались.

– Нет трусливому миру! – взревел Ральф Хромой. Рыжий Ральф Стоунхаус начал размахивать знаменем и вопить:

– «ВИКТАРИОН! ВИКТАРИОН!»

Люди начали толкать друг друга. Кто-то начал кидать шишки в голову Аши. Когда она попыталась увернуться, импровизированная корона слетела. Жрецу казалось, что он стоит на вершине муравейника, у его ног сердито бурлило муравьиное море. Крики «Аша!» и «Виктарион!» волнами взмывали ввысь и опадали кипящей пеной, над толпой поднимался какой-то злой шторм, чтобы поглотить их всех.

«Бог Шторма среди нас, – подумал жрец, – это он сеет ярость и раздоры».

Резкий как удар меча, звук рога прорезал воздух.

Чистый и жестокий звук, в нем слышался сотрясающий яростный вопль, от которого казалось трепетали все ваши кости до единой. Этот вопль разнесся по влажному морскому воздуху:

– а-а-аРРИИИ-и-ииииииииии.

Все глаза повернулись к источнику звука. Это один из полукровок Эурона, уродливый человек с бритой головой, дул в рог. На запястьях у него искрились браслеты из золота с нефритами и агатами, на широкой груди была вытатуирована какая-то хищная птица с окровавленными когтями.