Чтение онлайн

Пока Эвон наблюдал за моряком, он пропустил еще одну женщину, не подходящую для работы луксурией в силу возраста. Хотя у клиентов и был разный вкус, но все же Муди послал его за молодой красивой девушкой, которая точно приведет много новых посетителей. Травник поймал себя на мысли, что выбирает не по красоте, а по желанию помочь. Пусть ее купят добрая старушка или семья фермеров. Это явно лучше, чем каждодневно ублажать мужчин и женщин.

Толпа, собравшаяся на площади Юнена, стала редеть. Люди покупали людей и уходили с ними на корабли, которые готовились к отплытию. Кого-то сажали в клетки для перевозки, кого-то, как старого друга, обнимали и отводили в булочную, чтобы накормить и напоить. Эвон и сам был не прочь перекусить. Прикинув в голове, сколько они уже тут стоят, он решил, что не меньше двух часов. В животе урчало, а затекшие ноги начинали ныть. Хотелось присесть на лавочку и насладиться вкусной сдобой из ближайшей пекарни.

— Лот двадцать четыре.

Звонкий голос Крикли прошел волной по оставшимся людям, которые все еще надеялись кого-то купить.

— Имя — Далия. Возраст — девятнадцать лет. Худощавое телосложение. Болезней нет. Из нее выйдет отличная служанка, луксурия или повариха.

Эвон посмотрел на помост. Там стояла стройная красивая рыжеволосая девушка. Она скромно опустила голову. Ей, кажется, было страшно поднять глаза, ее связанные руки тряслись. Сердце Эвона забилось быстрее, разгоняя бурлящую на жаре кровь. И без того потные руки сжались в кулаки. Эвон испугался, обрадовался и удивился одновременно.

— Поднимите голову, девушка. Людям нужно оценить вашу внешность. — Крикли подошел к Далии и, положив руку ей на плечо, немного встряхнул, тем самым напомнив о том, где она находится.

Она повиновалась. Гордо вздернув подбородок, Далия уставилась вдаль. Ее грудь быстро вздымалась, коленки тряслись, и Эвону показалось, что она сейчас обессиленно свалится на пол. Грязные ноги и руки были в маленьких порезах. Лекарю сразу захотелось промыть раны, чтобы туда не попала инфекция, дать девушке настойку против воспаления и чай для успокоения.

— Начальная ставка — пятьдесят юн или десять кван.

Эвон не успел открыть рот, как окружающие начали выкрикивать цены.

— Шестьдесят юн.

— Сто юн.

Крикли удивленно оглядывал покупателей, забыв о своих обязанностях ведущего.

— Двести юн и десять кван.

Эвон принялся пересчитывать деньги. Он торопился, монеты падали из рук, а бумажные кваны слипались друг с другом.

— Триста юн.

— Сто кван.

Эвон напрягся. Цена росла, а он боялся не успеть даже поторговаться. Толпа наперегонки мерилась кошельками. Зачем стольким людям понадобилась эта девушка? Эвон испугался, что не успеет купить ее, и, наконец посчитав деньги, выкрикнул:

— Тысяча юн.

Толпа утихла и обернулась на него. Далия тоже подняла на Эвона испуганный взгляд. Сбоку от помоста стоял моряк и криво улыбался. Видимо, уже прикидывал, на что потратит заработанные деньги.

— Да у нас тут богачи! Тысяча юн раз… Тысяча юн два…

— Тысяча десять юн, — выкрикнул кто-то из толпы.

Эвон, засмеявшись этой абсурдной попытке поторговаться, запихнул руку в карман штанов и, достав оттуда собственные деньги, крикнул:

— Тысяча юн и пятьдесят кван.

— Продано! — отсчитывая три раза, Крикли захлопал в ладоши.

Люди в толпе поникли, кто-то презрительно цыкнул.

Пройдя сквозь покупателей, которые будто специально толкали плечами Эвона, он подошел к помосту и поближе осмотрел девушку. Она медленно спускалась к нему по маленькой лестнице. Лекарь протянул руку к ее металлической цепи, чтобы помочь, но его опередил капитан. Он грубо схватил ее за локоть и прижал к себе. Далия чуть не упала, но смогла устоять на ногах, которые, похоже, подкашивались от переживаний.

— Вот так встреча, мужик! — довольным голосом поприветствовал моряк Эвона. — Она пока еще моя. Как мешок денег увижу, так сразу и тяни к ней свои руки.

И, толкая Далию, он повел ее к дому оплаты.

Старикашка, который там сидел, охотно забрал табличку. Эвон передал ему мешок с деньгами. Тот, высыпав все на стол, начал отсчитывать монеты, которые сразу делил на две горки.

Моряк подмигнул Далии, но она даже не смотрела на него. С ее длинных рыжих ресниц капали слезы. Ей стало страшно. Особенно после того, как она услышала, куда ее сейчас уведут.

Эвон старался совладать со своими эмоциями, но кулаки так и чесались как следует врезать этому моряку. Выбить гнилые зубы и оставить еще один шрам на лице.

Счетовод зазвенел монетами, которые пересыпал в мешок. Черкнув что-то на табличке, он отдал деньги капитану и посмотрел на Эвона.

— Спасибо за покупку. До скорых встреч, — пробубнил он себе под нос и закрыл окошко.

— Я же говорил, что нам послали тебя сами святые. — Моряк обхватил рукой подбородок Далии и повернул ее лицо к себе. — Ты принесла нам даже больше денег, чем я думал.

Его сухие, побелевшие от соли губы, растянувшиеся в мерзкой ухмылке, потрескались. Эвон откашлялся и окинул его взглядом, полным пренебрежения и неприязни.

— Да развяжу я ее сейчас. Нетерпеливый какой.

С рук Далии упала металлическая цепь, и девушка аккуратно растерла покрасневшие кисти.

— Она твоя. Забирай.

Моряк отступил на шаг и, не попрощавшись, ушел. Эвон нежно прикоснулся к плечу Далии, склонив голову к ее лицу, чтобы получше разглядеть ее эмоции.

— Ты позволишь взять тебя на руки?

Она удивленно посмотрела на него, но, оценив свое положение, поняла, что у нее нет выбора, и кивнула. Эвон аккуратно подхватил ее, стараясь не сделать больно, и сразу направился в «Блажь».

— Я м-могу идти сама, — сказала она, заикаясь: то ли от страха, то ли из-за крупной дрожи, охватившей все тело.

— Конечно, можешь, чудесная, но ведь ясно, что у тебя нет сил. Ты устала, и я вижу множество порезов. Я залечу их сразу, как придем. Только не бойся меня, пожалуйста.

— Мы идем в б-бордель?

— Да. Я там работаю. И ты теперь — тоже.

— Я хочу домой! Мои родители скоро за мной приплывут.

— Я в этом даже не сомневаюсь.

— Они заплатят вам в два раза больше, только не делайте со мной ничего п-плохого.

— Даже не посмею, чудесная.

Испуг Далии перекинулся и на него. Эта девушка не должна быть тут. Эвон обязан помочь ей. Предчувствие чего-то плохого осело внутри, заставляя нервничать еще больше. Во что он ввязался и зачем? Когда все это закончится, он точно напьется и найдет Ресея, с которым проведет еще одну прекрасную ночь.