Чтение онлайн

Вчера Стив передал Старику по телетайпу очередную порцию сенсаций. Хороши будут мины Пэнки и Крукса, когда они развернут сегодняшние утренние газеты. Неплохой соус к тому, что писали в Куала-Лумпуре и что, конечно, уже попало в нью-йоркскую прессу. Стив ещё раз пробежал глазами жирные заголовки, которыми пестрела лежащая у него на коленях газета. «Кровопролитные столкновения религиозных общин в Сингапуре», «Подробности ночной резни», «Сотни убитых и раненых», «Разрушена святыня буддистов», «Губернатор ввёл чрезвычайное положение», «Британский министр по делам колоний летит в Сингапур», «Невинные жертвы религиозного фанатизма». Последняя заметка в нижнем правом углу полосы – конечно, информация для того, кто заварил всю эту кашу. Особенно последние строки: «В числе невинных жертв резни, устроенной религиозными фанатиками, оказался Цезарь Фигуранкайн-младший – вероятный наследник мультимиллиардера Фигуранкайна, недавно погибшего в авиакатастрофе».

Вот так – вероятный наследник…

Стив постучал ладонью по газете:

– Читал, конечно?

– Отвяжись.

Стив посмотрел на своего соседа. Цезарь сидел нахохлившись, втянув голову в плечи, и глядел прямо перед собой широко раскрытыми, немигающими глазами. Он даже не расстегнул стартовые ремни. Теперь, без бороды, он казался старше своих лет, а запавшие бледные щеки придавали лицу нездоровый, измождённый вид.

– Напрасно переживаешь, – шепнул Стив. – А это, – он снова постучал по газете, – работает на нас.

Цезарь ничего не ответил, продолжая глядеть в одну точку.

– Ну не сиди ты, черт побери, как сова, страдающая запором, – не выдержал Стив. – Пойми, ты привлекаешь к себе излишнее внимание. Ничего с ней не случится. С Тео она в гораздо большей безопасности, чем была с тобой…

Цезарь молча покачал головой и принялся медленно расстёгивать привязные ремни.

– Выпьешь что-нибудь?

– Нет.

– Выпьешь! Тебе это сейчас необходимо. – Стив нажал кнопку вызова.

Миловидная, совсем молоденькая японочка-стюардесса возникла тотчас же.

– Два коньяка и пачку сигарет.

– Благодарю вас. Сейчас.

Коньяк и сигареты появились через мгновение.

– Выпей… За успех предприятия!

Цезарь нерешительно взглянул на коньяк и молча покачал головой.

– Ну ладно, черт с тобой! Не хочешь за успех, выпьем за удивительную женщину, которая неизвестно что нашла в тебе.

Цезарь чуть заметно усмехнулся и взял рюмку тонкими бледными пальцами.

– Если бы не она… – Он вздохнул.

– Догадываюсь…

– Я познакомился с ней несколько лет назад в Оксфорде и сразу потерял голову. Вокруг Райи крутилось тогда множество таких, как я, но она никому не отдавала предпочтения… Потом она уехала в Индонезию. Я поехал за ней… Это было уже после окончательного разрыва с отцом… Я был без средств, без планов на будущее, даже без надежд, но мне светила одна звезда – Райя… Я отыскал её на Бали… И произошло чудо… Сам не понимаю. – Он покачал головой. – Те месяцы в Индонезии – самые важные и счастливые в моей жизни… Я вдруг осознал, что достоинство и ценность человека определяются не цветом его кожи и не счётом в банке… Райя стала спутницей моей жизни… Я нашёл там настоящих, преданных друзей, встретился с братом Хионгом, который открыл мне глаза на многое и указал цель поиска… А теперь – зачем я ввязался?..

– Это обсудим позже, – сказал Стив. – Сейчас Райя… Пьём за неё. – Он выпил коньяк. – Ну же, Цезарь. Вот так… А теперь крепкого кофе.

– Я хотел бы подремать.

– Успеешь. Впереди десять часов полёта и ночь над Полярной Канадой. Мисс, два хороших кофе.

– Благодарю вас. Сейчас.

Стив окинул взглядом просторный салон первого класса. Кроме них с Цезарем, в заднем ряду сидели только пожилой японец, похожий на солидного бизнесмена, и японка неопределённого возраста – вероятно, супружеская пара. Мужчина дремал, женщина что-то вязала. В Токио на посадке было много пассажиров. Большинство, по-видимому, летели туристским классом.

– В Нью-Йорке ты прежде всего позвонишь Круксу, – Стив отхлебнул кофе, – и условишься о встрече. Надо кое-что обговорить с ним до дня оглашения завещания.

– Если Крукс жив…

– Жив, можешь не сомневаться. После моих корреспонденции в «Калифорния таймс» дело приобрело такую огласку, что тронуть Крукса сейчас было бы непростительной глупостью. Да он и сам за это время успел принять меры предосторожности.

– А если его заставили уничтожить завещание?

– Он на это никогда не решится. Кроме того, не забывай о кассете.

– Но он-то о ней не знает.

– Зато хорошо знает о своей исповеди его преосвященству кардиналу Карл осу де Эспинозе.

– Которого не существует.

– Почему не существует? Существует. Только настоящий кардинал понятия не имеет о Феликсе Круксе.

– Так ты не выдумал его?

– Кардинала? Нет. Он даже мой дальний родственник, хотя, скорее всего, давно забыл о моем существовании. Он такой же фанатик веры, как ты – науки.

Цезарь скривился:

– Быть родственником настоящего кардинала и заниматься журналистикой!

– А по-твоему, мне следовало пойти в монахи? Другой протекции он не оказал бы…

– Слушай, Стив, – Цезарь поставил на столик пустую чашку из-под кофе, – а этот Тео… Ты давно знаешь его?

– Не очень. Но уверен в его надёжности и порядочности.

– Я не о том… В противном случае не оставил бы с ним Райю… Если все уладится, не захотел бы он вообще перейти ко мне, к нам. Понимаешь?

– Не знаю… До сих пор он работал в основном на одного филиппинского бизнесмена – моего друга. Захочет ли тот лишиться его?

– Вероятно, это вопрос вознаграждения. Можно пообещать ему больше, чем он имеет от твоего друга.

– Надо хорошо подумать, Цезарь… В Юго-Восточной Азии, как и повсюду, деньги значат очень много, но, в отличие, например, от Штатов, далеко не все… Тут существуют связи, которые не в состоянии разорвать даже деньги.

Цезарь вздохнул:

– А такой человек мог бы очень пригодиться.

– Ещё бы.

– И уж если начать создавать надёжный клан…

Стив внимательно взглянул на своего спутника:

– Среди предков Фигуранкайнов были шотландцы?

– Не уверен, но моя бабка со стороны матери – ирландка.

– Ты её знал?

– Она жива. Бывал у неё не раз. У неё молочная ферма на юге Ирландии. Масло, сыры, сметана…

– Неплохое занятие. Кстати, теперь я понимаю, почему ты так упрям.

– Ирландская кровь? Это может быть и отцовское. Он тоже был упрям. Упрям и упорен. Поставив перед собой цель, он словно надевал шоры и не останавливался, пока не добивался своего.

– Ну, второе качество ты унаследовал не полностью.

– Как знать. Пока меня интересовало другое.

– Ладно, посмотрим. Будущее покажет. Кстати, Цезарь, я все хотел тебя спросить, – Стив свернул газеты и сунул их в карман на спинке впереди стоящего кресла, – тебе что-нибудь известно о намерении боссов ОТРАГа создать второй полигон, подобный африканскому?

Цезарь задумался.

– Определённого ничего, – он принялся по привычке покусывать пальцы, – но разговоры были. Люц однажды упоминал в этой связи о Южной Америке…

– Так вот, незадолго до смерти твой отец откупил у бразильского правительства «кусочек» сельвы – где-то у границы с Венесуэлой. Если мне память не изменяет, около ста тысяч квадратных километров.