Чтение онлайн

— Ну что ж, вполне жизнеспособная гипотеза. После того, что тебе все приснилось, или что ты сбрендил, она, наверно, самая вероятная. Кстати, может, еще какое-нибудь объяснение надумал?

— Да есть одно, но уж совсем бредовое. Если я каким-то образом вдруг прыгнул вперед во времени.

— Ага, и сегодня ночью ты встретишься сам с собой в постели! Счастливо! Таких сексуальных экспериментов я еще не видел! — издевался надо мной Федька.

— Так я ж и говорю: бредовая идея. Давай лучше думать, как проверить, был ли я в астрале или нет, и как туда опять попасть, если я там все-таки был?

— А чего тут думать! Попробуй повторить весь опыт с начала. Вспомни все мельчайшие детали. Потом я тебя еще раз попробую разогнать до скорости света, если хочешь.

— Нет, я думаю, скорость света здесь ни при чем. Скорее тут мой испуг сработал. Второй раз я не испугаюсь так сильно, тем более после твоих объяснений. Давай сделаем так: сейчас еще отдохнем, и опять «выйдем», а я попробую медитировать «там» на тему моего сна — может, что и получится.

— Почему бы и нет? Давай! Только все дела заброшены… но это все ерунда!

— Кто бы говорил, у меня скоро проблемы со здоровьем начнутся от долгого лежания! Но уж больно интересно, что там такое?

Пока Федька гремел посудой на моей кухне, пытаясь сообразить скорый ужин, я предался думам. Что-то не давало мне покоя в цепочке событий. Вот я тащусь за Федькой в космосе. Вот пугаюсь, "закрываю глаза" и оказываюсь надолго в полной тишине и темноте… Вот, нашел! Почему у меня в ушах стоял этот звон колокольчиков? Потом он стал утихать, и я открыл глаза. И уже стоял в своей спальне. В реальной комнате. Все органы чувств говорили мне, что я дома. Но я так стрессанулся, что не придал этому внимания, а с облегчением завалился спать, даже не вспомнив, что на мне должна быть сетка с электродами. «Уснул» я, можно сказать, мгновенно. "Что же, надо попробовать попасть в ту загадочную комнату!" — решил я.

Вечером мы с Федькой стояли у своих, лежащих на моей кровати, тел и пытались закинуть меня в виртуальную спальню. Мы стояли, что называется, "опустив руки", после нескольких неудачных попыток, в ходе которых я только мигал, на время исчезая из Федькиной видимости, да еще немного перемещаясь по комнате. Сколько я не представлял несуществующую спальню, все равно оказывался в своей, натуральной, рядом с терпеливо ожидающим чуда Федькой. Я понимал, что делаю что-то не то, но вот что — это было загадкой. Наконец, до меня дошло:

— Федь «слетай» куда-нибудь. А то вдруг ты фонишь и сбиваешь меня с панталыку? Давай хоть эту возможность исключим из опыта. Потом возвращайся, и если меня не застанешь — значит, опыт удался. Поэтому сразу меня не буди — дай мне там побыть подольше!

— Принято к исполнению! — Федька послушно исчез, улетев прямо через стену.

А я остался экспериментировать. Пару раз я «прыгнул» по спальне и окончательно понял, что так ничего не добьюсь. Тогда я остановился, "закрыл глаза" и стал вспоминать в деталях, что тогда произошло. Вот я пугаюсь и оказываюсь в полной темноте… что дальше? Должен быть звук бубенчиков.

Я вслушивался до "звона в ушах", и вдруг, на грани слуха, действительно, стал пробиваться легкий перезвон, как будто от очень далеко проезжающей упряжки лошадей. Потом звук затих, но я не спешил "открывать глаза" и продолжал вслушиваться. Ага, вот он снова появился! "Та-та-та, та-та-та". Что-то он мне напоминает? А звук, тем временем, приближался, но как-то блуждая слева направо и обратно. Потом вдруг до меня дошло, где я этот звук слышал! "Джингл беллс, джингл беллс" — это же звук упряжки рождественских оленей Санта Клауса. Я их еще в свою поездку за кордон до тошноты наслушался. Да и у нас не лучше! Так и споешь рекламу: "Праздник к нам с собой несет… (хрен знает что)… кока кола!".

Как только я вспомнил, откуда мне известен этот звук, колокольчики стали звучать громче, явно направляясь ко мне. Я решился "открыть глаза" и увидел себя висящим в абсолютной темноте. А со стороны, делая красивый вираж, ко мне приближалась упряжка северных оленей. За вожжами, на облучке саней сидел красноносый бородатый дядька, сильно смахивающий на Тима Аллена из известного фильма "Санта Клаус". Упряжка летела в черноте, ничем не подсвечиваемая, но ясно видная, как под ярким солнцем. Только я подумал о странной неестественности происходящего, как под моими ногами развернулось поле белого сыпучего и искристого снега.

— О-хо-хо! — по киношному весело прокричал Дед Мороз, и олени спикировали ко мне в снег, подняв тучу морозной снежной пыли. — Кто тут меня дозывается уже который раз?!

Стряхивая снег с плеч, я заметил, что стою уже по-зимнему одетый, в теплой куртке и каких-то мокасинах, а с синего неба сверкает солнышко. Вдали завиднелся хвойный лес, тоже укрытый снегом. Изо рта и ноздрей оленей шел пар, клубясь в ритме их частого дыхания.

— Здравствуйте! — произнес я, обалдело уставившись на Деда Мороза, соскакивающего с саней.

— Приветствую Вас, молодой человек! Я Санта Клаус! — торжественно произнес он, снимая рукавицы и протягивая руку. — А Вас, как звать — величать?

— А я Женя! — почему-то по-детски представился я и задал еще более детский вопрос. — А вы что, настоящий Дед Мороз будете?!

— Нет! — возмущенно воскликнул он. — Я Санта Клаус! — и поднял вверх указательный палец, явно долженствовавший показать значительность хозяина этого пальца. — У меня больше всего поклонников!

— А-а, извините! Я первый раз здесь!

— Так чем могу помочь?! Если Вам непременно нужен Дед Мороз, то могу подвезти, — со вздохом произнес он, явно удручаясь тем, что я не его обожатель. Я уцепился за эту идею:

— Давайте! Хотелось бы посмотреть: как он там поживает?

— А что старику сделается? — сказал, всхрапнув и повернув голову к нам, передний олень.

— Рудольф! Я тебе слова не давал! — возмутился Санта Клаус на мохнатого болтуна.

— Очень надо! — презрительно взглянул на хозяина олень и отвернулся.

— Да, несколько староват Дед Мороз! — обрадовался Санта Клаус возможности указать на недостатки коллеги и, приглашая меня жестом в сани, продолжил. — Но ничего, покряхтывает. Да и с внучкой его, Снегурочкой — не соскучишься! Ну, садись! Поехали! Хей-гой-гой!

Под этот, ковбойско-индейский вопль, олени припустили в небо, взметнув облако снега, и мы оказались опять в кромешной тьме. Олени стремительно мчались, отмеряя копытами километры невидимой поверхности. Довольно скоро впереди показалась стена северного сияния, красиво переливающаяся в полной темноте голубыми и зеленоватыми тонами. Пока я любовался ею, наши сани под веселое гиканье Санта Клауса влетели прямо в середину светящегося занавеса.