Чтение онлайн

Президент Панамы чрезвычайно удивился, как это четыреста человек без пушек смогли взять, казалось бы, неприступную крепость. Он послал к Моргану человека с просьбой рассказать, каким же образом удалось взять столь сильное укрепление. Морган встретил посланца очень приветливо, дал ему французское ружье длиной в четыре с половиной футаnote 71, стреляющее пулями весом шестнадцать штук на фунт, а также патронташ с тридцатью зарядами, также французский, и прочие принадлежности. Вручив подарки, Морган передал через этого гонца президенту, что дарит ему ружье и что через год или два сам придет в Панаму. Президент в ответ послал Моргану подарок: золотое кольцо со смарагдом; он поблагодарил Моргана и передал, что с Панамой ему не удастся проделать то же самое, что с Пуэрто-Бельо, даже если Моргану удастся подойти к городу.

Наконец Морган отбыл, нагрузив корабли провиантом и взяв из Пуэрто-Бельо все необходимое для плавания. Кроме того, он не мог отказать себе в желании кое-что прихватить с собой на память и поднял на борт несколько басовnote 72, а все остальные приказал заклепать. Спустя некоторое время Морган подошел к южным островкам близ Кубы и там, по обычаю, уже описанному прежде, разделил всю добычу, а она составила двести пятьдесят тысяч реалов золотом, драгоценностями и серебряными изделиями, а сверх того, взято было много холста, шелков и других товаров. Разделив добычу, Морган вернулся на Ямайку, и там его все превозносили и славили: ведь он добыл кучу денег.

Прожив некоторое время на Ямайке, Морган убедился, что его люди спустили всю выручку, и снова собрался в поход к испанским берегам. На этот раз местом встречи он назначил остров Ваку, расположенный к югу от Эспаньолы. Там можно было отремонтировать корабли и запастись съестными припасами: на острове повсюду водились дикие свиньи. Вскоре там собралось довольно много английских и французских пиратов, и они решили пойти с Морганом, потому что последний поход, окончившийся столь удачно, его повсеместно прославил. В это время из Новой Англии прибыл на Ямайку королевский тридцатишестипушечный корабль. Губернатор отослал его Моргану, чтобы тот попытал на нем счастья, напал на какой-нибудь укрепленный город и захватил изрядную добычу. Прибытие этого корабля очень обрадовало Моргана: ведь в его флотилии не было ни одного судна, которое можно было бы использовать для осады крепостей. Кроме того, он повстречал французский корабль с двадцатью четырьмя пушками и двенадцатью басами, но его экипаж не пожелал идти в поход под командой англичанина. Однако капитан французского корабля, встретившись с Морганом в открытом море, когда у того иссякли запасы провизии, дал ему провиант и даже не взял за это денег, отсрочив платеж до возвращения Моргана на Ямайку и Тортугу. Как только Морган убедился, что француз не хочет идти с ним, он приказал взять капитана в плен и доставить на свой большой корабль (который он только что получил) и потребовал от него передачи судна на том основании, что оно было захвачено англичанами. Потом Морган собрал у себя военный совет с капитанами других пиратских кораблей, и на этом совете пираты обсудили, в какое именно место испанского побережья им надлежит отправиться. Договорившись, пираты подняли паруса и взяли курс на восточную оконечность острова Эспаньолы, чтобы затем отправиться к острову Савоне; они решили, что суда сперва разойдутся, а потом снова соберутся в условленном месте, и там уже они договорятся окончательно, куда же им идти дальше. На всех кораблях выпили за здоровье короля и будущие успехи; при этом многие подняли стрельбу

– господа были внутри корабля, а все остальные на палубе. Но весело было начало, а печальным оказался конец этого пиршества. Шальным выстрелом из мушкета какой-то пират угодил в пороховой погреб и корабль – а на нем было триста англичан и пленники французы – взлетел на воздух. без малого тридцать человек простились с жизнью, но те, кто был в каютах, спаслись и отделались довольно легко. Моргану слегка свело ногу. Все находились на корме корабля, а на английских судах пороховые погреба располагаются в носовой части. И спаслось бы еще больше, если бы команда не перепилась до такой степени. Англичане не знали, чем объяснить это несчастье, и свалили все на французов, обвинив их в том, что они подорвали английский военный корабль; пираты говорили, будто французы получили от испанцев поручение напасть на английский корабль и завладеть им, если это удастся. В доказательство они показывали охранное письмо, отнятое у французов, а письмо это они получили у губернатора Баракоа; губернатор разрешал им следовать на Кубу и нападать на английские корабли, то есть на пиратов Ямайки. Хотя Испания и не была в состоянии войны с английской короной, но пираты день ото дня причиняли испанским владениям все больший вред. Охранное письмо француз получил не для того, чтобы сражаться с пиратами: ведь он сам находился под защитой английских разбойников; скорее оно нужно было для того, чтобы вести с испанцами торговлю. Капитана французского судна оставили в живых, но дело было уже загублено. Англичане вернулись на Ямайку; французский капитан последовал за ними, надеясь устроить там свои дела; однако по прибытия на Ямайку он угодил в тюрьму и одно время опасался, что его повесят.

Несмотря на все неприятности, Морган не растерялся и решил продолжить начатое дело с теми пиратами, которые у него были. Спустя восемь дней после взрыва английского корабля англичане выловили разлагающиеся тела убитых, однако не для того, чтобы их похоронить, как повелевал печальный долг, а чтобы снять с них одежду и золотые кольца. Пираты выловили трупы, сняли с них платья и отрубили пальцы, на которых были кольца, а затем бросили тела за борт на съедение акулам. Долгое время к берегу волны прибивали человеческие кости.

Морган остался верен принятому решению: на острове Савоне он должен был собрать совет, чтобы выяснить, куда же держать путь. Так как он сам назначил этот остров для встречи, то пошел к нему под всеми парусами с оставшимися пятнадцатью кораблями. Он командовал самым крупным кораблем, на котором было четырнадцать пушек. Команды всех пятнадцати кораблей в общей сложности насчитывали девятьсот шестьдесят человек. Через несколько дней пираты подошли к мысу Кабо-де-Лобос, лежащему на южном побережье Эспаньолы, примерно на середине пути от мыса Тибурон к мысу Пунта-дель-Эспада. Тут поднялся сильный восточный ветер, и бушевал он целых три недели; что ни день, пираты предпринимали попытки поставить паруса, чтобы обойти мыс, но это им не удавалось. Наконец они все-таки добрались до места. В семи или восьми милях от рейда они заметили еще один корабль. Это был англичанин, шедший прямо из Англии. Несколько кораблей отделились от флотилии и направились навстречу, надеясь что-либо купить на этом судне. Морган же следовал своим курсом и назначил местом встречи пролив Окоа, где обещал подождать отставшие корабли.

Спустя два дня Морган достиг пролива Окоа, запасся водой и стал на якорь, поджидая остальные корабли. Между тем его люди – человек примерно по пять или шесть с каждого судна – высадились на берег, чтобы раздобыть свежие припасы и тем самым сберечь заготовленные. Они истребляли и лошадей, и ослов, и коров, и овец. Испанцам же это пришлось не по вкусу; заметив, что каждый раз пираты сходят на берег небольшими группами, они решили сыграть с ними шутку. Испанцы послали за солдатами в Санто-Доминго, а в гарнизоне этого города, расположенного неподалеку, было человек триста – четыреста. Когда пираты снова сошли на берег, испанцы угнали весь скот с пастбищ на морском берегу. Пираты вошли в лес и удалились примерно мили на три, и было их всего человек пятьдесят. Испанцы выгнали на них отменное стадо быков и трех-четырех пастухов, которые это стадо пасли. Пираты убили одного быка, а остальных не тронули, но только они взялись за тушу, чтобы утащить, как испанцы напали на них с криками «Mata, mata!» (что по-испански означает «убей, убей!»). Пираты бросили добычу, построились и как бешеные накинулись на врагов; половина пиратов вскоре сложила головы, оставшиеся дрались отчаянно. Бой длился довольно долго, но в конце концов пираты отступили и скрылись в лесу. Испанцы пустились было их преследовать, но когда убедились, что пираты стреляют без промаха, то прекратили преследование. Тем временем пираты остались в лесу, чтобы собрать раненых и перенести их затем на берег. Они увидели, как испанцы унесли в саванну своих убитых и раненых, прихватив при этом труп одного пирата. Вокруг него собралась целая толпа испанцев, все шпиговали тело шпагами и кричали: «El cornudo Ladron!"note 73 Как только пираты убедились, что часть испанцев удалилась, они набросились на оставшихся и перебили их. Труп товарища, на котором они насчитали более ста ран, пираты взяли с собой и похоронили в лесу. Затем они убили на мясо нескольких лошадей и вынесли раненых. На следующий день на берег сошел сам Морган с отрядом в двести человек, но испанцы были уже далеко и увели с собой всех коров. Тогда Морган спалил на берегу несколько домов и вернулся на корабль.

Морган понял, что кораблей он здесь не дождется, и приказал всем своим судам выйти в море; спустя некоторое время его флотилия достигла острова Савоны, у берегов которого назначен был сбор всем кораблям флотилии. Но и там Морган не нашел никаких следов отбившихся кораблей. Он выделил сто пятьдесят человек и направил их на остров Эспаньолу, где эти люди должны были разграбить кое-какие поселения неподалеку от Санто-Доминго и запастись провиантом для дальнейшего плавания. Но люди, посланные Морганом, вернулись ни с чем: испанцы каким-то образом узнали, что на берегу появились пираты, и схватили ружья, но разбойники, которые были готовы сражаться только ради денег, ушли.

Морган окончательно убедился, что товарищей ему не дождаться, сделал смотр всем своим силам и обнаружил, что на каждом из восьми кораблей насчитывается примерно по пятьдесят человек; его корабль, как я уже говорил, был самый большой. Согласно первоначальному плану, пираты собрались разграбить буквально все города и поселения на берегах Каракаса. Однако теперь, когда дела пошли по-другому, надо было изменить прежние планы.

Среди пиратов был один французский капитан, который уже участвовал в походе Олоне на город Маракайбо, и он готов был провести туда флотилию Моргана. Морган обсудил с ним все подробности нападения и известил об этом команду. Пираты единодушно одобрили замысел своего вожака.

Приняв это решение, Морган вышел в открытое море и взял курс на остров Кюрасао; когда пираты подошли к его берегам, Морган приказал плыть к острову Арубе; этот остров лежит примерно в двенадцати милях к западу от Кюрасао и принадлежит Вест-индской (голландской) компанииnote 74. Компания держала на нем пятнадцать солдат под командой сержанта. Населяют Арубу индейцы; они говорят по-испански и под их влиянием исповедуют христианство. Каждый год из селения Коре, лежащего на материке, к ним приезжает испанский священник, читает им проповеди и причащает по обычаю римской церкви. Эти индейцы торгуют с пиратами, которые появляются в их краях, и меняют овец и коз на ткани, нитки и все, что им необходимо. Земля острова крайне неплодородна, она суха и поросла низким кустарником; там разводят овец, коз, сеют испанскую пшеницу – тем и питаются местные жители. На острове много лошадей, и его обитатели используют их на разных работах; даже воду за пятьсот шагов возят здесь на лошадях. Кроме того, на Арубе водится множество гремучих змей и необычайно ядовитых пауков; если кого-нибудь укусит такой паук, раненого связывают и кладут в гамак, где он лежит целые сутки без пищи и питья. Местные жители считают, что укушенный этими тварями обязательно должен воздерживаться от еды и питья, иначе его ждет смерть.

Морган отдал якорь близ этого острова и выторговал у индейцев столько овец и коз, сколько было нужно для всей его флотилии; после двухдневной стоянки он отбыл темной ночью, чтобы никто не видел, куда он отправится. Однако его все же заметили. На другой день в полдень корабли Моргана вошли в залив Маракайбо, и, чтобы их не было видно из сторожевой башни, откуда море просматривалось очень далеко, пираты бросили якорь на глубине девяти футов, а к вечеру двинулись снова в путь.

На следующий день, едва забрезжил рассвет, корабли подошли к крепости де ла Барра, которая отделяла вход в лагуну. Испанцы успели построить новые укрепления и незадолго до прибытия Моргана установили на них тяжелые пушки.