Чтение онлайн

Финикийцы, подобно жителям Египта, широко разви­тую морскую торговлю сочетали с пиратским промыслом. На острове Сицилия, а также на африканском и испанском побережьях они создавали многочисленные базы, откуда предпринимали торговые походы и совершали разбойничьи набеги. Через Красное море финикийцы достигли Индии, по поручению египетского фараона Нехо обогнули Африку, открыли Канарские острова, посели­лись в Марокко. Из Испании они привозили серебро, с Британских островов -- олово, с берегов Балтийского моря -- янтарь. Огромной славой и популярностью поль­зовался финикийский пурпур, который добывался из ра­ковин моллюсков, водившихся у побережья Финикии. Когда в этих местах источники пурпура иссякли, финикийцы стали привозить пурпур из Вавилонии и других мест. В обмен на раковины финикийские купцы охотнее всего брали золото, слоновую кость и рабов, как черных, так и белых: наряду с торговлей и разбоем финикийцы занимались охотой на людей. Для поимки будущих рабов они применяли весьма хитроумный способ. Разложив украшения и яркие ткани, они сначала выманивали на берег, а потом завлекали на корабли женщин и девушек. Заполучив на борт свою добычу, они снимались с якоря и выходили в открытое море, уничтожив предварительно или оттолкнув от берега туземные лодки.

Гомер в "Одиссее" неоднократно упоминает о дейст­виях морских разбойников. Так, например, он рассказы­вает, как команда одного финикийского судна высади­лась на острове Сира, чтобы торговать с местным насе­лением. Финикийцам удалось завоевать расположение рабыни, которая была родом из финикийского города Сидона. Когда купцы согласились взять ее домой, плен­ница пообещала соответствующее вознаграждение и ска­зала:

О том, что в этот период охота на людей была широко развита, свидетельствовала также сделанная эллинами надпись на скале, стоящей на побережье: "Ночью к нам пришли пираты и увели с собой молодых девушек, женщин и других людей, рабов и свободных, всего более тридцати человек. Они отвязали наши суда, сели на ко­рабль и уплыли на нем вместе со своими пленными и за­хваченной добычей".

Первые столкновения между греками и финикийцами, относятся приблизительно к началу первого тысячелетия до н. э. С этого времени греки вступают в спор с финнкийцами за право господствовать на море и побережье. Морской разбой считался у эллинов вполне честным предприятием и к тому же очень доходным. Гомер в ге­роической эпопее создает яркую картину мореплавания той эпохи. Описываемые им корабли не являются ни во­енными, ни торговыми, но они отлично приспособлены для морского разбоя и грабежа прибрежных территорий. Это были суда, приводимые в движение пятьюдесятью гребцами (по 25 человек с каждого борта). При попут­ном ветре ставился еще и парус. Если плавание преры­валось, корабль вытаскивался на берег.

В "Одиссее" Гомер воспевает десятилетние скитания Одиссея после сражения за Трою. Экспедиция в Трою, в которой, согласно легенде, участвовало более тысячи кораблей и 100 тысяч человек, так же как и путешест­вие Одиссея, относится к области преданий. Однако Троя существовала в действительности. Это был город у входа в пролив Дарданеллы. Город взимал пошлину за проход через пролив. Разбой на побережье и угон не­вольников, совершаемые тогдашними мореплавателями, поэт описывает как нечто совершенно естественное. Так, Парис, сын троянского царя, нападает на своих кораб­лях на город Сидон и похищает искусных прях.

Еще один пример -- Гомер повествует от имени Одиссея:

В другом месте "Одиссеи" говорится:

В сказании об аргонавтах, где переплелись многие морские легенды, тоже дается описание путешествия по морю, во время которого Ясон и его спутники не упуска­ли возможности грабить население прибрежных городов. Пользуясь правом сильного, аргонавты похищают цар­скую дочь и убивают царского сына. Главной же целью их путешествия были поиски золота, как говорится в предании, "золотого руна".

Многие греческие мореходы пересекали море в запад­ном направлении, чтобы открыть новые земли. Так, ими была заселена Сицилия и основана цепочка портовых го­родов-колоний на побережьях современных Италии, Франции, Испании. Согласно свидетельству греческого историка Геродота, во время страшного голода, разра­зившегося в Лидии (Малая Азия), царь отправил в море своего сына Тиррена с половиной своих подданных по­пытать пиратского счастья. Тиррены, как стали называть спутников царского сына в честь их предводителя, закре­пились на западном побережье Италии и превратили часть Средиземного моря между Италией, Эльбой, Сицилией и Сардинией в район своего государства, назван­ный с тех пор Тирренским морем. Жертвами тирренов становились здесь не только отдельные суда, но и целые флоты.

Последними в западную часть Средиземного мору пришли в VI веке до н. э. фокейцы, теснимые персами ее своей территории. Они основали здесь колонию Массалию (Марсель) -- опорный пункт торговли янтарем и оловом. Фокейцы также занимались пиратством. В 5361 году до н. э. у берегов Корсики состоялось морское сражение, в котором 60 фокейских пиратских кораблей вынуждены были принять бой с превосходящими силами этрусков и карфагенян. Фокейский флот был разбит, 40 кораблей попали в руки противника. Команды захва­ченных судов были публично казнены (их забросали камнями). Но разбойничьи налеты и после этого не прекратились. Фокейцы, этруски и карфагеняне продолжа­ли заниматься пиратским промыслом.

История сохранила сведения о некоторых греческих пиратах. Так, Поликрат (VI в. до н. э.) объединил под своим командованием пиратский флот в количестве 100 кораблей, что обеспечило ему безраздельное господство в Эгейском море и на побережье Малой Азии. Правда, сделавшись властителем острова Самоса, он перестал непосредственно заниматься пиратством, однако требо­вал дани от каждого корабля, проходящего через воды, контролируемые его флотом. Однажды он захватил даже правительственный корабль, на котором находились бо­гатые подарки египетского фараона Амасиса лидийско­му царю Крезу.

С усилением могущества городов-государств Греции и появлением у Афин военного флота, который исполь­зовали в борьбе не только против персов * (* Имеются в виду войны между Персией и греческими города­ми-государствами в 499--449 гг. до н. э.-- Прим. ред.), но и против морских разбойников, пиратство несколько ослабло, и тогда наступил расцвет торговли на море. Афины объе­динили города по обоим берегам Эгейского моря в еди­ный морской союз. Афинский порт Пирей в V--IV веках до н. э. превратился в центр товарообмена и тем самым стал притягательным объектом для морских разбойников.

Морской союз обеспечивал торговым греческим ко­раблям свободу плавания и вел активную борьбу с пи­ратством на греческих островах и ионийском побережье. Этот сравнительно спокойный период мирной торговли не был, однако, длительным. В результате поражения, понесенного в Пелопоннесской войне (431--404 гг. до н. э.), Афины утратили свое морское могущество, и тогда вновь усилился разбой на море. После окончания войны, которая длилась 27 лет, большое количество занятых ранее в битвах воинов и моряков оказалось без дела. Они-то и пополнили ряды морских разбойников. Пира­ты напали даже на Пирей. Они нагрузили свои ко­рабли товарами и людьми, ограбили ростовщиков и беспрепятственно ушли в море.