Чтение онлайн

— Это наше дело, вы не находите?

— Будь вы обычной парой, это было бы так. Но мэлисс Эрвил последний из рода льда. От его благополучия зависит благополучие этих земель. Так что ваши отношения не могут меня не волновать. А что вы делаете, кстати?

— Обед готовлю.

— А где служанки?

— Я отправила их купить к обеду кислой капусты или огурцов.

— Что? Всех четверых?

Прокололась.

— Да. Пусть проконтролируют друг друга. А то, когда вы мне дали немного денег, так Мирна такого накупила! — я с досадой бросила очищенную свеклу в кастрюлю с водой. — Свиней этим кормить пожалеют! Масло прогоркшее! Крупа с жучками! Так что нет у меня к ним доверия. Вот теперь приходится самой готовить обед.

— А вы сумеете?

— Сумею. А поругались мы с мэлиссом Эрвилом, когда я попросила у него немного средств на продукты. Он вспылил, сказал, что выделяет на содержание дома достаточно денег.

— Не похоже на него, — покачал головой мэл Ятран. — Мэлисс Эрвил очень уравновешенный человек, я бы даже сказал чересчур уравновешенный.

— Вы его вчера не видели! Во-первых, заявился злой, как собака!

— Мэлисса Айдира! Разве можно так говорить про своего супруга?! — у гостя округлились глаза.

— Я не обзываюсь, я описываю его состояние. Потом все вроде нормально стало, успокоился, а потом несколько слов про деньги — и он снова взбесился. У него прямо какая-то патологическая жадность в отношении меня! — возмущенно высказывала я мэлу Ятрану.

— Успокойтесь, мэлисса! У вас сейчас выплеск случится!

И в самом деле к горлу подпирал огненный ком.

— Простите! — я выбралась из-за стола, налила себе водички, выпила. Это меня несколько привело в себя.

— А я же вам гостинцев принес, — вдруг всполошился гость. — Куда же я их дел? — он принялся оглядываться, потом достал и поставил на стол красивую коробочку, разрисованную розами. — Жутко модная и жутко дорогая новинка. Вот супруге взял попробовать и вам, чтобы порадовать.

Я почему-то сразу догадалась, что увижу внутри, и предчувствия меня не обманули. В коробочке лежало мое пирожное с розочкой. Сегодняшнее, свежее.

Мэл Ятран не понимал, почему со мной приключилась истерика, он суетился вокруг, совал мне воду, брызгал ею в лицо, а я все никак не могла прекратить ржать. У меня даже живот разболелся, его судороги сводить начали, лицо горело, воздуха не хватало. Остановила смех только ледяная вода, вылитая мне прямо на макушку.

Я задохнулась, замерла, но смеяться перестала.

— Простите, — я отряхнула с себя воду. — Это нервное.

— Не знал, что десерт, пусть и такой красивый, может вызвать такую реакцию. Может, жене не нести? — мэл Ятран с сомнением заглянул в коробочку.

— Простите, — еще раз извинилась я. То, что я автор этого десерта, открывать я не собиралась, тогда придется признаться, что я выходила в город, а мне этого не надо.

Взяла кухонное полотенце, моими стараниями они теперь были хоть и ветхие, но всегда чистые, и принялась вытирать голову.

Увидев, что я больше не собираюсь впадать в истерику, мужчина снова присел, поставил на стол кружку.

— Как вы?

— Все хорошо. Просто вся эта ситуация меня выводит из равновесия.

— Понимаю. Тяжело вам приходится вне привычной обстановки?

— Да.

— Тяжело находиться взаперти? Вам не скучно? Нет желания прогуляться?

Не понравились мне эти вопросы, я будто уловила намек на то, что Ятран в курсе, что я выхожу из дома. Или не в курсе, но хочет разузнать.

— В доме у мэлисса Эрвила я тоже находилась практически взаперти. Но там и условия не способствуют прогулкам, — я решила не отвергать того, что не отказалась бы погулять, ведь это было бы естественно, да и я же примерная жена и ничего не должна скрывать от друга и наставника своего супруга. — А здесь хотелось бы побывать на улице. Но я понимаю, что это может быть опасно для меня.

Мэл Ятран покивал, я так и не поняла, поверил мне или, напротив, убедился в своих подозрениях.

Вообще, я себя в его обществе чувствовала так, как, наверное, в СССР себя чувствовал человек, к которому в гости пришел милый и приветливый сотрудник КГБ.

Тут у черного хода послышался шум, веселые голоса, сразу все четыре. Через несколько мгновений на кухне появились служанки.

— Ой! — Сайя, вошедшая первой с небольшой корзиной в руках, замерла, увидев гостя.

По кухне поплыл запах кислой капусты. Я сразу поняла, что винегрет сегодня будет.

— Вы вернулись! Молодцы! — похвалила я. — Купили?

— Да, исса. И капусту, и огурцы.

— Замечательно! Мэл Ятран, останетесь на обед. Я приготовлю сегодня вкусненькое. Салат из свеклы и суп из нее.

— Благодарю, исса Диана. Но меня супруга к обеду ждет, —отговорился он. А, по-моему, просто испугался обилия свеклы, которая тут служит средством от запора.

— Жаль, а то составили бы мне компанию, — неискренне расстроилась я.

— Я вас еще скоро навещу, — мужчина поднялся.

У меня была мысль отдать ему коробочку с пирожным, но я решила, что перебьется. Мне гостинец купили, так мне, а кто его готовил — неважно.

— Буду рада вас видеть! — я заулыбалась. — Спасибо вам за прекрасный десерт!

И он наконец-то ушел. Провожать я не пошла, потому что голова мокрая. Какое облегчение! Я, словно тесто, растеклась на стуле, потом спохватилась, сколько времени времени потеряла, и срочно принялась доделывать обед.

Раз купили огурцы, то в винегрет решила добавить их. Чтобы все успеть, приставила Мирну чистить, а потом крошить овощи. От запахов уже слюнки бежали.

К новому салату отнеслись очень недоверчиво, все же свеклу тут не очень ценили, а зря, корнеплоды были отличные, мягкие после отваривания, без прожилок, насыщенного цвета и сладкие. Начали есть только когда увидели, как я его от души наворачиваю.

Борщ и вовсе удался, хоть и был снова без томатов, зато я туда добавила немного лимонного сока.

После обеда, оставив Мирну с подругами все прибирать, я с Тинорой уединилась в ее комнате. То, что женщины вернулись без пирожных и веселые, дало мне понять, что все прошло хорошо, но хотелось бы это услышать и ушами.

— Вот! — женщина сразу вытащила из декольте и протянула мне пачку купюр.

— Как все прошло? — я решила пересчитать, получилась ровно тысяча.

— Хорошо, исса! Все сразу купили! В кондитерской больше просили, но я не продала. В чайной тоже. В ресторане пока так же.

Я довольно улыбнулась.

— Сколько они хотят?

— В кондитерской — пятьдесят, в чайной двадцать.

Итого — сто сорок. Больше на сорок штук, и заработок будет на четыреста леодоров больше! Я потерла лапки. Надо срочно приниматься за готовку.