Пирожные для прекрасного принца
Шрифт:
– Я не могла вас там бросить. Хотя и сама сейчас не понимаю, как мне хватило сил вас вытащить.– Действительно, не представляю как у меня это получилось. Что на меня нашло и как хватило сил. В тот момент я даже не знала, кто передо мной находится.
Вечером графиня вызвала меня к себе лично. Кроме нас в комнате была только Алиса, которую леди тут же отпустила.
– Что бы ты хотела получить в награду?
– В награду… – Даже не знаю. Единственное, чего бы мне хотелось, это вернуться домой. Попросить о таком было страшновато. Если у нас путешествия между мирами называются не иначе, как фэнтези или сказка, то здесь вполне могут принять за колдунью и сжечь. Все же обстановка тут близка к средневековью. Сначала нужно тихонько собрать информацию. В деревне мне это вряд ли удастся, а вот в городе шанс есть. Перед графиней лежала книга, корешок которой она тихонько гладила пальцами. Точно! В доме дворян наверняка есть книги. Возможно, в городе есть библиотека. Если повезет, можно будет в там что-нибудь нарыть. Вряд ли, конечно, где-нибудь на городской площади висит инструкция по перемещению в другой мир, но что-то нужно делать. Если я буду сидеть на месте, то точно никуда не сдвинусь.
– Даже не знаю. Я потеряла память и мое главное желание ее вернуть. Но пока мои воспоминания не вернутся, я хотела бы научиться чему-то новому, увидеть интересные места. Если вы не против, могла бы я стать вашей горничной и поехать с вами? Правда я умею делать только самую простую работу.
– Если ты этого желаешь, я исполню. Не переживай, в поместье тебя всему обучат. Думаю, если ты будешь рядом, моей жизни будет угрожать куда меньше опасности. Во всяком случае, по моей же глупости.
– Госпожа, не говорите так о себе.
– Знаешь, там я словно увидела самого бога смерти. Он уже протянул ко мне свои костлявые руки, чтобы забрать с собой. Но ты бесстрашно отбила меня у него.
– Что вы, мне тоже было страшно. И кажется, я тоже видела саму смерть. Словно через вас она смотрела и на меня. Я никогда этого не забуду.
– Тогда давай и не будем забывать, чтобы ценить жизнь еще больше и радоваться каждому ее мгновению. – Графиня торжественно встала и взяла меня за руки. От её следующих слов, я просто впала в ступор. – Я, Тиамара Виолет Митрель, прошу тебя, Ритея, стать моей названной сестрой. Клянусь, что буду любить и защищать тебя, как кровную родственницу, и всегда останусь на твоей стороне. Согласна ли ты стать моей названной сестрой?
Сказать, что я была в шоке, значит ничего не сказать. Дворянка просит меня, по местным меркам простолюдинку, стать своей сестрой. Насколько я узнала из местных обычаев, такие как я для них просто мусор под ногами.
– Госпожа, что вы говорите, как я могу? Вы дворянка, графиня, а я грязная простолюдинка или вообще какая нибудь рабыня. И вы предлагаете мне такое, не боясь себя опозорить?
– Гордость и гордыня, разные вещи. Истинное благородство заключается как в уважении к себе, так и к окружающим, независимо от их статуса. Большинство дворян спесиво ставят себя на пьедестал, считая окружающих грязью лишь из-за их происхождения. Благородство человека не в его происхождении, а в его поступках. Многие простолюдины, куда благороднее и чище, чем большинство известных мне дворян. Последние гордятся своим происхождением, будто это великое достижение, хотя на самом деле они или их предки вполне могут быть внебрачными детьми.
К моей бабушке относились с пренебрежением, потому что она не имела за душой ничего, кроме умения готовить восхитительные сладости. У нее не было ни статуса, ни денег. К моей матери относились также, потому что ее семья была очень бедна. И ко мне в обществе относятся не намного лучше. Свое ужасное отношение, эти надменные люди не преминули показать на одном из главных событий в моей жизни – дебютном балу во дворце. Я всегда любила и умела танцевать, но отказалась от этого занятия, не имея сил посещать светские мероприятия. Я не отличаюсь храбростью или остроумием, поэтому не могу поставить недоброжелателей на место. Сказать, что-то умное, резкое и гордо удалиться? Куда мне до этого. Да и что уж говорить – их место явно выше, чем моё. Итак, ты согласна принять мою дружбу? Прошу, не отказывайся. У меня никогда не было друзей, поэтому мне бы хотелось иметь хотя бы одного.
– Хорошо, моя принцесса. Я согласна стать вашей названной сестрой. Клянусь, что буду защищать вас, пусть даже мне придется разнести этот мир к чертям. Если вы споткнётесь, я помогу вам подняться. Если кто-то оскорбит вас, я плюну ему в лицо. Посмеет вас ударить, сломаю ему руку. Заплачете – вытру ваши слезы. Я стану вашей опорой в этом несправедливом и жестоком мире, клянусь. – Разумом я понимала, что большинство этих обещаний вряд ли смогу выполнить. Да и звучит уж сильно пафосно. Но слова мои шли от самого сердца.
– Спасибо, но пожалуйста, не называй меня принцессой. Я графиня. На людях обращайся ко мне леди, графиня, ваше сиятельство. А наедине можешь звать меня Тиа.
– Нет, для меня вы принцесса. Красивая и благородная, как в сказке.
Девушка только покачала головой.
Лияна восприняла новость о моем отъезде со смешанными чувствами. С одной стороны, ей было жаль расставаться. А с другой она была рада, что у меня появилась такая хорошая работа. Графиню Лияна уважал, да и Алиса будет рядом, поможет если что.
Семья Митрель оставалась в деревне еще больше недели. Граф улаживал различные рабочие вопросы, дочь ему помогала. А я тут стала героем. Еще бы! Спасла саму госпожу. Несколько раз я приходила к Тиамаре, чтобы познакомиться поближе. Теперь я знала, что она моложе меня, ей 20 лет. И у неё красивые серо-голубые глаза. Несмотря на внешнее спокойствие, она была ранима и не уверена в себе, поэтому со сверстницами из других знатных домов общалась мало. Высший свет это бесконечное поле боя, где Тиа всегда оказывалось побежденной. Однако не так уж и далеко находилось настоящее поле брани. И был там человек, за которого молодая графиня очень переживала.
– Джен мой двоюродный брат, ему 23 года. Наши отцы родные братья, но дядя не желал заниматься семейным предприятием. Его с юных лет привлекало военное ремесло, и он стыдился, что его семья держит кондитерские. В 17 лет дядя ушел из дома и самостоятельно поступил на военную службу. С моим папой, они почти не общались. Но тетя хорошо к нам относилась и часто гостила у нас вместе с Дженом. Когда она умерла, брат не нашел поддержки у своего сурового отца и еще больше сблизился с нами. Дядя Велас хочет, чтобы Джен тоже стал военным, хотя того привлекает наука. В прошлом году брат добился невероятных результатов – смог синтезировать новый вид антибиотика. Это огромное достижение в его возрасте. Но потом его отправили на войну. Джен не создан для смерти, он рожден, чтобы сделать жизнь людей лучше и легче. Каждый день я боюсь получить сообщение, что его убили или тяжело ранили. Проклятый император и весь его род, пусть они горят в аду за то, что развязали эту войну! – После этих слов Тиамара со страхом оглянулась по сторонам, сама не сразу осознав, что сказала. – Если кто-то это услышит меня сразу же казнят.
– Но из-за чего вообще началась война? И что за человек император?
– Я знаю об этом не так много. Наша семья никогда не касалась политики. Да, некоторых пор мы были небольшим баронством, и лишь при бабушке и дедушке получили графский титул, не получив дополнительных земель. Поэтому я знаю лишь официальную версию, как и большинство людей. Императорская семья Вильморода оскорбила лично императора и весь наш народ. Якобы они спровоцировали конфликт, к которому сами уже давно готовились. Его Величество незамедлительно собрал армию и объявил войну, которая длится вот уже почти год.
Насколько мне известно из слухов, император Роберт Вар Азарис страшный и жестокий человек. Он ненавидит своего единственного сына принца Канхельма, которого с первых же дней отправил на фронт. Говорят, принц не лучше отца, такой же жестокий и непредсказуемый. Хоть и не наделен большой властью. Если быть точнее, у него вообще практически нет власти. Ходят слухи, император давно бы его убил, если бы было кого посадить на трон. Его величеству уже немного за шестьдесят, но с наследниками проблема. Его дочь от первого брака даже не рассматривалась им как наследница. Ее выдали замуж и сейчас она никто иная, как императрица Вильморода. Вторая жена родила принца Канхельма, но много лет назад ее уличили в супружеской неверности. Она едва избежала смерти, и ее отправили куда-то далеко, к самым границам империи. А многочисленные любовницы так и не подарили императору ребенка, пусть и незаконного.