Чтение онлайн

[Att., XV, 29]

Формийская усадьба, 5 июля 44 г.

1. Письмо Брута тебе посылаю. Всеблагие боги, какая беспомощность! Узнаешь, когда прочтешь. Насчет празднования игр Брута я согласен с тобой. К Марку Элию ты — отнюдь не на дом, но если где-нибудь встретится. Что касается половины долга Туллия, обратишься к Марку Аксиану, как ты пишешь. Что ты устроил с Коссианом, — превосходно. Что ты улаживаешь не только мои, но также такие же свои дела, — приятно. Тому, что мое назначение легатом 3960 находит одобрение, я рад. Да совершат боги то, что ты обещаешь! Что, в самом деле, приятнее мне, моим? Но за ту, насчет которой ты делаешь оговорку, я опасаюсь 3961 . Когда встречусь с Брутом, напишу обо всем. Что касается Планка и Децима 3962 , то я хотел бы, чтобы все было в порядке. Я не хотел бы, чтобы Секст 3963 отбросил щит. О Мунде — если будешь знать что-нибудь.

2. Я ответил на все твои вопросы. Теперь выслушай мои новости. Квинт сын — до самых Путеол 3964 (удивительный гражданин, так что ты назвал бы его Фавонием Асинием 3965 ) и притом по двум причинам: и чтобы быть со мной и из желания совершить возлияние 3966 с Брутом и Кассием. А ты что скажешь? Ведь я знаю, что ты близок с Отонами. Он говорит, что Юлия делает ему предложение; ведь развод — дело решенное 3967 . Отец спросил меня, какова молва; я сказал, что решительно ничего не слыхал, кроме как о ее внешности и об отце (ведь я не знал, почему он спрашивает). «Но к чему?» говорю, а тот — сын хочет. Тогда я, хотя и почувствовал отвращение, все-таки сказал, что не считаю тех сведений верными. Цель — ничего не предоставлять этому нашему 3968 , она же — что не в этом дело. Я все-таки подозреваю, что этот, по обыкновению, болтает вздор. Но, пожалуйста, разузнай (ведь ты легко можешь) и сообщи мне.

3. Заклинаю тебя, что это значит? Когда письмо уже было запечатано, формийцы, которые обедали у меня, стали говорить, что за день до того, как я это писал, то есть за два дня до нон, они видели Планка — этого бутротского 3969

и что, по словам рабов, он и ищущие земли изгнаны бутротцами. Хвала! Но, прошу тебя, напиши мне подробно обо всем деле.

[Att., XVI, 1]

Путеольская усадьба, 8 июля 44 г.

1. В квинтильские ноны я приехал в путеольскую усадьбу; пишу это на другой день, выезжая к Бруту на Несиду 3971 . В день моего приезда, когда я обедал, Эрот доставил твое письмо. Так ли? «В июльские ноны»? 3972 Клянусь, боги их… Но сердиться дозволено хотя бы весь день. Есть ли что-либо более позорное, нежели для Брута «в июльские»? Итак, повторяю свое: «мы все еще позволяем?» 3973 . Ничего подобного я не видел.

2. Но, прошу, по какой это причине ищущие земли, как я слыхал, перерезаны в Бутроте? Но почему это Планк столь поспешно — такие слухи до меня доходили — день и ночь 3974 . Сильно жажду знать, что происходит.

3. Что мой отъезд хвалят, меня радует; следует принять меры, чтобы хвалили мой невыезд. В том, что димейцы, согнанные с земли, являются угрозой морю, — ничего удивительного 3975 . В плавании совместно с Брутом, по-видимому, есть некоторая защита, но его корабли, я полагаю, малы. Но я скоро буду знать и завтра напишу тебе.

4. Сообщение о Вентидии 3976 считаю паническим. Насчет Секста 3977 полагали достоверным, что он складывает оружие. Если это правда, то, вижу я, без гражданской войны быть нам рабами. Что в таком случае? В январские календы надежда на Пансу. Много болтовни в попойках и спанье тех 3978 .

5. Насчет 210 000 сестерциев превосходно; пусть дела Цицерона будут улажены. Ведь Овий прибыл недавно 3979 ; он сообщает много приятного мне; между прочим — даже неплохое известие, что довольно 72 000 сестерциев, вполне достаточно, но что Ксенон доставляет очень мало и скупо. Разница, которую ты перевел 3980 , сравнительно с доходом от домов, пусть будет отнесена на тот год, когда прибавились путевые расходы. Начиная с апрельских календ пусть он рассчитывает на 80 000 сестерциев: ведь теперь доходные дома дают столько. Ведь кое-что следует обеспечить, когда он будет в Риме. Я ведь не думаю, что ту как тещу можно будет переносить 3981 . Пиндару 3982 я отказал в кумской усадьбе.

6. Теперь узнай, из-за чего я послал письмоносца. Квинт сын обещает мне быть Катоном 3983 . И отец и сын говорили со мной, чтобы я поручился тебе, но с условием, что ты поверишь тогда, когда сам узнаешь. Ему я дам письмо, соответствующее его ожиданиям 3984 ; пусть оно не действует на тебя. Пишу это с той целью, чтобы ты не считал, что на меня повлияли. Дали бы боги, чтобы он сделал то, что обещает! Ведь это было бы всеобщей радостью. Но я… больше ничего не скажу. Он отсюда — за шесть дней до ид. Правда, он говорит, что в иды платеж 3985 , но что он сильно торопится. На основании моего письма ты сообразишь, как тебе ответить. Подробнее — когда увижу Брута и отошлю Эрота. Извинение моей Аттики принимаю и очень люблю ее. Ей и Пилии привет.

[Att., XVI, 5]

Путеольская усадьба, 9 июля 44 г.

1. Брут уже ждет твоего письма. То, что я ему сообщил о «Терее» Акция, для него не было новым; он считал, что это был «Брут» 3986 . Тем не менее повеяло каким-то слухом, что при состязании греков многолюдного сборища не было; в этом я совсем не ошибся; ты ведь знаешь, какого я мнения о греческих играх 3987 .

2. Теперь послушай то, что важнее всего. Квинт был со мной много дней подряд и, если бы я пожелал, он был бы даже дольше; но, сколько бы он ни был, трудно поверить, какое удовольствие он доставил мне во всех отношениях и более всего в том, в каком он менее всего удовлетворял меня; ведь он так весь переменился — благодаря и некоторым моим сочинениям, которые были у меня под рукой 3988 , и настойчивости уговоров и наставлениям, — что будет относиться к государственным делам так, как мы хотим. После того как он не только заверил, но и убедил меня в этом, он долго и настоятельно говорил со мной о том, чтобы я поручился тебе, что он будет достоин и тебя и меня; что он не просит, чтобы ты тотчас же поверил, но чтобы ты полюбил его тогда, когда сам поймешь. Если бы он не внушил мне доверия и я не считал бы, что то, о чем я говорю, будет надежным, я не сделал бы того, о чем я намерен сказать: ведь я повел юношу к Бруту. То, о чем я пишу тебе, получило у него такое одобрение, что он сам поверил, не захотел взять меня поручителем и, хваля его, весьма по-дружески упомянул о тебе; отпустил, обняв и поцеловав. Поэтому, хотя и больше оснований к тому, чтобы я тебя поздравил, нежели чтобы я тебя попросил, тем не менее я также прошу, — если ранее, вследствие нестойкости, свойственной возрасту, он совершал кое-что, как казалось, с меньшей твердостью, считай, что он это отбросил, и поверь мне, что твой авторитет принесет многое или, лучше, очень многое для укрепления его решения.

3. Хотя я и часто бросал намек Бруту насчет совместного плавания, он, казалось, подхватил не совсем так, как я думал. Я полагал, что он несколько расстроен, и он, клянусь, был, — и более всего из-за игр. Но когда я возвратился в усадьбу, Гней Лукцей, который проводит с Брутом много времени, рассказал мне, что тот очень медлит, не отступая, но выжидая, не будет ли, быть может, какого-либо случая. Поэтому я колеблюсь, не направиться ли мне в Венусию и не ожидать ли там известий о легионах 3989 ; если они не прибудут, как кое-кто полагает, то — в Гидрунт; если ни один путь 3990 не будет безопасным, возвращусь сюда же. Ты считаешь, что я шучу. Пусть умру я, если меня, помимо тебя, кто-либо удерживает… 3991 В самом деле, осмотрись, но до того, как я покраснею.

4. О дни, определенные Лепидом при птицегадании великолепно и в соответствии с планом моего возвращения! В твоем письме важное побуждение к отъезду. О, если бы я тебя там! Но — как ты сочтешь полезным.

5. Жду письма от Непота 3992 . Он жаждет моих сочинений, раз те, которыми я более всего горжусь, он не считает заслуживающими прочтения. И ты говоришь «после… великого» 3993 ? Нет, ты великий, а он бессмертный. Не имеется никакого сборника моих писем, но у Тирона есть приблизительно семьдесят писем, и некоторые следует взять у тебя; мне нужно их пересмотреть и исправить; только после этого они будут изданы.