Письма мертвой королеве
Шрифт:
Кстати, об Асгарде.
Один повернулся спиной к штормовому морю, разглядывая великий город асов. Могучие крепостные стены, башни, бесчисленные острые шпили, чертоги, стоящие на земле и парящие в воздухе. Тысячелетний город, великий город, не раз переживавший взлеты и падения. Город, опутанный липкой паутиной своей истории, захлебывающийся собственным богатством, оледеневший в величии былой славы. Город, где уже которое столетие ничего не меняется. Мудрецы и светлые умы не порождают ничего нового, мастера шлифуют грани своих ремесел, следуя заветам учителей, преданно копируя их приемы и ухватки. Город, ставший надгробным памятником самому себе. Великолепный, раззолоченный мавзолей, насквозь прогнивший изнутри. Горько будет видеть его кончину. Объятый льдом и пламенем, Асгард рассыплется в прах и пеплом развеется на стылом ветру.
Так будет. Так уже было не раз, если верить рукописям, тщательно сохраняемым в секретных разделах царской библиотеки и предвидениям Норн. Этот Асгард — не первый, что сгорает в очистительном пламени. И он — не первый его правитель, что поднесет факел к заботливо сложенному погребальному костру. Кто-то должен это сделать. Кто-то должен повернуть колесо судеб и призвать погибель, всем сердцем и душой веруя, что, как следом за свирепой зимой приходит весна, так из смерти всегда возрождается жизнь. Новая жизнь, другая, что не повторит прежних ошибок. Та, которую увидит его сын и его дети.
«Воистину владеешь лишь тем, что в силах разрушить», — однажды сказал ему Локи. То ли сам додумался, то ли подслушал где. Ему было суждено создать и разрушить Асгард. Без гибели нет обновления, а там, где нет обновления — там стоячее болото, удушающее любые новые ростки, тлен и бездумное воспевание прошлого. Мучительная, долгая погибель, увядание и распад.
Асгард — его творение. И творению пришло время погибнуть, дабы стать основой для чего-то нового. Об этом твердят звездные скрижали в небесах и знаки в огне. Это повторяют руны и выкаркивают его вороны. Это слышится в вое волков и кличах улетающих лебедей. Асгарду приходит конец. Не сегодня, не завтра, но скоро, уже скоро. Он обязан все предусмотреть и обо всем позаботиться. Найти тех, кто переживет ярость огня и льда. Подобрать себе преемника и найти ему достойных единомышленников. Укрыть их от всепожирающего пламени. Бальдр ушел в Нифльхель, кто-то в скором будущем последует за ним, кто-то отправится в Мидгард, кто-то — в Альвхейм и даже в Ётунхейм…
Сколько дел, сколько хлопот. А годы-то уже немалые. И никому, совершенно никому нельзя довериться. Даже те, кто отчасти посвящен в его планы, знают ровно столько, сколько им положено знать. Все прочим вообще не положено задумываться о смысле бытия. Они лишь фигуры на огромной доске, где Всеотец ведет свою очередную партию с Судьбой. Он пожертвует одной из основных фигур… но партия все равно останется за ним.
— Идемте, дети мои, — Один щелкнул пальцами, подзывая волков. Взлетевшие вороны закувыркались под порывами ветра, раздраженно каркая. — Пора вершить историю.
Вот и сказочке конец, а кто слушал — молодец!