Чтение онлайн

– Плохо, – выдохнул епископ. – Противник затаился, и теперь будет хитрее. Если он попытается что-нибудь предпринять, то уже будет действовать какими-нибудь другими способами, а мы к сожалению не знаем, с какой стороны его ждать.

На башню, пыхтя, поднялся брат-прислужник. На его небольшой залысине поблескивали капельки пота. Он трясущейся рукой оттер лоб и щеки, отдышался, перестав издавать хрипяще-булькающие звуки, и лишь затем сказал:

– Ваше преосвященство, к вам пришли.

– Кто? – раздраженно поинтересовался Констанс. Ему не хотелось сразу же покидать башню после плотного ужина.

– Он не представился, но посетитель облачен в одежды положенные священнослужителям немалого сана, – поспешил объяснить прислужник, вновь вытирая лоб.

– Какого 'немалого'?! – не выдержал епископ. – Толком сказать можешь?!

– Нет, ваше преосвященство. Пришедший не снял пелиссон, так что точнее сказать не могу, но ткань пошедшая на одежду очень хорошего качества…

– О Господи! Иди, а то замучаешь меня своими объяснениями! Скажи, что я сейчас буду, отведи его в гостиную, а за дверями поставь охрану! А то неизвестно кого там еще нелегкая принесла!

Брат прислужник судорожно кивнул, подхватил полы рясы и со страдальческим стоном нырнул обратно в дверь, ведущую на лестницу.

Епископ нехотя поднялся с кресла, подошел к парапету и посмотрел вниз. До земли было ярдов пятьдесят. В связи с предстоящим спуском на сытый желудок, ужин здесь уже не казался столь прелестным времяпрепровождением.

– Ну что ж, пойдем Боклерк! – позвал секретаря Констанс и с недовольным видом направился к небольшой двери, что вела на площадку.

Однако первыми на лестницу нырнула пара братьев-сопровождающих, а уже за ними стал спускаться епископ. По витой лестнице, преодолев около пятидесяти ступеней, они спустились до уровня фортификационной стены и по закрытой галерее прошли до башни наиболее близко расположенной к жилому флигелю. После этого Констанс вынужден был осилить еще не меньше сотни ступенек, прежде чем смог оказаться у выхода в свои апартаменты. Под конец пути он тяжело дышал, но останавливаться, тем не менее, не пожелал. Ведь быть епископом боевого ордена, и проявлять при этом телесную немочь… В данных обстоятельствах это являлось недопустимым.

Прежде чем выйти к посетителю епископ привел себя в порядок, сполоснул лицо в поданном ему тазу, чтобы остудить раскрасневшиеся щеки, застегнул все пуговицы на сутане, все-таки преодолеть сто пятьдесят ступеней на шестом десятке лет занятие не шуточное, поправил съехавшую на бок шапочку.

В гостиной сидя на стуле, его дожидался не кто иной, как епископ-суффраган Герран.

– Ваше преосвященство, какой внезапный визит?! Чем обязан? – удивился Констанс, увидев столь неожиданного гостя. – Может быть, пройдем ко мне в кабинет?

– Не стоит. Я тут же уйду. Чем нас меньше вместе видят, тем лучше?! Кажется, вы тогда именно так мне и сказали?! – таинственно улыбнулся Герран.

– У вас превосходная память, – кивнул ему епископ. – Но в этот раз инициатором встречи являетесь вы, и уже вам решать, что требуется – тайна или повсеместная известность.

– Думаю, что и здесь уместнее всего соблюсти скрытность, – определился молодой церковник. – Однажды вы мне сообщили интересную информацию, которой я мог распорядиться по собственному усмотрению.

– Было такое дело, – согласился Констанс, присаживаясь в одно из кресел стоявших в гостиной.

– И за эти сведения я не был ничем вам обязан?! Так?!

– Истинно, – вновь согласился епископ, пока не понимая, куда клонит собеседник. – И вы мне до сих пор ничего не должны.

– Однако я так не считаю, и решил сделать вам ответный жест доброй воли, – суффраган поднялся со стула на котором сидел, и принялся расхаживать по комнате. – Но для начала я хочу поведать вам небольшую предысторию. На протяжении трех недель я ломал голову: зачем же вы рассказали мне про адмирала Форсина, и никак не находил ответа. Но сегодня, в первой половине дня к нам в ауберг прибыл посланец. Внимание, теперь я думаю, история напрямую касается вас! – он выдержал эффектную паузу и продолжил. – Итак, прибыл посланец из Боевого Женского ордена Святой Великомученицы Софии Костелийской с очень интересным письмом. И о чудо! Все сведения, сообщенные вами, вдруг выстроились в строгую логическую цепочку! – епископ Констанс пристально глянул на разглагольствующего суффрагана из полуприкрытых век. – Я не знаю, зачем вам понадобилось утаивать подобные сведения, однако ничем вас не выдам.

– Молодой человек, – холодным тоном начал Констанс. – С чего вы решили, что я знаю, какие именно сведения принесла вам сестра?

– Хорошо, не хотите говорить – не надо, оставим это как мои домыслы, – покладисто согласился Герран. – С адмиралом вы все-таки нам очень помогли. И я решил на всякий случай известить вас о визите сестры в ауберг.

– И что, прибыла только одна сестра? – уточнил Констанс.

– Да, сестра Бернадетта. Очень красивая девушка. С ее лица впору лики святых писать, – парой фраз обрисовал приехавшую суффраган.

– Насколько я помню, в женском боевом ордене есть такая Бернадетта, – поделился с ним епископ. – Только смотрите осторожнее, она истинная дочь Церкви во всех смыслах этого слова. А то были уже предпосылки…

– Я ничего такого и не думал, – от этих слов, словно от назойливой мухи, отмахнулся Герран. – Содержание письма, которое она привезла, заслуживает гораздо большего внимания, чем ее красота. Увы, пересказать его я вам не могу, поскольку завтра о его содержании будет доложено на внеочередном конвенте. А вот предупредить о его наличии – запросто! – тут молодой церковник сложил пальцы домиком и повернулся к епископу. – Надеюсь, вам столь малые известия будут полезны.

– Я подумаю, где возможно их применить, – с прежним холодом в голосе ответил ему Констанс, даже не шелохнувшись в кресле. – Ненужных сведений не бывает. Благодарю вас, епископ.

– Ну что ж! – видя, что Констанс ни как не прореагировал на его монолог и не выдал своих намерений, Герран поспешил откланяться. – Тогда всего доброго, епископ! С Богом!

– И вам того же! – пожелал ему Констанс.

Епископ-суффраган стремительно вышел. Едва только за ним закрылась входная дверь, Констанс сбросил с себя напускную неторопливость и немедленно позвал секретаря. Брат заглянул в гостиную.

– Ваше преосвященство?

– Только что в орден Святого Иеронима прибыло послание, отправленное настоятельницей монастыря женского боевого ордена. Завтра о нем будет доложено на конвенте!

– Те сестры не могли так быстро добраться, – возразил ему Боклерк.

– Это известие привезла сестра Бернадетта, так что собирай вещи, мы немедленно уезжаем!

– Куда и как надолго? – уточнил секретарь, соображая, что же ему брать с собой в дорогу.

– В Винет и почти на всю зиму!

Начало октября выдалось погожим, но, несмотря на яркое солнце днем, по ночам лужи уже начало прихватывать ледком. Выехав ранним утром, мы свернули на юго-запад, к дороге ведущей в Корч. В путь мы подготовились основательно, у меня и Юозапы в поводу было по вьючному неказистому мерину. Коней мы выбирали не по красоте, а по выносливости, потому как собрались добраться до ауберга как можно скорее. Доставшиеся нам на халяву теплые плащи пришлись кстати, правда, для Агнесс мы его подрезали покороче и подшили, ведь орденская одежка была рассчитана на людей не столь мелких. Весь вчерашний день девочка с нами не разговаривала, просьбы выполняла молча, а на Юзу даже глаз не поднимала, впрочем, на такое поведение сестра никак не реагировала. В итоге, настроение было у всех подавленное, никто не болтал. Мы чувствовали себя паршиво, словно были виноваты в случившемся с ее родителями. Ну, во всяком случае, я и Герта точно.