Пистолет, который не стреляет
Шрифт:
– Господин Кубик, хорошо, что вы мне про дочь напомнили. Поверьте, я тоже не хочу вас убивать, но такая у меня работа.
– Верю тебе, сынок. Ты - исполнитель, и я тебя не виню. Только что же ты медлишь?
– Понимаете, господин Кубик, я с детства воспитывался в строгих правилах почитания старших, и хотел бы сначала получить ваше разрешение.
– Первый раз слышу, чтобы убийца спрашивал у жертвы разрешение на убийство.
– Нет, убью я вас так, без спроса, но сначала я хочу получить разрешение на брак с вашей дочерью.
– Сынок, я что-то не пойму, у тебя с головой все в порядке?
– Я, конечно, понимаю, что взявший в жены такую "красавицу", может показаться сумасшедшим, но...
– При чем, здесь ее внешность! Я спрашиваю, где это видано, чтобы убийца просил руки моей дочери?
– Вам моя профессия не нравиться? Разрешите, рассеять ваши сомнения. Во-первых, я неплохо зарабатываю. Только за вас я получу сто тысяч. Во-вторых, я не пью, не курю, и главное, детей очень люблю.
– Да! Просто ангел, а не мужчина. Только туповат немного. Я спрашиваю, тебе, ангелок, не трудно будет отправлять на тот свет отца своей будущей жены?
– А! Так вы беспокоитесь о трудностях последнего пути! Не волнуйтесь. Похороним вас, по высшему разряду, как положено: лаковый гроб, музыка, толпы рыдающих.
– Послушай, как там тебя?
– Можете звать меня как фотограф, просто Козя.
– Скажи, Козя, тебе голову при рождении руками не поправляли?
– Нет, а что такое?- ощупал свою голову Козя.
– Оно и видно,- со вздохом сказал Кубик.- А что будет, Козя, если я откажусь отдать тебе дочь?
– Досадно будет, но мнение родителей для меня закон. Как это ни печально, но нам прийдется расстаться.
– Я спрашиваю, что со мною будет, тупица?
– Как? А разве я не говорил? Меня наняли, чтобы вас убить. Я с этого, кажется, и начал.
– Выходит, ты меня в любом случае прикончишь?
– Ну, а как же, папа. Я же привык добросовестно относится к работе. Все будет исполнено точно по инструкции: первый выстрел, второй, затем контрольный в голову.
– Педант!- сказал Кубик и, оперевшись подбородком на трость с набалдашником, о чем-то задумался.
– Ты сам-то ее хоть любишь?- наконец спросил он.
– Если честно, мне эта девчонка все больше и больше становится по душе. Она даже согласилась стать моим напарником. А где я при моей нервной работе еще найду такую жену?
Кубик резко встал и решительно сказал:
– Что ж, я согласен на этот брак. Иди, сынок, я тебя поцелую.
Расчувствовавшийся Козя подошел к папе Кубику и подставил лоб для поцелуя.
– Благословляю тебя,- торжественно изрек Кубик, целуя Козю,на брак с моею дочерью. А теперь заканчивай побыстрее свое дело, пока я не передумал.
Кубик отвернулся от Кози и опираясь на трость встал лицом к белому экрану в центре студии.
– Спасибо вам, папа! Я сделаю все, чтобы вам не было больно,- сказал Козя, после чего поднял руку с пистолетом и, утирая слезы, начал целиться в тестя.
Но здесь в ход дальнейших событий неожиданно вмешался Родион. Он поднялся со стула, где под маской фараона сидел все это время, приподнял его, и со всей силой опустил на голову стоящего к нему спиной Казановы.
Убийца сделал несколько шагов в поисках направления, откуда он пришел, выронил пистолет, а затем и сам рухнул, как подкошенный.
Папа Кубик вздрогнул от звука падающего тела, затем медленно обернулся и увидел ожившего фараона.
– Я что, уже на том свете?- спросил он.- Странно, вы удивительно похожи на бывшего жениха моей дочери, Родиона.
– Сказать по правде, папа Кубик, я - это он и есть.
– А! Понимаю, на том свет вас сделали фараоном.
– Нет, фараоном меня сделал Карманов. А вы похоронили всего лишь чучело, переодетое в меня.
– Все ясно, вы с Кешей, меня надули.
– Не сердитесь, господин Кубик, я всего лишь спасал свою жизнь.
– И молодец,- засмеялся Кубик,- а то кто бы сейчас спас мою? Теперь можешь просить меня о чем хочешь, я твой должник.
Родион встал на одно колено и торжественно произнес:
– Папа, у меня к вам нет других просьб, кроме одной, я официально прошу руки вашей дочери!
– Ничего не понимаю,- озадачено сказал Кубик,- то хоть поубивай женихов - дочь брать замуж никто не хочет, а то прямо очередь за моей Зулейкой выстроилась.
– При чем здесь Зулейка?- в недоумении спросил Родион.
– Как же, причем, ты же ее руки просишь? Но должен тебя огорчить, я уже обещал отдать Зулейку за этого несчастного,- и Кубик указал тростью на неподвижное тело Казановы.
– Как! Убийца просил руки Зулейки?- изумился Родион.
– А чью же еще?
– Вот досада,- произнес в сторону Родион.- И зачем только я этого несчастного так стулом по голове?!
– Что ты там бубнишь?
– Я говорю, господин Кубик, что хочу в жены не Зулейку. Я спрашиваю о другой дочери.
– Другой?!- изумился Кубик.- Но у меня нет другой.
– А это что?- и Родион показал Кубику фотографию, которую сделал Карманов.
– Должен тебя разочаровать, Родион. Этой женщины давно уже нет в живых,- папа Кубик смахнул вдруг набежавшую слезу.
– Как же нет в живых, если я ее сегодня сам видел.
– Родион, ты, видать, сегодня и правда на том свете побывал. Повторяю, умерла она.
– Так вы ее убили? Боже, что вы наделали?!
– Нет, Родион, она сама умерла от горя и тоски.
– О Марго!- схватился Родион руками за Голову.- Я же предупреждал тебя!
– Какая Марго?..- начал было Кубик, но внезапно осекся, увидев, как Родион тихо сползает на пол по внезапно возникшему из темноты ухмыляющемуся Шипу.
А произошло следующее. Легко освободившись в фотолаборатории от пут, Шип уже давно наблюдал за происходящим в студии. После того, как Родион вывел из строя Казанову, Шип улучил момент, тихо вышел из фотолаборатории, подобрал пистолет Казановы и ударил рукояткой Родиона по башке, после чего тот и потерял сознание.
– Зачем ты это сделал, идиот?- удивленно закричал Кубик.- Он же спас мне жизнь.