Пламя Феникса
Шрифт:
– И ты нашла способ вернуть меня? – спросил Кейто, теперь уже не сомневаясь, откуда на него свалилось такое счастье.
Он и впрямь думал, что это Юстиана воскресила его, но сейчас видел, что был не нужен ей. По крайней мере, не так, как Виктор. Кейто все еще жаждал оставить Архитектора в Запределье навсегда, но при этом помочь Юви. Он не знал, сможет ли встречать в ее взгляде осуждение каждый день их последующей жизни.
Леди Малис мерзко улыбнулась.
– Да, мы нашли. Эта девочка настоящее чудо.
– Я заметил, что Дженни у тебя вроде служанки, и это не очень справедливо по отношению к матери моего сына…
– Я говорю не о Дженни.
Девочка? Лалибэй? Они намеренно связали его с Лали, чтобы воскресить. Почему с ней?
– Конечно же, я имела в виду Циару, – проговорила леди Малис. – Эта маленькая помощница нам очень пригодилась. Надеюсь, кицу хорошо защищала тебя?
Защищала? Циара была телохранительницей Виктора, при чем тут он?
– Да, Циара весьма неплоха, – отозвался Кейто.
Леди Малис вперилась в него взглядом.
– Она ведь не затащила тебя в постель?
Кейто невозмутимо изогнул брови и улыбнулся.
– Этого не может быть, – прорычала леди Малис. – Я же приказывала ей не применять к тебе свои чары! – Бабка выглядела озадаченной. С чего бы вдруг? Что тут в самом деле такого? Он был тогда одинок и обессилен, Циара тоже. – Неужели ты ничего не знаешь о кицу?
– Просвети меня, ведьма, – усмехнулся он, с наслаждением глядя, как бабка меняется в лице. Однако она сдержала свой гнев. – Теневые лисицы не столь общительные существа, как ты думаешь. В войне Призраков мы убили их немало.
Кейто напряг память, стараясь припомнить что-то кроме крови и воплей.
– Связь с кицу губительна. После нее остаться в живых может только один. Второй неминуемо погибнет.
– Почему-то об этом в учебниках не пишут, – выдохнул Кейто.
Циара все-таки смогла обвести его вокруг пальца. Значит, его жизнь или ее? Как это похоже на то, что было у них с Лали, и в то же время как же сильно отличалось.
– Но Циара не смеет ослушаться моих приказов, ведь у меня ее Звездный шар. Она сама вручила мне его много лет назад. Считай, это ее сердце, которое я могу расколоть взмахом руки. Она не должна была так с тобой поступать… – Бабка свела на переносице густые белые брови и поджала губы, потирая подбородок. Кейто начал терять терпение.
Одним движением он отодвинул разделявший их стол, загремела посуда. Рука демона легла на костлявую шею старухи. Его бабка, его кровь, единственная, кто хоть как-то связывал его с матерью.
– Я устал от твоих манипуляций, ведьма, – сказал он, надавливая ей на горло. – С лисицей я разберусь позже, а пока подробнее о том, как ты вернула меня сюда и как мне разрушить эту связь.
Леди Малис закряхтела, и Кейто ослабил хватку.
– Я вижу, что ты уже нашел часть загадки, – проговорила она, пытаясь отдышаться, и устремила взгляд на перстень с треснутым черным камнем. Тень Самуна.
– Мне нужна вторая часть, – ровным голосом отозвался Кейто. – Чем вы привязали ее? Это ее ленты, так ведь?
– Все верно, мой мальчик. Ну и, конечно, жертва, куда без нее.
– Когда я только вернулся в мир, там была девушка… другая девушка.
– Циара ее убила, как и еще одну, с которой ты немного разминулся. Мы готовы были убить хоть сотню девушек, чтобы вернуть тебя. Это небольшая жертва, поверь.
– Почему Лали? – он наконец смог задать терзавший его вопрос.
Бабка лишь пожала плечами.
– На ее месте могла оказаться любая другая. Но с таким потенциалом, как у этой девочки, мы могли не переживать за тебя. Ее жизненной силы сполна хватает на вас двоих, так ведь? А скоро ты достаточно окрепнешь, чтобы забрать ее силу целиком. Ты же не думал, что ваша связь будет вечной? Кому нужно, чтобы под ногами путалась какая-то девчонка? Еще немного, и Циара придет за ней.
Леди Малис замолчала, и Кейто понял, что она увидела на его лице. Смерть.
– Как пришла за Адорой? – Старуха молча смотрела на него, даже не моргая. Она никогда не любила Адору. – Где Звездный шар? Прикажи лисице вернуться сюда немедленно.
– Что ты станешь делать дальше, мой мальчик? Пора убрать с поля ненужные фигуры. Расчистить себе дорогу и стать тем, кем тебе положено быть. Великим полководцем, который завоюет весь мир. Разве не этого мы всегда с тобой хотели? – В ее глазах расцветало восхищение. – Демон, сильнее которого никого не будет. Славный правитель Ремесиса уже не вернется из Запределья, твой главный враг повержен, Императрица отравлена настолько, что ее не спасти. Мы все сделали ради тебя, мой мальчик.
– Ты права, ведьма, – произнес Кейто, поднимаясь и нависая над ней. Нож легко устроился в его ладони, а лезвие без труда прочертило путь по иссушенной шее. – Пора убрать с поля ненужные фигуры.
Темная кровь стекла на белоснежную меховую накидку. Тени сгустились вокруг Кейто. «Великая Тень, которая накроет весь мир», – так она когда-то говорила ему. Теперь его жизнь и пребывание в этом мире зависело от двух девушек: феникса и теневой лисицы. Ему придется убить обеих, чтобы выжить.
Дверь скрипнула, и в комнату заглянула Дженни. Ее глаза распахнулись, рука в кружевной перчатке взметнулась, но не для того, чтобы накрыть рот, как делают испуганные девицы. Нет, вместо этого Дженни протянула ему ладонь.
– Наконец ты прикончил ее, – сказала она и тепло улыбнулась ему. – Идем со мной. Уходим отсюда, Октавиан.
Он оказался возле нее так стремительно, что она не успела вздрогнуть. Лезвие ножа легонько коснулось ее шеи.
– Ты помогала ей?
Дженни судорожно вздохнула, вбирая воздух в легкие.
– От тебя такой дивный аромат, Октавиан… Как же я скучала.
Она чуть откинула голову, позволяя ему рассмотреть свое лицо. Ее черты то и дело менялись, как и цвет глаз, что напомнило ему магию превращений, которую он видел у Нефритовой Девы. Дженни была не так проста…
Кейто схватил ее за волосы и потянул назад.
– Это ведь ты отдала ей Лали? Отвечай!
Дженни растянула губы в улыбке, испугавшей его. Ее лицо приобрело демонические очертания.
– Какое тебе дело до нее? Она все равно не… наша. Всем будет лучше, если она погибнет. Зато ты будешь жить, Октавиан. Мы будем. Подумай о Нисе. Он только стал привыкать к тебе…
Кейто оттолкнул Дженни от себя. Она споткнулась и приземлилась на пол, прижимаясь к стене и извиваясь, будто змея.