Чтение онлайн

Шелестит тростник, клонясь метелками к земле. Перешептываются вверху деревья. Бесшумно проносятся над водой летучие лисицы. Говорит и говорит неумолчно Чиндвин, словно спешит выговориться перед пришедшими на его берега людьми, поведать им тайны джунглей, обременивших его непомерным грузом ужаса и отчаяния. Захлебывается, торопится успеть. Ведь люди в джунглях стали непоседами. Уйдут, и не расскажешь всего.

Тихо льется песня. Алекс встряхнулся, пошел по лагерю. После купания в ледяной воде тело горело. Он остановился у группы поющих воинов. В середине сидел пожилой крепкий воин в короткой, туго перепоясанной патронташем куртке нараспашку. Закрыв глаза и раскачиваясь, глухим грудным голосом он запевал:

Воины сосредоточенно смотрели ему в рот, хором заканчивали куплет:

— Гей, нага трудяга!

Алекс не мог без волнения слушать песни нага. Простые, бесхитростные, они полны любви к природе и безотчетного страха перед ее могучими силами, тихой печали и великой радости бытия.

Ночь прошла спокойно. Утром они переправились по висячему мосту и напали на страшный след Сатэ.

Вышли к первому селению агорс. Ни души. Одно лишь жаркое солнце в небе. Хижины безмолвны, как стога сена.

— Куда все подевались? — сказал воин, заглядывая в одну из хижин.

— И там никого нет, — откликнулся другой.

— Смотрите, смотрите! — закричал кто-то в смятении.

Алекс взглянул и дрогнул. За большим домом-морунгом торчал ряд высоких шестов. На конце каждого — отрезанная человеческая голова. Их много. Целая цепь, десятка три-четыре. Длинная цепь голов. Весь отряд — восемьсот воинов, замер перед страшным частоколом.

— Не-ет! — истошный крик вонзился прямо в небо. — Не-ет! Нет!

Кто-то бросился из строя. Воины смешались, заволновались, загудели. Маунг Джи кинулся в хижину и исчез внутри.

— Вот, сорвал с шеста. Что это? — подошел Нгамба и протянул Алексу рваный белый лоскут.

— «Смерть всем, кто не со мной! Алиссандербонг», — перевел Алекс надпись, сделанную кровью. Вынул скомканную тряпку, найденную на месте расправы с Гаро. — Одна рука.

— Я ничего не понимаю, брат. Почему твое имя здесь?

— Бандиты хотят показать, что это зверствуем мы, партизаны. Пытаются восстановить против нас всех нага. Понял?

— Даже дьявол не придумает такое! — схватился за голову Нгамба.

— Они хуже дьяволов. Сохрани на память! Мы еще припомним им это.

Вступили на земли ао. И здесь пепелища сожженных деревень. Уцелевшие селения обезлюдели, жители попрятались в горных убежищах. Беглецы присоединялись к отряду.

У селения Бонгья партизаны настигли крупный японский отряд. Банда Сатэ несомненно укрылась под его надежным крылышком. Командиры с трудом сдерживали воинов, рвавшихся в бой.

В лесу царила мертвая тишина. Ночной воздух был недвижим. Казалось, что и деревья погрузились в глубокий сон. Даже вечно досаждавшие москиты притихли. Гаронды крались в высокой траве, зажав концы головного платка в зубах, чтобы заглушить звуки собственного дыхания. Послышались шорохи. Все остановились. Шорохи смолкли, и никто не смог определить, кому они принадлежали — вражеским дозорным или диким свиньям, собиравшим отбросы.

Двинулись дальше. Красный колеблющийся свет костров делался все ярче. Он манил, притягивал к себе. Там враг. Безжалостный, кровожадный.

Спокойно спит лагерь и не слышит, как крадутся гаронды. Часовые маются, борясь со сном. Вот один дернулся, всполошился. Всматривается в ночь, Джонни подпрыгнул и метнул нож в него.

— Получай, крыса!

Часовой, схватившись за горло, захрипел и повалился на бок.

Пронзительный свист вспорол тишину — гаронды набросились на спящий лагерь. Засвистели пули, сбивая листву и сучья, загрохотали гранаты.

Перед партизанами были опытные солдаты знаменитой восемнадцатой дивизии, прошедшие непролазные дебри и хляби джунглей Индокитая, опаленные огнем штурма Сингапура и Тимора. Бывалые бойцы джунглей, они быстро оправились от неожиданного удара и отошли в чащу. Шквальными залпами в упор встретили они атакующих гарондов. Зеленая трава сразу окрасилась алой кровью.

— Назад, назад! — закричал что есть силы Алекс, видя, как Нгамба и Зониг собирают роты для новой атаки.

Партизаны медленно отступали в спасительные заросли, укрываясь за деревьями и кустами, в корневищах и ямах. Противников разделяла теперь широкая поляна, где все еще дымились тлеющие костры. Занимался рассвет. Тронулись, поплыли над землей рваные космы тумана. Японцы затаились. Стояла гнетущая тишина.

«Что делать? Отступить и рассеяться в джунглях? Ночью это бы удалось. А сейчас только начался день, — мучительно думал Алекс. — Джапы прицепятся, окружат, уничтожат всех. Их больше, они лучше вооружены. Чу! Заурчали моторы бронемашин. Готовят атаку. Что же делать, черт побери?»

Он огляделся. Вокруг командиры и телохранители: Нгамба, Зониг, Массанг, Рики Рам, Маунг Джи, Билл. Смотрят на него, своего вождя и командующего, и ждут. Ждут его решения, его приказа.

«А что если побить джапа его же хитростью?» — осенило вдруг Алекса. Он послал Джонни за командирами, и когда те собрались, объяснил свой план.

— У тебя не голова, а совет старейшин, — улыбнулся Нгамба.

— Довольно разговоров. По местам! Стрелять по команде!

Командиры скрылись в густой листве. Алекс выждал еще немного. Потом взобрался на дерево. Большие рыжие муравьи накинулись на него. Смахнул с рук, с шеи. Они полезли снова. Делать нечего, придется терпеть: дорога каждая минута. Не выбирать же другое дерево! Он сложил рупором боевую карту и закричал во всю силу легких по-японски:

— Вперед, храбрые солдаты Ниппон! Бейте дьяволов! Вперед, вперед!

Тихо. Неужто не клюнули! А муравьи ожесточенно грызут его, впиваются в тело. Что это там? Браво! Клюнули! И он опять закричал:

— Вперед, вперед! Бейте трусливых собак! Колите их штыком!

Заросли расступились, и показались фигурки, юркие, как мыши. Первая волна, вторая, третья покатились через поляну. Уже совсем близко. Грянуло «банзай». Сверкающие лезвия штыков, перекошенные яростью скулы, орущие провалы ртов.

Пора! Алекс сунул два пальца в рот и пронзительно засвистел. С оглушительным треском лопнул липкий воздух джунглей. Взахлест ударили пулеметы и автоматы, смели передние ряды вопящих солдат.

— Вперед, доблестные самураи! Бейте лесных дьяволов! Вперед! — подбадривал Алекс атакующих.

И все новые цепи солдат спешили в свинцовую круговерть, слепо повинуясь зычной команде, и падали замертво. Наконец кто-то опомнился там.

— Назад, назад, идиоты! — взвыл отчаянно истошный голос.