Чтение онлайн

– И на кого же ты поставишь?

– А ты как думаешь?…

… Жак не имел ни малейшего понятия о том, что его ожидает во втором туре, но не выказал удивления, когда на игровой столик в кабинке высыпались откуда-то сбоку разноцветные кусочки пластика. Некоторые из них совпали по форме, что наталкивало на мысль о мозаике.

"Детские забавы", – промелькнуло в голове у Жака.

Пластины легко и охотно подходили одна к другой. Приятное ощущение уверенности охватило плутонита. Еще один короткий штрих – и мозаика слилась в единый круг. И тут боковым зрением Жак приметил ещё одну пластину. Она была настолько изогнутой, что Жак не мог даже придумать, куда её поставить. Это было настоящее пятое колесо. Она одна своим видом портила весь проект.

Интуитивно плутонит понял, что в собираемой картине должны быть использованы все пластины. Он сгреб фишки в кучу и принялся выкладывать новую фигуру. Вышел чудный прямоугольник.

Но Жака это не обрадовало, потому что на краю стола лежали ещё две пластины, хотя плутонит готов был поклясться, что всего минуту назад их там не было вовсе.

"Кому-то очень нравиться игра в кошки-мышки", – теперь Жак уяснил, что в конце сборки на столе обязательно прибавляется несколько дополнительных пластин. Оставалось только вычислить, сколько появится в следующий раз и заранее придумать им место.

"Попробуем арифметическую последовательность".

Жак быстро собрал треугольник – в надежде, что три новые фишки идеально подойдут для вершины.

Увы! Пластин оказалось четыре.

"Значит, они использовали геометрическую прогрессию", – Жак мысленно улыбнулся.

Конечно, теперь он оставит место для восьми фишек, и все будет в полном порядке. Плутонит разложил пластины восьмиугольником, но его кропотливый труд пошел прахом и на этот раз: хитрый компьютер выдал на игровой стол лишь пять добавочных фишек. Он словно издевался над игроком.

Жак серьезно задумался: разумеется, машина размышляет по-мелиански, что отнюдь не соответствовало человеческой логике и тем более математике. Игра уже не казалась плутониту такой простой, как в начале. Сколько он ни пытался приноровиться к меняющемуся количеству дополнительных пластин, которых ни разу не выпало больше пяти, угадать не удавалось.

В конце концов, за дело взялся Жак-Второй. Возможно, его методичные усилия и увенчались бы успехом, но уж слишком долго он возился с этими фишками – с точки зрения Жака-Третьего – Духа.

Третий взял управление ситуацией на себя:

– А ну его к чёрту! – кулак плутонита ударил по очередному неудачному рисунку мозаики. Пластины разлетелись во всех направлениях.

– Это мне напоминает брызги хаоса в момент Большого Взрыва, – пробормотал Жак, бросив на кабинку прощальный взгляд, и вышел…

– Ты сегодня необычайно быстро, – майор Хорсер будто специально поджидал плутонита на выходе.

Жак огляделся вокруг: площадь была практически пуста, во всяком случае, он не разглядел ни одной знакомой фигуры.

– Не хочешь поделиться впечатлениями? – снова спросил эльсинорец, привлекая к себе внимание плутонита.

Жак отрицательно мотнул головой. Разговаривать с эльсинорцем ему не хотелось. Плутонит был уверен, что этот тур он проиграл, и растравливать боль поражения беседой с майором считал бесполезным.

– У тебя ничего не вышло, – это была констатация факта, а не вопрос. Хорсер придирчиво изучал Жака.

"Вот ведь настырный!" – подумал плутонит.

– Вы сами справились быстрее меня, – обозленно буркнул Жак. – Почему же у вас должно было получиться, а у меня нет?

Эльсинорец не ожидал встречного вопроса. К тому же в таком тоне! Впрочем…

– Кхе-кхе, – какой-то гуманоид в мундире ЗФЗ вежливо прокашлял, пытаясь вклиниться в разговор.

Жак и Хорсер обернулся к нему.

– Извините, что прерываю вашу беседу, – проговорил он суховатым голосом, – но я хочу узнать: вы будете Жак?

Плутонит настороженно покосился на протянутую руку – это могло быть и приветствие, и ловушка. Но скорее последнее, чем первое.

– Возможно, – Жак демонстративно скрестил руки на груди.

– Я рад, что сумел вас здесь застать, – незнакомец был все ещё любезен. – Мы не могли бы поговорить без посторонних?

Жак глянул на майора: тот был само внимание.

– У меня нет ничего, что стоило бы скрывать, тем более от представителей правопорядка.

"Игра на публику, и не больше", – подумалось Хорсеру.

Жак был с ним в принципе согласен, но исходя из собственных предположений.

– Меня зовут Мерсон. Я – консул ЗФЗ на Мелии, и мне приятно видеть соотечественника, который настолько высоко поднялся в мелианском рейтинге.

Жак почти мгновенно вспомнил, где слышал это имя: "Мерсон, консул ЗФЗ, так страстно желавший встретиться со мной, что послал наемных похитителей".

– И что же вы хотите от меня? – холодно спросил Жак.

Прямота плутонита вынуждала консула говорить начистоту:

– Я хотел бы узнать, почему вы не зарегистрировались в нашем консульстве, как это предписывает инструкция?

– Я не читаю подобную литературу. На Мелии хватает дел и без чтения инструкций.

– Однако существует законодательство Федерации… – начал было Мерсон.

– Здесь не подвластная ЗФЗ планета. И мне плевать на законодательство ЗФЗ вон с того высокого шпиля! – Жак указал на рубиновую башню Игрока. – Я – свободный гражданин.

– Не нужно бросаться словами. Завтра вы можете о них пожалеть. То, что вы находитесь на Мелии, ещё не делает вас её гражданином, – Мерсон заговорил административным тоном. – Поэтому вам следует помнить, кто является вашим непосредственным начальником и выполнять его требования.

Жак вопросительно глянул на Хорсера:

– Майор, вам не кажется, что господин консул неуважительно отозвался о Мелии?

Эльсинорец хищно оскалился, предвкушая драку:

– Гражданство на Мелии можно менять, как перчатки. Хочешь, я организую тебе подданство Илинийской республики?

– А что для этого нужно сделать?

– Сущие пустяки: заполнить пару бланков и пожертвовать на нужды Илинии что-нибудь металлическое.

– Булавка от галстука консула ЗФЗ подойдет? – деловито осведомился плутонит, предварительно пошарив по собственным карманам и не обнаружив там ничего, что могло бы представлять ценность для вмиг ставшей такой родной и близкой Илинийской республики.