Чтение онлайн

– Что это значит? – брови принцессы взлетели, словно ласточки.

– У нас было недостаточно сил, чтобы вмешаться в битву или преломить её в вашу пользу. У нас только три крейсера, – проговорил плутонит, чувствуя, что сейчас разразиться буря, в сравнении с которой те истерические сцены, которые Эйлана закатывала в Биоцентре, покажутся летним ветерком.

– Три корабля?! Три крейсера?! – Лира была изумлена. (Шон Гир, как и подобает истинному вояке, попытался скрыть свои эмоции). – Вы хотите сказать, что Мелия, после всех её многочисленных заверений в дружбе и взаимопомощи, в самый критический момент направила к нам только три утлых суденышка? И это после того, как наша представительница доказала всей Галактике свое бесспорное превосходство на ваших заумных Мелианских Играх? И это после тех бесчисленных экспериментов с радиацией, в которых мы помогали вашим ученым? В жизни не видела подобной наглости!

– Тем не менее, вы должны признать, Ваше высочество, что без нашей помощи у вас вряд ли бы что-нибудь вышло, – заметил Дията, решивший вмешаться в тираду принцессы.

– Вашей помощи? Интересно в чем же она заключалась, если только что этот господин заявил, что в бой ваши корабли не вступали? – Лира кивнула в сторону плутонита.

– Но все же именно мы разогнали флот Утремера.

– Да это из-за нашей блестящей атаки они удрали, не чувствуя ног под собой!

– Кх-кх, – прокашлял Жак. К нему вновь вернулось понимание того, с какой целью Хорсер отправил его на Актерию. И эта цель вовсе не состояла в том, чтобы любоваться принцессой Лирой.

– Я, конечно, допускаю, что это не мое дело, – проговорил плутонит, – но в том стопроцентном случае, когда бароны опомнятся и вернуться, полагаю, Вашему высочеству захочется вновь увидеть, как они разбегаются, словно зайцы. Вот только действительно ли у Актерии достаточно для этого сил?

Взгляд Жака был устремлен на Шона Гира, потому что он понял, что принцесса в любом случае скажет "да" – гордыня не позволила бы иного ответа. Лира тоже невольно обернулась к адмиралу.

– Боюсь, что он прав, Ваше высочество, – Шон Гир не скрывал, что ему трудно это признать. – Наш флот не сможет противостоять Утремеру в ближайшие несколько лет.

– Лет? – принцесса едва не задохнулась от удивления.

"Адмирал лукавит, – подумал Жак. – Лет этак 40–50 отделяют Актерию от Утремера. Я видел, на какой рухляди летают соланийцы. Видели бы они новейшие утремерские корабли в бою, то запели бы совершенно иную песню".

Шон Гир молча кивнул.

– Думаю, я могу предложить надежный выход из сложившейся ситуации, – вновь взял слово Жак. – Оборону Актерии вполне могла бы организовать Мелия.

– Интересно, каким же способом? – съязвила Лира. – Вы даже в настоящий бой не вступили, а теперь говорите, что готовы сражаться за нас.

– У Мелии есть свои интересы, – продолжал Жак с холодной рассудительностью дипломата. – Мелия обладает огромным технологическим потенциалом, но зачастую ей не хватает квалифицированных военных, в том числе и пилотов, которые могли бы управлять, скажем, кораблями новейшей модели. Если Актерия выделит Мелии достаточное количество таких специалистов, а нам известно, что они у Вас есть, то Мелия обязуется предоставить соланийцам необходимое количество линкоров для защиты.

– Линкоров? – переспросил Шон Гир.

– Линкоров? – удивился адмирал Дията.

– Именно, – подтвердил плутонит. – Подписание соглашения может состояться в любой момент – по желанию Вашего высочества. Я бы на Вашем месте не медлил ни секунды, если, конечно, вы дорожите жизнью своих сограждан. Быстрейшее подписание соглашения в ваших интересах. Ведь флот Утремера может вернуться. Тем более, что в настоящий момент ему никто не может воспрепятствовать в этом секторе.

Лира молча взирала на плутонита: она четко знала лишь одно – плутониты обычно не лгут, но ведь обычно их и не назначают мелианскими послами.

– Хорошо, – молвила принцесса. – Я взгляну на ваши бумаги. Надеюсь, что впредь Мелия окажет Актерии более существенную помощь.

Шон Гир принял из рук Жака небольшую папку с документами и погрузился в их изучение.

– Вы уверены, что речь идет о линкорах? – Дията нетерпеливо дергал клешнёй Жака за рукав мундира. – Это же огромная сила.

– Я знаю, о чем говорю, – ответил Жак. – Ведь я же здесь представляю Хорсера, не так ли?

Дията умолк. Его клешни лишь слегка постукивали, выдавая чрезмерное возбуждение.

– Здесь сказано, что мы обязаны по договору предоставить в распоряжение Мелии минимум 800 соланийцев с космо-навигационными навыками. В обмен для охраны нашей планеты выделяются шесть мелианских линкоров новейшего класса. И помимо линкоров десять крейсеров и пять фрегатов, три рейдера.

– Сколько? – переспросила принцесса.

– Шесть линкоров. Этого достаточно, чтобы Утремер не сунулся сюда на расстояние 10 парсеков, – молвил адмирал. – Разрази меня космос! Шесть линкоров достаточно чтобы выиграть войну!

– Сдерживайте свои воинственные амбиции, адмирал. Вы очевидно и не предполагаете, какова реальная мощь Утремера и его баронов. Шести линкоров недостаточно чтобы выиграть одну битву, а не только войну, масштабы которой вы, очевидно, еще не представили, – предостерег Жак Гира. – Что скажете, Ваше высочество?

– Скажу что вы, господин посол, змей-искуситель…

..По требованию Эйланы больничную палату, в которой она восстанавливала здоровье перекрасили из белоснежно-белого в радужный цвет – этакие обручи всех цветов и оттенков, в полнейшем беспорядке рассеянные по стенам и потолку. Соланийцы предпочитали бурную игру красок.

– Итак, продолжим нашу беседу, – проговорил Хорсер, усаживаясь на стульчик, напротив соланийки. – Как вы себя чувствуете?

– Спасибо, уже значительно лучше. Не дождусь того дня, когда ваши эскулапы позволят мне вернуться к нормальной жизни.

– Прекрасно, в таком случае нам ничто не помешает поговорить о нашем общем знакомом Жаке.

Эйлана вздрогнула:

– Вы умеете выбрать тему для разговора. Более мерзкую тему трудно придумать.

– Разумеется. Но поговорить нам о этом придется. Что вам известно о нем?

– Он – плутонит.

– Это совсем не новость, – заметил эльсинорец.

– А вы знаете, кто такие плутониты?

– Согласно общегалактического справочника, это разумные кристаллы, когда-то встречавшиеся на Плутоне в прошлом, – ответил Хорсер. – Тем более мне интересно, почему вы назвали гуманоида плутонитом.