Чтение онлайн

Джеральд издал звуки, подозрительно напоминающие смех, и завилял хвостом.

Беата закатила глаза.

— Он сам у меня завелся. Все, мне это надоело. Лили, я запрещаю тебе призывать любых собак и играть с ними, — холодно приказала она, — ты не заведешь пса, пока не сумеешь заработать ему на корм. У тебя будут кошки-фамильяры, ясно? И прекращай капризничать. Ты — ведьма, а не пятилетний ребенок. Думаешь, раз я за вами не слежу, тебе позволено творить, что захочешь?

Лили сжалась.

— Но… можно мы хоть иногда с Джеральдом будем видеться и играть? Хоть пару раз в неделю! Ему же будет одиноко без меня!

— Нельзя. Увижу тебя с ним снова — накажу обоих.

Лили всхлипнула.

— Я вырасту и заведу две собаки! Нет, три! И кошек! И попугая! И вы мне этого не запретите! Почему вы такая злая, наставница?

Она разрыдалась. Джеральд подошел к ней, и Лили обняла его так крепко, словно ее навеки разлучали с родным братом.

— Прости меня… мы больше никогда не увидимся, Джеральд! Не поиграем! Пожалуйста, хорошо кушай… береги себя… и знай, ты — самый лучший пес на свете! Ты всегда ведь понимаешь, что я говорю, правда? Так вот, ты — замечательный пес, но наставница запрещает нам видеться, и нам придется это прекратить. Будь счастлив, ладно? Я никогда тебя не забуду!

Беата прикрыла лицо ладонью, испытывая раздражение напополам со стыдом. Да что ж такое, за что ей все это? Этот глупый ребенок точно был когда-то верной жрицей Калунны, заслужившей перерождение?

Джеральд тяжело вздохнул, обернулся человеком и обнял ее. Затем мягко отстранился.

— Буду, Лили. Но прощаться навсегда не обязательно: мы все еще будем видеться. И не волнуйся, я не голодаю, не мерзну и не страдаю от одиночества. Пожалуйста, не плачь.

— Ой! Господин Джеральд, а почему вы… — Лили перестала плакать и растерялась. Затем ее лицо посветлело. — Так вот в чем дело! А я все понять не могла, где вы живете! То есть, не вы, а пес! И почему у наставницы нет собаки, хотя вроде бы есть! Так призрачный пес — это не собака, а человек, который в нее превращается?

— Верно. Такова моя служба Калунне, — объяснил Джеральд, — но это — тайна, которую я должен хранить.

— А вы приходили со мной поиграть, потому что у меня нет собаки? Вы такой добрый!

— Нет. Ты околдовала его чарами призыва. Джеральд не мог не приходить к тебе, потому что ты — ведьма, и у тебя была над ним колдовская власть, — прохладно заметила Беата, — теперь понимаешь, почему я запрещаю это?

Джеральд бросил на нее укоризненный взгляд.

— Будь с ней помягче. Лили, я был не прочь немного поиграть с тобой в собачьем облике, но так-то у меня и свои дела есть. И лучше бы ты больше не призывала меня колдовством, если только не находишься в опасности или не заблудилась в лесу.

Лили покраснела.

— Я не хотела вас заколдовывать, я же не злая ведьма! Думала, вы сами приходите! И колбасой вас кормила! Вы не обиделись?

— Нет, просто больше так не делай. И никому не говори обо мне.

Лили энергично закивала.

— Конечно!

— Дане с Эвой в том числе.

— Но они мои подруги!

Джеральд вздохнул.

— Лили, пожалуйста. Никому — значит никому.

Она помялась, но все же кивнула.

— Хорошо. Господин Джеральд?

— Что?

— Извините. Я вам торт испеку за то, что заколдовала.

Губы Джеральда дрогнули в улыбке.

— Лучше сделай бутербродов с колбасой. Я ее люблю.

Лили хихикнула, кивнула и убежала в дом.

Беата зевнула.

— Ты закончил? Пойдем, я хочу знать, что там с подносом из белого железа.

Джеральд усмехнулся и последовал за ней.

— Тебе стоит быть подобрее к своим ученицам.

— Мне их навязали. Я соглашалась на захват мира для Калунны, а не на роль сельской учительницы.

— Что поделаешь, если такова ее воля? Мы должны исполнять наш долг, — возразил Джеральд. — Так вот, о подносе. Я прижал Кларка Томпсона, пригрозив ему большими проблемами, и он признался, что получил письмо от богатого коллекционера с предложением продать поднос из белого железа за огромную сумму денег. У Кларка Томпсона сейчас проблемы, он наделал долгов и собирался быстро их покрыть, а там пусть полиция отбирает поднос у нового владельца и пытается выцарапать деньги из его кредиторов. Но увы: поднос опять исчез. Кларк Томпсон чуть с ума не сошел, не обнаружив его в своем «надежном месте».

— На нем точно наложены какие-то чары, — проворчала Беата, — столько народу пытается им завладеть, а он ускользает из рук как угорь. А что там за коллекционер объявился? Откуда он узнал о подносе?

— Письмо было не подписано, и личность коллекционера — загадка. Но если бы не он, Кларк Томпсон не решился бы на воровство, а отдал поднос полиции. Я продолжу поиски и принесу тебе его.

Беата хмыкнула и остановилась возле верескового круга, высаженного возле своего дома. Коснулась пальцами сиреневых цветов, погладила их и внезапно поцеловала Джеральда в щеку.

— Благословляю тебя именем Калунны. Пусть проклятье этого подноса тебя не коснется, и ты принесешь его мне. Настоящий, а не подделку. У тебя все получится.

В воздухе разлился нежный аромат вереска.

Они оба замерли, наслаждаясь им и ласковой поддержкой своей богини.

— Я добуду поднос любой ценой, — Джеральд обнял Беату и поцеловал, — спасибо. Идем домой.

***

Ритуал в церкви Морланда проходил как обычно: ведьмы поболтали, обнажились и принялись напевать, передавая друг другу чашу с водой. Однако в самый неожиданный момент дверь церкви скрипнула и распахнулась.

— Кто здесь? Ох, господи! — отец Вирджил застыл, разглядывая ночных гостий. — Что тут происходит?

— Ой, черт, я забыла повесить чары для отвода глаз! — выругалась Валери. — Извините, девочки. Ладно, пускай ослепнет, извращенец.

Адалинда громко завизжала и прикрыла грудь руками.

— Аааа, не смотри на меня, я же голая! И я замужем, не пялься на меня, мерзавец!

Отец Вирджил поспешил отвернуться.

— Дамы, клянусь, я вовсе не извращенец! И ничего не успел разглядеть! Но почему вы все голые? Это же церковь, а не баня!

— А почему вы еще не спите? — изумилась Беата. — Сейчас два часа ночи.

— Не спалось, а потом я увидел свет в церкви и решил проверить, что здесь происходит. Госпожа Хоффман, что вы тут делаете в таком виде? Ох, Голди, и ты здесь. А Александр знает, чем ты занимаешься по ночам?

Та скривилась, а затем приняла изящную позу, гордо демонстрируя небольшую аккуратную грудь, длинные ноги и широкие бедра.

— Александр любит это тело и готов на все за право его ласкать. Теперь вам ясно, почему он предпочел меня, а не вашу унылую веру с постоянным воздержанием?