Чтение онлайн

— Спасибо, солнце. Я уже не знала, что делать, чтобы прикрыть Александра от ее гнева. Не хочу думать о том, какое наказание Калунна выдумала бы для него.

— Сомневаться в словах вересковой богини нельзя, — Беата погладила ее по спине, — и это неразумно, не так ли? Не переживай, Александр — истово верующий человек. Для него все обернулось к лучшему.

— А для нас? — очень тихо спросила Голди.

— Для нас тоже. Без Калунны мы обе были бы мертвы. Живая ведьма всегда лучше мертвой, верно?

— Верно.

— Тогда пошли пить чай и болтать, — невозмутимо сказала Беата. — Поверь мне, культ Калунны — лучшее место для такой одаренной ведьмы, как ты. В конце концов скоро нам будет принадлежать весь мир. И лучше уж править им, чем гнуть спину перед каждой жрицей или охотником.

Голди рассмеялась.

— Ты пытаешься убедить меня быть преданной Калунне при невозможности альтернативы? Продолжай, мне даже интересно, какие еще аргументы ты сумеешь привести.

Они провели чудесный вечер вместе, и настроение Голди заметно улучшилось. Они с Александром уехали в Морланд довольно поздно, а Беата, уже ложась в постель, спросила мужа:

— Ты ведь не покалечишь отца Вирджила?

— Нет. На второй раз он просто должен испытать боль вместе со страхом. Этого должно хватить, чтобы глупец перестал сопротивляться власти вересковой богини. Не волнуйся, я хорошо знаю свои обязанности.

Но на следующую ночь он вернулся мрачным и виноватым.

У Беаты сжалось сердце.

— Что ты сделал? Ты ведь не убил его?

— Священника? Конечно же нет. Беата, у меня для тебя плохая новость.

— Какая?

— Днем я был в морландском полицейском участке. Поднос, найденный у Чарльза Дэвиса — подделка. Где настоящий, все еще никому не известно.

Беата застонала.

Она ненавидела этот чертов поднос.

К отцу Вирджилу Беата пришла с новой порцией сладостей и заживляющей мазью. Тот встретил ее с забинтованной рукой, синяками и царапинами на лице. Услышав, что она ему принесла, отец Вирджил долго молчал, затем укоризненно заметил:

— Насылать на человека дикого зверя, а потом приносить ему лекарство довольно цинично с вашей стороны.

— Призрачного пса посылаю не я, а Калунна. Ко мне он тоже приходил, когда я отказывалась оставлять ей подношения. Правда, мне хватило одного раза, чтобы перестать оскорблять вересковую богиню на ее же землях. Ваша безопасность в ваших руках. Я же могу лишь поддержать вас в этот нелегкий период, — Беата протянула ему корзинку со свежими ягодами и булочками с заварным кремом.

Отец Вирджил втянул носом аппетитные запахи и немного повеселел.

— Хорошо, проходите. Значит, культ Калунны организован не вами?

— Культ Калунны создала сама Калунна. Она — могущественная богиня этих мест. С ней не стоит враждовать.

— Я — человек мирный и ни с кем не враждую. Возьмите булочку, госпожа Хоффман и присаживайтесь, — отцу Вирджилу было явно неудобно возиться с чайником левой, не раненой рукой и Беата взялась помогать ему. — Ох, благодарю! Я заметил, что в этот раз призрачный пес был другой. В первом будто не было злости на меня, а второй атаковал сразу и не позволил закончить молитву о защите. На каждое мое слово он тряс меня как тряпичную куклу и бил лапами. Сшибал с ног, не давая подняться, и кусал как демон из преисподней.

Беата прикрыла глаза.

— Отец Вирджил, пожалуйста, уезжайте. У вас неделя до следующего нападения.

— И не подумаю даже, — спокойно ответил тот, — господь велел нам претерпевать муки ради праведных дел. Мое дело праведное, и я потерплю.

— Тогда оставьте подношение Калунне. Вам необязательно искренне верить в нее. Просто сделайте это, чтобы призрачный пес больше не пришел.

Отец Вирджил просто улыбнулся и ничего не сказал.

Беата вздохнула.

— Наносите мазь на раны два раза в день, утром и вечером. Она снимет боль и ускорит заживление.

— Благодарю вас. Как проходят дела у культа Калунны?

Беата хмыкнула.

— Из-за ваших проповедей некоторые жители Морланда понадеялись на защиту старого бога и не оставили ей подношение. Разумеется, им пришлось пережить посещение призрачных псов, благо на первый раз отступники отделываются легким испугом.

Отец Вирджил помрачнел.

— Это жестоко и несправедливо. Вера не должна насаживаться силой.

Беата рассмеялась.

— Вы учили когда-нибудь историю?

— Учил. Но не думал, что мы вернемся в темные времена, когда человеческая жизнь и свобода воли ничего не стоили.

Она помолчали.

— Алекс теперь пылко проповедует мне, уговаривая перейти в вашу религию, — заметил отец Вирджил, — говорит, что Калунна снизошла до личного общения с ним. Я беспокоюсь, не опаивает ли Голди его настойками с галлюциногенным эффектом. Когда верующий говорит с богом — это правильно, но если тот начинает «отвечать» ему, это плохой знак.

— Калунна существует и действительно беседовала с Александром, — возразила Беата, — и со мной.

— А как она выглядит, если не секрет?

— Как очень высокая и красивая женщина, с длинными золотыми волосами и львиными лапами.

Отец Вирджил потер подбородок.

— Привлекательный образ. Но вы же ведьма, госпожа Хоффман. Вам не приходило в голову, что кто-то просто использует иллюзию, чтобы обрести над вами власть?

Беата молча покачала головой. Она не могла и не хотела объяснять отцу Вирджилу какие чудеса Калунна для нее сотворила.

— А вы подумайте об этом на досуге, — предложил тот, — новые боги не рождаются из ничего. Нередко они — плод человеческой фантазии, подкрепленной корыстью.

— Калунна — не новая богиня, она была всегда, просто забыта, — парировала Беата, — и моя обязанность напомнить миру о ней, чтобы люди были счастливы.

Отец Вирджил хмыкнул.

— Забавное, должно быть, мы сейчас представляем зрелище: пара священников пытаются проповедовать друг для друга. Расскажите лучше о ваших делах. Все ли у вас хорошо? Как здоровье ваших воспитанниц? А вашего супруга?

— Они все прекрасно себя чувствуют. Спасибо.

От отца Вирджила Беата ушла в приподнятом настроении, хотя радоваться было нечему: он уперто нарывался на новое нападение и будоражил жителей Морланда, особенно тех, кто раньше посещал здешнюю церковь. Беата прочла собственную проповедь, напоминая им о гневе и милости вересковой богини, отправила Валери и учениц бесплатно раздать полезные зелья верующим, а Адалинда устроила небольшое спонтанное выступление на главной городской площади, рассказывая всем об осеннем празднике Калунны. Люди оживились, ожидая новых чудес и ее песен.

Джеральд тоже чем-то был занят: по вечерам он иногда срывался из дома и возвращался не раньше, чем через час, смущенным и раздосадованным. Беата не задавала вопросов, полагая, что он исполняет волю Калунны.

Полиция Морланда перевернула музей вверх дном и провела многочисленные допросы Чарльза Дэвиса, но тот сам был в полнейшем шоке от того, что кто-то подменил поднос на подделку. Беата попыталась отыскать его ясновидением, но ее несколько раз относило в полицейский участок, к подделке, два раза — в музей, к пустому стенду с фотографиями и еще один раз закрутило по Морланду, швыряя от дома четы Томпсонов до вокзала и обратно. После всех этих попыток Беате стало настолько плохо, что ее начало тошнить от мысли, что придется колдовать снова, и она целый день провела в постели, с мурчащей Пуховкой на руках.