Чтение онлайн

Джереми повернулся к Лоре.

— Что — нибудь приглянулось?

Ей приглянулось. Изгиб челюсти и жар глаз ошеломлял, и Лора заскучала по нему в десять раз больше, особенно, когда он стоял рядом.

— Я отложила некоторые в сторону для «Saint JJ». Но ничего для «JSJ». А то, что я выбрала для «Портняжек», даже смотреть не смей, иначе Руби тебя убьет.

Игги рассмеялся, но Джереми потянулся за ее стопкой. Он сделал это специально, чтобы они могли быть рядом на одну секунду.

Лора подняла свои принты и прижала к груди.

— Не дам.

Игги достал свою последнюю стопку оттисков и начал показывать образцы, начиная с конца, откинув первые экземпляры. Джереми кратко рассказывал о своей поездке и рейсе домой. Стоя бок о бок, положив руки на стол, его мизинец легко коснулся ее, и девушка почти забыла про настоящее искусство, что раскладывалось перед ней. Когда сделка была заключена, они попросили Трейси проводить Игги.

— Как твоя мама? — спросил Джереми, когда они остались одни в конференц — зале за закрытой и запертой дверью. Он стоял в паре метров от нее, помятый и небритый.

— Больна, слаба и страдает. — Лора ненавидела себя за то, что ее тянуло к нему, за то, что она хотела, чтобы его руки обнимали ее, за то, что представляла только его тело под одеждой, пока говорила о мамином состоянии.

Он шагнул вперед.

— Тебе нужно к ней? Здесь я обо всем позабочусь.

— Там Руби. — Она двинулась к нему, протягивая руку.

Джереми схватил своей рукой её руку и притянул ближе еще на шаг. Его ладонь была теплой, другую руку он прижал к ее щеке. И поцеловал. Отросшие волосы над его верхней губой царапнули ее кожу, настолько ощутимо, что девушка вздрогнула. Джереми толкнул ее к столу.

— Нет, подожди, — выдохнула она. — Сейчас середина дня. Здесь куча народа.

— Я скучал по тебе.

— Не забывал о тебе ни на минуту.— Он уткнулся лицом ей в шею, теряясь от удовольствия, что дарил контраст его мягких губ и жесткой щетины, Лора не знала, оттолкнуть его или притянуть ближе.

— Тебе нужно увидеть эти заводы, — прошептал он. — Фабрика на сороковой — примерочная по сравнению с ними. В цехах чисто как в операционной, что даже страшно становится.

— Джереми …

Он отстранился.

— Прости. — Но улыбка говорила, что он ни о чем не жалеет. Совсем.

— Нам есть о чем поговорить, — сказала она, касаясь кончиками пальцев его щеки.

Он провел пальцами по волосам и прислонился к столу.

— Спасибо. Да. Во — первых, красивая рубашка. Хочу снять ее с тебя. И мы теряем деньги. А у тебя мама, которой ты сейчас очень нужна. Поэтому ты переходишь на неполный день. И если они не найдут платье, я потеряю целое состояние. И Барри глотку перегрызу. Ни капли не сожалея. Он думает, что может попытаться переманить тебя, и мы после этого останемся друзьями.

— Почему нет? Это просто бизнес. Это не личное.

— Для меня бизнес — это личное. Помнишь? — он поцеловал ее, но словно уловив привкус обмана на губах, отстранился.

Он собирался что — то сказать, но в дверь постучали. Лора открыла ее, испытав при этом невероятное облегчение. Это была Трейси с ее стандартной улыбкой с пол лица.

— Тебе звонят, Лора. Какой — то Джимми.

— Соедини, — сказала она. Трейси ушла.

— Это новый парень мамы, — сказала Лора. — Прости, но мне нужно проведать ее.

Она побежала обратно в офис так быстро, как только могла, и схватила телефон.

— Джимми?

— Привет.

— Что случилось? Она в порядке?

Джереми медленнее зашел за ней в кабинет и закрыл дверь.

— Да. Помнишь парня из бруниканского бара? С усиками? Сосо?

— Да.

— Он был здесь. Хотел узнать у твоей матери насчет платья.

— И что?

— Я сказал, что он может спрашивать все, что хочет, но в моем присутствии, и он ушел. Возможно, он может заявиться к вам домой, так, что будь осторожна.

— Хорошо. Спасибо за предупреждение. — Она повесила трубку.

Джереми оперся локтями на стол, придавив какую — то бессмысленную выкройку, такую важную пару дней назад. — Что случилось? — спросил он.

— Мне надо идти.

— Она в порядке?

— Имею в виду, мне нужно съездить в центр. Не в больницу. Мама в порядке.

Он наклонил голову, боднув ее в плечо.

Она хотела ответить, но не знала, с чего начать.

— Просто платье. Это такая длинная история. Не знаю, как тебе объяснить.

Он снял куртку со спинки стула.

— Можешь объяснить по дороге.

Она подумывала отказать ему, потому что было ясно, что Сосо не хотел разговаривать с мамой в присутствии Джимми, и если с ней будет Джереми, скорее всего тоже откажется. Но что она могла ответить? Сказать что это безделица? — Он не поверит. Или что это личное, и он должен отступить, что подорвало бы доверие между ними? Или что это не имело к нему никакого отношения, что было явно ложью, поскольку утрата платья напрямую могла лишить его денег и разрушить все планы, отбросив назад, чего она даже не могла понять?

Он засунул рукава в пальто, и да, она хотела, чтобы он приехал, но у ее непокорности была причина, и звалась она — эго.

— Хорошо, но я главная, — сказала Лора. — Розыск вещей, раскрытие преступлений, все это — моя специализация.

— Слушаюсь, босс. — Он придержал для нее дверь.

***

Они сели на поезд, идущий в центр. Это дало Лоре еще пару минут, что подготовиться к объяснению. Ей это было нужно, потому что по дороге он дважды заходился в приступах кашля, сжимая шест одной рукой и прикрывая рот другой.

Начала она с рассказа Стью о Сэмюэле Инвей, перешла к маме, которую чуть не арестовали, затем поведала о Бернарде Несторе, квартире в «Ирокезах», бруниканскому кафе на Гансевоорте, сердечному приступу и складскому помещению.

Он прервал ее.

— Ты выяснила все это сама? И не пропустила ни одного электронного письма или встречи?

— Конечно, нет. Пока у мамы не случился приступ. После, знаю, пропустила много.

— Твоя самая преданная сотрудница Венди написала мне по электронке, что ты заказала информационные этикетки у Барри Тилдена. Нашего конкурента. С ее слов.